"Фантастика 2023-128". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Малицкий Сергей Вацлавович - Страница 1220

Назывался весь этот район «Горный мост», от слова «мостовая». Как первая в этом месте замощенная булыжником улица. Между прочим, вымощенная жителями вскладчину. Это показатель!

Взял в сопровождающие Тавора и пошел знакомиться с соседями. В полюдье, так сказать. Людей посмотреть. Себя показать. Да решить, что можно ожидать от такого соседства. И сразу нарвался на лошадиного барышника, который с нажимом попытался у меня выкупить моих трофейных коней. Еле отбился. Очень он впечатлился моими лошадьми, когда их мимо его дома гнали.

А вот у каретника мне неожиданно повезло, и я увидел то, что мне нужно. Почти готовый двенадцатиместный шарабан.[116] Я такого никогда еще и не видел. До того все попадавшиеся мне на глаза местные квази-автобусы имели вид каретного омнибуса или открытого фургона с лавками вдоль бортов.

На мое счастье каретник изготавливал это транспортное средство в инициативном порядке в расчете на новую ветку конки в городе, маршрут которой еще не утвердили в Ратуше. Так что легко удалось нужное мне средство передвижения вовремя перехватить, ударить по рукам и выдать аванс. Разве что направить мастера на некоторые изменения — поставить нормальные колеса с рессорами. А что отделка скромная, так мне даже лучше — дешевле обошелся.

На этом мой обход соседей закончился, потому как на улице я столкнулся с Вальдом, гордо восседавшим на своей красивой трофейной кобыле, неторопливо цокающей по булыжникам в сторону «Кобчик-отеля».

Мой титулярный начальник явился явно не с пустыми руками, но играл в молчанку и интересность до тех пор, пока я его не провел в свой импровизированный кабинет, расположенный напротив кухни и выходивший в большой холл — бывшую харчевню отеля.

Единственное, что меня в этом доме раздражало, так это то, что с улицы человек сразу вваливался в холл. И приходилось одного солдата ставить вышибалой или охранником, если хотите. Заодно он с крыльца приглядывал за коновязью. Кобылка Вальда очень дорого стоит, а майор ко мне буквально накоротке заявился. Не было смысла ее в конюшню уводить.

— Ты свое слово крепко держишь? — с ходу огорошил меня Вальд.

— А что, были поводы усомниться? — озадаченно ответил я вопросом на вопрос.

— Нет, Савва, не было такого повода. Но тут вопрос особый… денежный.

— Не томи, командир.

— Я только что от Ремидия. Кстати, вот… — кинул он несколько мелких серебряных изделий на стол. — Это наша новая кокарда.

Кокарда имела вид того же черепа с кинжалом в зубах, что и на медали «за тризну».

— Впечатляет… — только и сумел сказать я, еще не зная, как к этому относиться.

— Это только для нашей роты кокарда. Больше ни для кого. Коллективное отличие. А вот твои шевроны приказано спороть. Мундир у нас теперь гвардейский старого образца — светло-серый, штаны синие с малиновым кантом. На темно-зеленых обшлагах мундира черный кант с малиновой выпушкой. И на воротнике тоже. Прибор серебряный.

— Ворот опять жесткой стойкой?

Ну не люблю я такие воротники. Шею натирают.

— Увы… — развел Вальд руками. — Меня поставили перед фактом того, что маркграф уже указ подписал, и моего мнения не спросили. Зато полевая форма общая с остальной рецкой армией. Только кокардой и отличаемся.

— Опять тратиться… — покачал я головой. — У меня этих мундиров уже скопилось…

— Не придется. Мундирные деньги на роту выделили. Швальня тут в полку неплохая, и я с ними уже договорился. Но я не с этим к тебе. Мы с тобой конный завод в моем имении ставим?

— Как договорились, — охотно откликнулся я.

Это был неплохой выход от конского перенаселения в отеле. Избавиться на подворье хоть от части лошадей. Конюшня битком… Стирхи живут во дворе под навесом, что не айс в преддверии зимы. Хотя именно айс и грядет…

Вальд протянул руку, и мы скрепили сделку рукопожатием. Теперь конному заводу точно быть. Весь вопрос, в какой я доле?

— А теперь смотри… — Майор вынул из планшетки сложенную топографическую карту и расстелил ее на столе. Но не полностью.

Определить точно, где эта местность находится, было невозможно из-за крупного масштаба.

