"Фантастика 2023-125". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Юров (Корд) Роман - Страница 980

Язык так и не поддался расшифровке, но и я, и стихии знали основные команды. Включение. Плетения засветились. Ага, стрелка на стекло – это ссылка. Пять вариантов, поэкспериментируем… Примерно через час астрального времени ко мне постучалась Лиза.

«Витар вернулся, выходи, он всем рассказать хочет. Ух ты, разобрался! А я думаю, что это они у тебя засветились! Латы, имею в виду».

«Пойдём, потом объясню».

– Трое жрецов пошли за жертвой, – стал рассказывать Витар, – уже забрали поди бедолагу, пока я рассказываю. Вдоль стены с обеих сторон от царских врат, иначе не назовёшь – очень роскошные, но не древние, выстроилась дюжина стражников в таких же латах и с алебардами. Похоже, эти костюмы чисто ритуальные и в реальном бою от них толку мало, иначе оружие было бы серьёзней. Да, зал огромный и освещён древними светильниками. – Лиза хмыкнула. Это она про латы подумала. – Потом важно вошли жрецы, аж двадцать пять человек. Пятнадцать в простых чёрных балахонах, остальные в расписных. Ауры у всех чернящие, никогда таких не видел! Силы – море, особенно у разноцветных.

– Магистры, – вставила Лиона.

– Встали вокруг алтаря и оставили проход для царя. Трое пошли за жертвой. Всё. Как только понял, что стража снаружи скоро освободится, вернулся.

– Дуй обратно. Как только стражники одни останутся, пойдём к ним. Снаружи выход из галереи хорошо просматривается?

– Если от алтаря – не очень.

– Отлично, дуй.

– Мы дадим заколоть того старика? – неожиданно спросил неугомонный Снорис.

Мы все переглянулись. Дилемма. С одной стороны, после жертвы царь и окружающие на несколько секунд потеряют ориентацию, с другой – допустить жертвоприношение на собственных глазах, когда мы всё равно пришли убивать… немыслимо!

– Нет, – ответил я твёрдо.

– Стражники одни, царя пока нет, – сказал Витар.

– Идём, – сказал и поднялся.

Только сейчас Витар обратил внимание на мои светящиеся древними активными плетениями латы.

– Как?! – спросил удивлённо.

– Потом объясню, пошли.

Я выключил «скафандр», и мы быстрым шагом двинулись к стражникам.

Они заметили нас, когда до сближения оставалось несколько шагов. Отвлеклись, наблюдая за предстоящим жертвоприношением, выглядывали из-за угла. Здесь ворот не было. Внутренние врата галереи – единственные сохранившиеся древние. Похоже, и латы использовали исключительно из-за ловушек, поэтому и жертву тащили при открытых вратах.

– Назад, уроды! На алтарь захотели, ангелы вас побери! – закричал старший.

Это были его последние слова. Мы ускорились, отработанным движением сорвали шлемы с оторопевших стражников и воткнули им кинжалы в глазницы. Одновременно. Не теряя времени, отшвырнули их в глубь галереи, а сами заняли пост на выходе. Подняли упавшие алебарды.

«Все сюда! – крикнул я в разговорник. – Здесь большая мёртвая зона, не увидят. Лиза, Агнар, надевайте латы, я научу их включать».

Научил. Одновременно с шествием царя.

Царь в сопровождении девяти воинов в богато убранных кольчугах с украшенными древними мечами именно шествовал. Никогда бы не подумал, что сухонький старик с длинной редкой седой бородой в золотых парчовых одеждах может внушать такой трепет. Может. Горделивая осанка, презрительный взгляд и многое другое, в том числе и идущий сзади демон, заставляли падать ниц. Магистры с жрецами падали и быстро вставали, едва он им кивал.

Демона я уже видел в астральном образе, и он заслуживает отдельного описания. Трёхметровый детина с красной кожей, широченными плечами и неохватным торсом. Относительно маленькая, совершенно лысая, как и всё тело, голова. Морда с вытянутыми челюстями и торчащими клыками. Огромные бездонно чёрные глаза под большими надбровными дугами. Абсолютно голый с бесстыдно, напоказ болтающимся между ног огромным членом. Пальцы рук и ног украшали, по-иному не скажешь, тщательно отполированные длинные когти. На спине – сложенные перепончатые крылья. Выражение морды брезгливое.

– Ну что, друзья, роли распределены, тянуть нечего, командуй, Егор! – сказал Агнар, любовно глядя на Лиону из-за прозрачного стекла шлема. Сжимал ей руку и наверняка что-то говорил через разговорник.

