Любовь серого оттенка. Клятва, данная тьме - Инспирати Елена - Страница 20

– А что насчет тебя? – Джой уставилась на меня с вызовом. – Ты тоже полагаешься на судьбу?

– Я видела Дэйва один раз, на церемонии. Каким бы ни было первое впечатление, именно он предназначен мне, и не переводи стрелки!

– Прости, я просто совершенно не представляю нас вместе. Надеюсь, любовь настигнет нас раньше, чем я успею взбесить его своим поведением.

Наше солнышко окончательно расстроилось. Я не могла спокойно смотреть на переживания подруги, спустилась к ней и крепко обняла. Амелия присоединилась к нам.

– Когда вы с Гейлом вместе пришли на мою церемонию, я сразу поняла одно: вы оба смущены и нравитесь друг другу. Твой жених с виду строгий, но очевидно, что по характеру он милашка. У него глаза сияли, когда он смотрел на тебя.

– Правда? – Два больших глаза уставились на меня и ждали ответа, словно я была единственно верной инстанцией.

– Такое сложно не заметить. Вокруг вас искры летали.

– Так говоришь, будто тебе это знакомо.

Как раз все, что касалось светлых и добрых чувств, было только в моих мечтах. Зато я могла подробно рассказать о том, каково это – испытывать влечение к темному из-за его запаха.

– Хочу, чтобы у нас с Дэйвом было так же, – только и ответила я.

– Будет, это судьба.

Если я не умру раньше времени.

– Допустим, я ему нравлюсь. – Джой сложила ноги в позу лотоса, спину выпрямила, волосы заправила за уши и сделала максимально серьезное лицо. – Вы же понимаете, что следует после свадьбы?

– Долгая и счастливая семейная жизнь? – неловко спросила Амелия.

– Первая брачная ночь!

– Мы будем это обсуждать? Никогда такие темы не поднимали.

– А теперь у нас в компании уже две совершеннолетние девушки, и я бы не сказала, что тебе осталось долго ждать.

– Будто мы с Амелией знаем больше тебя и можем дать какой-то совет.

Обе подружки посмотрели на меня, их взгляды стали хмурыми.

– Умеешь ты поддержать, – упрекнула Амелия.

Ну что я сделала не так? Им не нравится мое равнодушие?

Не хотела я говорить обо всем этом, но не потому, что стеснялась или считала неуместным. Дело было в мыслях, которые крутились вокруг ощущений, возникших из-за запаха темного. Я то и дело вспоминала о них, о том, какие они яркие, приятные и из-за этого отвратительные. Меня тошнило.

– Я не требую совета, просто нужна была поддержка. Мне страшно.

– Тебе совсем не обязательно заниматься с ним любовью, если ты не хочешь или боишься. Это не какая-то неотъемлемая часть свадебной церемонии. Произойдет тогда, когда ты будешь готова.

Я пыталась успокоить Джой, но она меня не слушала.

– Не то чтобы я чего-то боюсь… Если выразиться точнее, я чувствую себя неуверенной во всем: в своем теле, в своих желаниях, в его желаниях! Он такой… другой, и я… слишком пухлая, как ребенок, во мне совершенно нет ничего женственного. Да я и не задумывалась о том, что хочу кого-то привлекать. – Она замолчала и провела ладонями по талии и бедрам. – Пока не встретила его, такого статного и красивого… Я ему не пара.

Темный был прав: к сексу у нас куда более примитивное отношение, чем я полагала.

– Другие пары за месяц успевают хоть как-то сблизиться, они почти каждый день проводят вместе. Конечно, у них все с этим проще. У вас произойдет чуть позже, ты почувствуешь уверенность в себе и в нем, раскрепостишься. Никто не виноват, что он настолько закрытый и занятой.

Джой внимательно слушала Амелию, а я так и хотела добавить, что внешность же неважна! В последних словах Джой не было ни намека на то, что раз человек предназначен судьбой, то с ним возникнут взаимные чувства и в итоге будет плевать на любые складки и прыщики на коже. Я понимала, что о Гейле переживать не стоило: он светлый, а это автоматически делало его хорошим, и это значило куда больше, чем внешний вид.