— Вот мое имение, — показал он на карте. — Небольшое. Господский дом, две деревни арендаторов. Но завод стирхов на доменной земле помещается, и выпаса хватает. Сеем только овес. Неудобий много, как и везде в предгорьях. А вот этот большой кусок земли до речки Ремидий прирезал мне под будущий конный завод… — Вальд выпрямился и глянул на меня с торжеством. — Безвозмездно, но с обязательством обеспечивать в будущем ремонт гвардейской кавалерии этой породой лошадей.

Опять меня поимели. Жеребец-то мой, а земля — Вальду. И кобыл у меня втрое больше, чем у него.

— Что тебе не нравится? — уловил мое настроение майор.

— Эта земля войдет в уставный фонд конного завода? — спросил я, прикидывая, сколько там гектар и что будет это стоить против моих четырех породистых голов.

— Так же, как и твоя, — с усмешкой ответил Вальд.

— У меня нет там земли, — пожал я плечами.

— Теперь есть. — Вальд, как подросток, довольный розыгрышем, развернул карту и явил мне скрытую доселе ее часть. — От речки на восток теперь здесь твоя земля. Так что неси вино — обмоем это событие, сосед.

— Где?

— Вот тут, — стал водить пальцем по карте мой уже не только командир, но и бизнес-партнер. — От речки и до границ соседнего имения все также отойдет к нашему конному заводу. Выпасы и покосы. Поля под овес. Кусок орехового леса. Там можно будет твоих битюгов разводить отдельно и улучшать породу тяжеловозов местным пейзанам. Кстати, артиллерия также с удовольствием купит таких тяжеловозов. Желательно меринов.

— А чье имение в соседях с этой моей землей?

— Было молодого графа. Теперь… — Вальд сделал таинственную паузу. — Теперь твое. Так что тащи вино, сосед. Выпьем за Ремидия. И за щедрость его. Хотя этой дарственной землицей мы всегда пользовались как выпасами — ничья была.

Я распорядился насчет вина и переспросил:

— А что там в моем имении есть?

— Господский дом. Большой сад. Неплохое хозяйство. Приличный пахотный клин. Крупные коровы мясной породы. Волов у графа охотно покупали на пахоту. Арендаторы в трех деревнях. Овец держат. Лес, заползающий на гору. Как я сказал уже, ореховый. Правда, до твоей горы оттуда далеко. Но это и не вассальный лен, а вотчина в частной собственности. Кстати, я тут после торжеств награждения роты отпуск выбил себе на две недели. Поедешь со мной или мне доверишь лошадок перегнать? Тебя же надо еще во владение ввести.

— Кто будет вводить?

— Я да окружной староста. Он — как представитель местной выборной власти, вписывающий тебя в большую книгу землевладельцев и представляющий арендаторам. Я, будучи самым старшим по чину в округе — как свидетель. Ввозная грамота у меня с собой. Как и дарственная от Ремидия.

— А что же Ремидий сам мне все это не вручил?

— Откровенно говоря, не знаю… — Вальд по-простонародному запустил пятерню в затылок. — Но мне так показалось, он за что-то на тебя сердит.

Тут принесли вино. Кто-то из челяди грамотно распорядился подать его в серебряном высоком тонкогорлом кувшине с изящной узкой ручкой на серебряном же подносе в окружении серебряных стаканов. Тонкой работы гарнитур. Царские трофеи…

Выпили.

— Эх, рано ты, Савва, женился. Я бы за тебя дочку выдал, — неожиданно проговорил гвардейский майор, ставя серебряный стакан на стол и складывая карту. — Она у меня единственная.

9

Неделя хозяйственных хлопот дважды прерывалась.

Первый раз я оторвался на разухабистую пьянку с родственниками жены — новоселье справляли, подгадав под их приезд на осеннюю ярмарку. Пока еще погода позволяла поставить столы на просторной веранде — для родни и ближников. А для остальных накрыли в атриуме. Гуляют все! Охрана заступила на службу по жребию, чтобы никому не обидно было. Хорошо погуляли, культурно, особенно когда роль тамады взял на себя Вальд, сурово смотрящий, чтобы никто не пил в промежутках между длинными и витиеватыми тостами. И все равно я умудрился чисто по-русски набраться в дрова, так что в люлю меня отнесли как деревянного. Это несложно, когда все пьют слабенькое вино и сидр, а ты наравне с ними можжевеловку.