"Фантастика 2023-125". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Юров (Корд) Роман - Страница 1060

Глава 23

«Жертвенная пятерка» смогла покинуть место жертвоприношения только к полудню. Пока забросали труп мусором и снегом, пока стерли с мерзлой земли знаки, то да се – раньше не получилось. Разъезжались по разным дорогам, каждый на своей машине. В последнее время приходилось соблюдать особую осторожность: менты как с цепи сорвались.

Никто точно не знал из-за чего, но приказы во всех отделениях были однозначными: регистрировать трупы всех бомжей, особенно пожилых, и расследовать обстоятельства смертей с особой тщательностью. В случае обнаружения в трупах колотых ран в области сердца объявлять план «Перехват» и сообщать смежникам из ФСБ. Задерживать всех лиц по малейшему подозрению в причастности к данному убийству.

В среде почитателей Апопа ходили упорные слухи, что это связано с пропажей одной из сибирских «пятерок» во главе с двумя Главными жрецами. Выяснение точных причин милицейской активности затруднялось разобщенностью почитателей, которая напрямую поддерживалась самими богами. Они лично организовывали встречи своих Главных жрецов и делали это очень редко и, само собой, перед недостойными смертными не отчитывались. На прямые вопросы Главного жреца, с которым общались во сне, не отвечали из принципа и требовали исключительно подобострастного отношения. Пилюлю недовольства подслащивали непременным обещанием сделать жреца Верховным, если он все приказы будет выполнять в точности. Главные старались. Ведь на другой чаше весов лежала вполне осязаемая возможность самому стать жертвой. Стоило Апопу присниться одному из Старших жрецов, прямому подчиненному Главного, как участь последнего была решена: его сила легко блокировалась недовольными богами-демонами, и провинившийся Главный, буквально секунду назад видевший себя в кресле Верховного, шел под нож, ничем от простого городского бомжа не отличаясь. Впрочем, сетовать почитателям было не на что. Как только они приобщались к культу, их земная жизнь резко шла в гору. Это было таким приятным сюрпризом, таким весомым довеском к ощущению силы и тайной власти, что некоторые жрецы даже самим себе боялись признаться, что опасаются реального прихода «начальства» на землю. А ну как попадешься на глаза того же ворчливого Апопа? Съест – не поморщится. Дрожали, но остановиться уже не могли – зависимость возникала мощнейшая, с героиновой несравнимая.

Евгений Светлов, или, в среде своей пятерки, Семех, попался по-глупому. Сегодня он был ведущим жрецом ритуала, то есть лично колол жертву. И надо же было такому случиться, что в нем изволила принять участие госпожа Главный жрец Вероника Павловна, руководящая тремя московскими пятерками. Многие посвященные облизывались на эту шикарную девушку, выглядевшую так молодо и доступно, но о большем и думать не смели. Строга она была невероятно; честолюбива, как все Главные; ненасытна, как большинство жрецов, но ориентацию имела нестандартную, и посвященные об этом знали. Глотали слюнки и отрывались на других женщинах.

Резали в этот день какую-то девушку, и для Вероники, похоже, это было чем-то личным. Она сама ее привела, но обряд доверила провести молодому Семеху. А после заставила слить всю силу в накопитель. Он, видите ли, сильно любит транжирить ману попусту, и это будет ему уроком, и что скоро сила должна будет потребоваться просто в неимоверных количествах, и даже не намекнула – на что. Накопитель – а «серые» в последнее время приспособились использовать графит в форме пирамидок – неплохо держал и несложно достать – забрала с собой.

«Су… ой, Великая. – Семех и в мыслях боялся оскорбить начальницу. – А как ты предлагаешь мне бизнес вести? На одних откатах и крыше разоришься! Да и конкуренты не дремлют, за удобными площадками под застройку – длиннющая очередь… Эх, мне бы этой пирамидки на месяц хватило… Как теперь на встречи буду ездить? Ну… Великая…» – досадовал он, уважительно вручая девушке накопитель.

Надо было и жертвенный нож отдать, но пожадничал. Он был новенький, впервые опробованный, и так приятно пах остатками силы, что рука не повернулась. Вероника лишь презрительно скривилась, позволив своему ухоженному личику на мгновенье испортиться. По слухам, дома она держала целый гарем, в котором была опытная визажистка.

