"Фантастика 2023-125". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Юров (Корд) Роман - Страница 928

– А что, прекрасная история о том, как вера в Спасителя побеждает проклятие чернокнижников. Замечательно! И церкви понравится. И вы так торопились, что лошадей загнали, – продолжил рассуждать он после ещё одного бокала. – Точно! Убегали от злобных чёрных. Хорошо получится.

– Никого не загоняли, – махнул я рукой. – Неспокойно на дорогах стало в Шелтонском графстве, скажу я вам по секрету, там коней и потеряли. Еле ноги унесли. Вот так вот.

– Да-а, совсем обнаглели разбойники, – согласился со мной бард, – но бегство от чёрных звучит гораздо трагичней.

Больше мы на эту тему не разговаривали и праздновали до середины ночи.

Глава 9

В баронстве на меня навалилась куча хозяйственных проблем, которые не осмелился решать Семус. В основном это касалось посада: очень много желающих, многим приходится отказывать, а он не знает кому, сомневается. Придётся принимать людей лично.

Далее – проблемы крестьян, с которыми они хотели обратиться именно ко мне и терпеливо ждали без малого месяц, напрочь игнорируя управляющего. Что ж, ещё немножко подождут, сейчас главное – армия, июнь начался. И весна, как назло, тёплая, перевалы рано откроются, если уже не открылись. Да и какие в этих «уральских» горах перевалы! Вот Северные – другое дело. Но это лирика, новых сведений о нападении нет – вот это серьёзно!

И ещё одна мысль давно не давала покоя – зачем нападать?

– Семус, – не выдержав неизвестности, я пригласил его в кабинет, – ты пожилой, мудрый человек, всю жизнь здесь прожил, так подскажи мне, зачем это лавийцам?

– Ваша милость, так известное дело: они всегда эти земли своими считали! Посмотрите на карту: наше баронство их землями окружено. Чего тут непонятного? Их только горы сдерживают, мы как бы в долине с выходом в Хром. И Хром из-за этого за баронство вцепился, не хочет удобный плацдарм для нападения отдавать. Отсюда удобно, можно прямо в сердце графства бить – равнина!

– Ты так говоришь, будто Хром для тебя заграница. – Семус помрачнел. – Но я не об этом: почему сейчас, когда хозяин появился? А крестьян зачем разорять?

– Знаете, что я вам отвечу, господин барон: я думал об этом, и вот что мне пришло в голову. – Управляющий помолчал, в задумчивости шевеля губами. – Живут два соседа и долго спорят за клочок огорода. Спор обоим давно надоел, и кулаками намахались достаточно. Так, тявкают да жалобы в суды строчат. И вдруг один, похитрее, умудрился тот клочок продать, да так, чтоб и у себя часть оставить. И что тогда остаётся другому? Правильно, волосы на себе рвать, и продолжать жаловаться тому, кто повыше, и завидовать хитрости соседа. И тут обиженному приходит в голову – не знаю, самому или кто надоумил, – что с новым хозяином он ещё не дрался! А ну-ка, для проверки пущу я потраву в тот огород и посмотрю, как старый сосед отреагирует. Тот и в ус не подул, один новый хозяин отбивался. Вот оно как! – обрадовался потравщик. Тогда можно новенькому морду набить и прибрать, наконец, злополучный клочок себе. Неспроста, видимо, хитрый сосед этому глупцу землицу задарма подсунул, не в обиду вам, ваша милость, не любит он его и вступаться не будет. По крайней мере, если не устанет драку слушать или если слишком шумно от большой толпы будет. А хитрец думает, что и демоны с ним, с тем куском огорода, я его отсужу или под шумок ещё большей драки обратно верну, тем более за спиной родственник есть с громадными кулаками. Главное – от глупца избавлюсь. Видимо, стоит тот глупец клочка земли. Как вам история, ваша милость?

Я встал, поражённый проницательностью Семуса. Налил пива себе и предложил управляющему. Он не отказался.

Подумав, я сказал Семусу честно:

– Я заключил с графом Хромским сделку: я спасаю его сына, а он за это прикрывает меня от помощников и межгосударственного розыска. – Я сел и отхлебнул пива. Собеседник сделал то же самое. – Он и прикрыл. Сделал меня бароном Комесским. Это всё, больше никаких общих интересов.

