Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 1009

После того, как Торн узурпировал трон, во всем королевстве стала ослабевать магия. Понемногу, едва заметно, но постоянно. И вот уже некогда непобедимые воины, обеспеченные защитой от любой угрозы, вдруг стали лишь умелыми рубаками, не способными более отбиваться от вражеских чар.

Не миновала эта участь и усиленные с помощью древних заклинаний укрепления. Чем дольше сидел на троне новый король, взявший себе имя Максимус Второй, тем быстрее выдыхалась защита родовых замков.

И именно в этот момент начался кошмар, о котором никто и подумать не мог. На территорию Хоккена прорвались чудовища. Они пришли в огромных количествах, сметая все и всех на своем пути. Без магической поддержки им никто не мог оказать достойного сопротивления.

Графство Мойран было красивым и безопасным местом. Здесь на протяжении столетий не было ни конфликтов, ни войн. Даже разбойники не спешили творить свои бесчинства на этой земле. Теперь же вместо радостных улыбок на лицах жителей отпечаталась скорбь и смирение.

Нашествие чудовищ не оставляло надежды никому. И помощи ждать было неоткуда.

— Ваше сиятельство, прошу вас, не подходите к окнам! — выкрикнул капитан, обернувшись к своей госпоже.

Демоны уже прорвались в замок, и за крепко-накрепко закрытыми дверьми слышались стоны раненых и погибающих. Дружина графства еще оказывала последнее отчаянное сопротивление, но было ясно, что это бесполезно.

Девушка шестнадцати лет, одетая в праздничный наряд, изрядно перепачканный кровью и грязью, тряслась от пережитого ужаса. Ее расширенные глаза не отпускали своего капитана — уже пожилого мужчину, которого графиня помнила с раннего детства.

Сегодня был ее день рождения. Все графство праздновало вместе с семьей правителя. И в этот же радостный и полный счастья день вся семья владетелей Мойрана оказалась убита на глазах девушки.

Капитан был прав. Теперь она, Изабелла Мойран, была графиней этой земли. Земли, которую терзали потусторонние твари.

Девушка приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент в двери с силой ударили с другой стороны. Металлический засов с оглушительным лязгом погнулся, и капитан с проклятием отошел еще на шаг. Что бы ни ломилось в покои последней представительницы графского рода, оно было невероятно сильно.

Мужчина чувствовал, как по спине течет липкий пот страха. Но лишь сильнее стиснул рукоять меча, когда-то зачарованного, чтобы прорубать самые крепкие магические доспехи, а теперь ставшего просто заточенной железкой.

Удар в створки повторился, и на этот раз в центре изгиба засова появилась трещина. Стало очевидно, что еще одного толчка запор не переживет, и капитан вдохнул поглубже, на мгновение прикрыв глаза.

Он слышал донесения от своих людей, что братья Райога стали призывать людей покинуть королевство как можно скорее. Пророчили смерть и несчастья всем, кто не послушается. Рассказывали о кровавых жертвоприношениях нового короля и о том, что милость Райога для Хоккена теперь окончена.

Тогда капитан счел их попыткой присоединить графство к назревающему мятежу. Отец Изабеллы, граф Альберт Мойран, уже неоднократно получал завуалированные приглашения к участию в свержении узурпатора. И крики священников казались продолжением этих уговоров.

Никто не мог знать, что в кои-то веки братья Райога окажутся правы, и для Хоккена действительно пришла пора расплачиваться за то, что на троне страны оказался недостойный править человек.

Заговорщикам не хватило времени, чтобы осуществить свой замысел. Они увязли в разбирательствах и спорах между собой, пытаясь поделить власть, которая упадет к ним в руки после смерти Торна. Капитан знал из первых уст, что граф Альберт все же решился присоединиться к другим аристократам в этом дурном деле. Но никогда бы старый воин не поведал об этом Изабелле, для нее отец должен был оставаться все тем же прекрасным, благородным человеком, стоящим на страже справедливости в графстве.