С этим ножом и попался.

Семех выехал последним и вляпался в план «Перехват». Наскоро припрятанное тело девушки, превратившейся в старуху, нашли быстрее, чем предполагали «серые». Нехорошее было место, неудобное. Неподалеку располагался дачный поселок, и собак скорее всего бегало – не сосчитать. На рассвете их, конечно, видно не было, но Сергей бы на месте старшего поостерегся. Наверное, выкопала какая-то сучка на выгуле, и дачники, а их здесь круглогодичных полно, тут же подняли вой.

На посту ДПС гаишники нашли в багажнике нож – и пошло-поехало. Теперь Семеху приходится сидеть в отделении милиции и ждать допроса. Или Вероника раньше приедет – он успел с ней созвониться. Это была маленькая месть: забрала силу – выручай. Не будь она такой жадной, то кивнул бы Сергей тормозившему его сержанту и поехал бы дальше. Ничего, Вероника скоро все здесь поправит, и следов его задержания не останется ни в одном протоколе.

В спортзал меня привели на следующий день после просьбы. Маты, турник, шведская стенка, гантели, штанга, баскетбольные кольца, на полу разметка – все как обычно. С удовольствием пробежался по кругу, размялся, не обращая внимания на любопытные взгляды моего сопровождающего и пятерых занимающихся на матах коротко стриженных парней в тренировочных штанах и тельняшках. Я был босиком и в джинсах – спортивную форму мне выдать не удосужились. Принялся проводить бой с тенью. Тело слушалось сносно. Не по причине нездоровья, а из-за застоя. В ускорение не входил, но чувствовал, что могу. Не в полное, которое устраивала Синя, расходуя силу Жизни, а в «нормальное», за счет ресурсов моего измененного организма. Свободно двигаться, растягиваться, выполнять привычные движения и связки было очень приятно, душа пела.

Кто бы сомневался, что те ребята – не просто спортсмены, как бы на огонек заглянувшие и случайно с арестантом столкнувшиеся; они, как я и думал, подошли в разгар работы.

– Эй, парень, можно тебя отвлечь? – спросил самый старший по возрасту, лет под тридцать. Два метра ростом, за сотню кило веса без капли жира. Внешне – машина для убийства. Лицо меж тем было очень добродушным, курносым и голубоглазым, под рыжим ежиком на голове. По весне на носу наверняка веснушки выступают, и тогда мужик становится мишенью для подколок со стороны товарищей. Его совершенно не боялись.

– Разумеется, сударь, для того мы здесь и собрались, – манерно ответил я, остановливаясь. Ребята хмыкнули.

– Сударь так сударь, – с улыбкой согласился здоровяк. В его взоре плескались спокойствие и абсолютная в себе уверенность.

«Точно дразнят – стопудово! И сами ржут. А он смотрит на все это снисходительно, да еще и поддерживает», – подумалось мне неожиданно весело.

– Как называется твой стиль? – поинтересовался он.

– Э-э-э… ушу-Рона. Из дзен-архивов Шаолиня. Двадцать лет изматывающих тренировок и медитаций, – сказал я со всей серьезностью, кивая по типу «честь имею».

Парни откровенно заржали. Рыжий поддержал игру.

– Не соблаговолите ли, сударь, поучаствовать в спарринге? – предложил он с легким поклоном, получившимся неуклюжим. На слове «соблаговолите» пару раз спотыкался, чем вызвал дополнительный хохот.

– Извольте, – важно ответил я, чем вызвал новый взрыв смеха.

– Ша! – остановил расшалившихся ребят рыжий. – Ну хватит язык ломать. С кем хочешь поработать?

– Мне без разницы.

– Коля, – рыжий выбрал самого маленького, примерно моей комплекции, – у вас одна категория. Начали.

– Стой! – остановил я парня, вышедшего из мгновенно образовавшегося круга, и уточнил: – Полный контакт?

– Конечно! – удивленно ответил Коля. – Да ты не боись, калечить не буду! – успокоил меня насмешливо и несколько высокомерно.