Семус смотрел на меня задумчивым взором и молчал. Я ждал. Наконец он снова заговорил:

– Как вы знаете, я долго служил у графа. Сначала у отца, потом у сына. Служил в страже. Служил честно, но чинов не выслужил, не сподобился. Но хочу сказать не об этом. Когда нынешний граф был ещё только наследником, произошла занимательная история. Вернее, их было несколько, но я расскажу об одной. Нугар с детства был себе на уме. Умный, скрытный и честный. По-своему, до болезненности, и страшно не любил, когда над ним смеялись, а тем паче надсмехались или выставляли глупцом. Дело было в Грунде, все наследники учились в гвардейской школе. Поспорили тогда школяры о масти коня Нугара. Он утверждал, что конь вороной, а троица старших – что каурый. Подняли его при всех на смех. Нугар запомнил. Через год вызвал всех троих на дуэль. По очереди. И убил. Скандал жуткий! Убиенные были из влиятельных семейств, и отцу Нугара с трудом удалось замять последствия. Теперь думайте, ваша милость, важнее ваша тайна масти коня или нет.

Я в волнении снова расхаживал по комнате. Семус пил пиво. Внешне спокойно, но Фиона видела, какие кошки у него на душе, как ему больно, тоскливо и… безнадёжно? Переживает старик.

– Подожди, но ведь нападение лавийцев – это для него тоже оскорбление! Над ним же смеяться будут, если у него кусок земли оттяпают.

– В первую очередь оттяпают у нас, а не у него. Он же продал баронство. Причём ловко, за кое-какие деньги. Правда, без принятия вассальной присяги. Над этим и можно бы посмеяться, но все понимают, что это за баронство.

– Стой! А ты, как его представитель, а исполнение договора с Лавией? Я же под всем этим расписывался! Фактически граф – мой сюзерен, правильно? И обязан меня защищать.

– Исключительно из добрых побуждений! Присягу вы не давали, а он, в свою очередь, отказался от налогов.

– Правильно, на три года, пока на ноги не встану…

– И пока не дадите вассальную клятву. У него развязаны руки, а у вас связаны. Он очень хитёр, и никто не может с ним тягаться в разной… казуистике, вот. Повторюсь, ваша милость: только если война затянется или если в очень большом количестве войска нападут, ему придётся вмешаться. Иначе не поймёт его общество. И я вам без всякой разведки могу сказать, что граф уже стягивает войска поближе к баронству.

– Как долго и насколько много, чтобы Нугар вмешался?

– А вот этого я вам сказать не могу, ваша милость. Не дольше месяца, думаю, а про количество никакого понятия не имею.

Я опять сел и отпил пива.

– Слишком долго для нас. Хотя… как вариант…

– Ваша милость, я не стал бы на это рассчитывать.

– Почему?

– Повторяю: граф хитёр, и если он своими силами нас освободит, то… не знаю, что он может придумать.

– Хм, – я покачал головой, – граф, граф… Ты же ему присягал, а говоришь как о чужом владетеле! Это как?

– Теперь Хром – заграница, – твёрдо ответил старик, – а присяга пусть будет на совести графа, когда он не пришёл нам на помощь. Столько людей погибло! Я – житель Комеса. Был и остаюсь, – закончил Семус, гордо поднявшись.

– Ты же общаешься с Ярошем?

– Общаюсь, и что? Только с ним и только по делу, и он тоже делами недоволен, по голосу слышу. Не переживайте, ваша милость, ничего лишнего я ему не говорю.

– Я не об этом, – махнул я рукой. – Слушай, а ты с самого начала всё это знал?

– Что? А, про лавийцев и Нугара? Нет, конечно, храни вас Спаситель! Как я был рад, что у баронства появился хозяин! А когда строительство началось и помощь жителям пошла, то был просто счастлив. Всё изменилось после нападения. Я стал думать и вспоминать. Так родилась сказка, – Семус криво ухмыльнулся, – которая, к сожалению, сказкой не является.

– Не переживай, старик, отобьёмся! Ты мне веришь? – Я посмотрел управляющему прямо в глаза.

– Верю. – У него на душе явно полегчало.

– Вот что ещё хотел у тебя узнать. Если граф так к нам относится, то не перейти ли нам к лавийцам? Подожди, не возмущайся. Раз Нугар нас кинул, то и мы ему ничем не обязаны, а крестьянам, как мне кажется, без разницы, под кем жить, а от войны отмажемся. Я не прав?