Я бы сказала это Джой, если бы не осознала одну простую вещь: я думала так же, как она. Светлые переживают о внешности, хотя и говорят, что это второстепенное. И как относиться к этому озарению? Считать ли это чем-то неидеальным? Или вполне нормально хотеть быть красивыми в глазах других?

– Возможно, вы правы. Все у нас будет хорошо.

Было заметно, что ее силы иссякли, а вот слова нет. Они крутились на ее языке, все переживания, которые душили ее, но она молчала. Пыталась даже в этот момент быть более зрелой, сдержанной. Больно смотреть на то, как человек старается перебороть самого себя, изменить свою суть. Ей должно быть комфортно, а она загоняет себя в клетку.

Будто она убивала все озорство, потому что считала его непривлекательным. Если бы я только знала, как переубедить ее. Сама находилась в том же положении: мой жених даже смотреть на меня не желал.

– А знаете… Все действительно в порядке!

И тут она резко натянула на себя маску. Ей стоило выплеснуть все страхи с помощью разговоров или слез. Джой ведь всегда придерживалась какой-то крайности: обо всем переживала, но старалась мыслить позитивно, вкладывала душу в незначительные вещи. Кого-то это могло утомить, но точно не меня. Амелия вообще восхищалась этим, ведь сама обычно была скупа на эмоции, не умела правильно их выра- жать.

– Иди сюда. – Я попыталась вновь обнять ее, но Джой начала отмахиваться.

– Да я же не вру, все в порядке! – Она не кашляла, но я почему-то сомневалась. – Я правда так считаю. Он мне нравится, это во‐первых. Во-вторых, ты, Аврора, говорила, что у него глаза сияли? Как минимум мое лицо его привлекает. Мы еще посмотрим, кто первый из нас захочет сблизиться! Я ведь могу быть другой, – тут она переложила волосы на одно плечо, оголив шею, и вытянула носочек, продемонстрировав красоту своих ног. – Меня нельзя не хо- теть!

Секунду или две мы молчали, а потом втроем начали хохотать.

– Подождите, а что смешного? У меня, между прочим, еще очень соблазнительные губы. А кожа нежная. И изгибы вполне манящие.

– Конечно! – согласились мы с Амелией.

– Мальчик попал. С завтрашнего дня он мой!

Да, она все еще была девушкой, которая боялась, что ее отвергнут. Но она хотела это изменить, и не мне решать, что лучше для нее. Если она считала правильным скрыть свою неуверенность, то я готова была ее в этом поддержать.

Мы еще долго дурачились, болтали и смотрели разные видео. Джой успокоилась, наши бурные обсуждения отвлекли ее. На самом деле и я на какое-то время позабыла о своих проблемах, вновь почувствовала себя одним целым со светлым миром. Но потом на телефоне зазвонил будильник: через два часа я должна была оказаться дома, чтобы ночью встретиться с темным.

Девочки не обратили внимания на перемену моего настроения. Я взяла косметичку и маленький пакет, удалилась в ванную и приготовилась воплощать свой план.

Сбежать ночью из квартиры подруги я не могла: это разбудило бы девочек, а темный не смог бы меня найти. Уходить без уважительной причины было как минимум некрасиво. Я молчала о том, что нельзя нарушать традиции. Худо-бедно голос моей совести перебивала клятва. Было не по себе от того, что я готовилась обмануть близких людей ради свидания вслепую, предать светлых ради темного.

Последствия невыполнения клятвы пугали меня слишком сильно.

Плохое самочувствие – отличный повод покинуть Джой и Амелию. Полагаться только на свои актерские способности я не собиралась. Именно поэтому в пакете у меня лежал маленький персик – мой враг среди фруктов номер один. Эта пушистая сладость вызывала у меня сильный приступ аллергии. Стоило съесть один такой плод, и через пару минут у меня краснело лицо, начинался зуд и поднималась температура. Если вовремя не выпить лекарство, может случиться анафилактический шок.

Несмотря на это, я сидела на бортике ванны и быстро ела персик. Мне повезло: он хотя бы был вкусным и сочным.

Я подождала несколько минут, умылась, спрятала пакет в косметичке и вернулась к девочкам. Они разглядывали фотографии платьев, поэтому не заметили, что я достаточно долго отсутствовала. Присоединившись к ним, я стала ждать, когда самочувствие ухудшится.