– Секунду, – помедлил я, – подождём, когда царь встанет возле алтаря, тогда точно не успеет убежать.

Я тоже сжал руку Лизе и сказал в разговорник только ей:

«Я люблю тебя, Лиза. В заварухе держись от меня подальше, я приму главный огонь».

«Знаю, мы это обсуждали, и я выполню всё как расписано. Береги себя и знай: мне и ребёнку ничего не угрожает. Будь осторожен, любимый, не переживай за меня. Я верю в тебя и провидение!»

«Мы ещё обнимемся после этой заварухи!» – врал я. Сердце тревожно ныло.

«Мама, – говорил Лионе Витар, – я останусь в живых, не волнуйся. Ты, главное, не уходи с террасы, здесь всё как на ладони, и сама сможешь ударить, когда придёт время».

«Сынок, я верю, ты останешься в живых».

«А остальные?» – мгновенно спросил Витар.

«Верю и в остальных, – твёрдо сказала Лиона. – Вам пора».

– Вперёд! – скомандовал я, и семеро воинов тёмными тенями спустились по лестнице и заняли позиции за колоннами. Их было немного. До алтаря с распластанной жертвой метров сто. Это ничто для излучателей – «бластеров». Передвижения воинов не заметили.

Царь взял в руки жертвенный нож и начал читать молитвы. Демон стоял сзади, скрестив на груди огромные руки.

«Огонь!» – крикнул я в разговорник.

Двенадцать лучей скрестились на царе. Вспышка – и его откидывает назад совершенно невредимым. Вокруг него – тусклая серая плёнка, напоминающая благодать Спасителя. Он сразу вскакивает и орёт неожиданно громким, звонким голосом:

– Взять живыми! Только живыми! – Царь мгновенно отошёл от шока и теперь радостно улыбался, предвкушая сражение. – Не лезь! – крикнул он демону.

Тот тоже довольно оскалился и… послушался. Так и остался стоять невозмутимым столбом.

Мы сделали десяток залпов по магистрам и жрецам. Жрецы сгорели сразу, но оставшиеся бежали к нам. Магистры сгорели после трёх попаданий и не бежали, а медленно шли, прячась за колоннами. Мы четверо спрыгнули вниз только после ускорения воинов, жрецов и стражников. Завертелась на первый взгляд хаотичная битва.

Наши спецназовцы рубились с жрецами и воинами и стреляли без стеснения. Вскоре не осталось ни одного стражника в латах, и был жив только один воин. У наших кончились заряды, а времени перезарядить не осталось.

Сказалась выучка мастера меча и помощь демонскими ударами со стороны магистра. Оглушённость после его удара продолжалась доли секунды, и этого оказалось достаточно – воин вихрем подлетал и стал бить саблей плашмя по головам. Последним упал Рухис.

Я не мог себе представить, что на преодоление ста метров в ускорении понадобится целая минута! Пять магистров создали такую плотную завесу из чёрных вихрей, туманов, стен, что мы буквально продирались сквозь неё. Нет, ускорение не выключилось, и латы прекрасно держали удары без дополнительных защит, но нас элементарно отбрасывало назад. Не знаю, справилось бы «зеркало» с таким потоком энергий.

Когда от тройного попадания излучателя погиб очередной магистр, они сменили тактику и собрались вместе, создав общую защиту. Они встали между царём и нами. Лиза на левом фланге пряталась за очередной колонной, Агнар чуть позади и левее меня, я в центре и впереди, Витар – далеко справа. Завязли в тридцати метрах от цели.

Перезарядить пустой излучатель некогда, и я отшвырнул его в сторону. От общей защиты магистров все заклинания отскакивали, не причиняя вреда, а на расстояние удара саблей защита не подпускала. Что мы только не перепробовали! «Диск» и «облако» не оправдали надежд. Я рычал от бешенства.

Рука случайно упала на прицепленный за поясную скобу мешок. Есть! Что вы на это скажете, товарищи магистры?! Я вытащил жезл Барт’хата Крохтура, старшего жреца из Хорнцовца, взял в другую руку кинжал с его душой и приложил к жезлу. Не задумываясь, слился сознанием с кинжалом и позвал. В голове пронеслись жуткие неясные образы, повеяло обжигающим холодом, и надо мной распахнулся портал. Ужас и ненависть неизвестных тварей заполнили мою душу. «Идите убейте тех пятерых, – я представил себе магистров, – и я верну вас назад!» Меня послушались. Двое дракончиков ринулись на своих жертв.