Новый удар пришелся в двери, и засов со свистом улетел прочь, расколовшись на две неравных части. Капитан взревел, нагнетая ярость, выплескивая всю злость и собственный страх, что успели поселиться в нем за это время.

Чудовищная уродливая туша похожего на огромную бочку монстра застряла в проходе, и у последнего воина графства Мойран появилось немного времени, чтобы нанести свой удар. Капитан слышал испуганный крик за спиной и бросился вперед.

Клинок описал дугу, устремляясь к потусторонней твари…

И ударил самым кончиком об пол.

Несколько секунд капитан смотрел туда, где только что стояло невообразимо отвратительное чудовище.

Коридор был абсолютно пуст, ни бочкообразного гиганта, ни других монстров будто и не существовало. Лишь устроенный тварями погром да пятна крови, оставшиеся от дружинников графства, свидетельствовали о том, что случившееся все же не было сном.

Не тратя времени на раздумья, капитан обернулся к Изабелле и тут же поспешил схватить ее за руку. Девушка, еще несколько секунд назад находящаяся в ступоре, замерла с ножом у собственной груди и готовилась прервать свою жизнь, лишь бы не достаться демонам.

— Ваше сиятельство, — без какого-либо пиетета перед юной аристократкой мужчина выбил оружие из рук графини. — Я не знаю, что случилось и куда делись эти твари, но нам нужно немедленно уходить!.. Здесь мы в ловушке. Вы обязаны спастись! Слышите, ваше сиятельство?!

Изабелла вздрогнула, приходя в себя, вновь посмотрела в сторону дверей. И, обессилев от всего случившегося, упала в обморок. С проклятьем вогнав меч в ножны, последний защитник графства Мойран поднял невесомое тело своей госпожи на руки и пустился бегом из родового замка.

День, когда Изабелле, графине Мойран исполнилось шестнадцать, стал ее вторым днем рождения. День, когда Киррэл «Чертополох» Шварцмаркт отозвал всех пришедших в Хоккен демонов.

Глава 27

Хоук, столица Хоккена. Киррэл «Чертополох» Шварцмаркт .

Сделать самому кристалл с записью для меня было бы невозможно. Такого магического воздействия просто не существовало, максимум я мог бы записать собственный рассказ. Но разве таким способом можно убедить еретиков Аронии в правдивости моих слов?

А потому пришлось обращаться за помощью к Мархане. И теперь у меня был десяток кристаллов, на которые я мог усилием воли записать любые свои воспоминания. Просмотр записи занимал мгновение, и зритель получал картинку и звук, но за чертой оставались эмоции.

Я знал, что во времена до падения имперской семьи такие кристаллы тоже были, сохранилось достаточно исторических свидетельств их применения. Но сомневаюсь, что в те времена их получали иным способом. Теперь же это искусство считается утерянным. Так что неудивительно, что клирик решился попробовать.

Передав сведения отряду еретиков, я вернулся в лавку. Необходимо было подготовить следующий этап атаки на Хоккен.

Печати работали на том же принципе, на котором я обкатывал свои телефоны. Для эфира не существует расстояний, так что активация и отключение легко контролируются из любой точки Эделлона, где присутствует магия. Мои печати накладывали на каждого прошедшего сквозь прорыв временную метку. В назначенное время она должна была вернуть всех призванных существ обратно в их слои реальности. Это, собственно, и стало основной причиной, почему так много тварей откликнулось на мой призыв — гарантия безопасного возвращения..

Так что теперь, практически уничтожив треть обжитых территорий Хоккена, я был готов перейти к следующему пункту плана. Максимус Торн, конечно, мог бы покинуть столицу и скрываться… Но его аура пожирателя магии сразу покажет, где прячется его величество. Единственным выходом для него оставалось отсиживаться во дворце.

После устроенного мной нашествия чудовищ можно было уже не опасаться, что кто-то всерьез решит привлекать меня для своих дальнейших политических игр. Слишком я опасен для таких дел, и слишком жесткие у меня методы.