Килл крик - Томас Скотт - Страница 16

Мор коснулась своего экземпляра на столе.

«Я помню эту книгу. Из детства», – подумала она.

Страницы высохли и немного пожелтели, обложка обтрепалась по краям. На ней была выцветшая картинка, изображающая поле, довольно похожее на то, где стоял Уэйнрайт в начале своего нелепого представления. На дальнем конце поля, чуть с краю, темнел силуэт дома. На третьем этаже ярко светилось окно.

Заголовок, набранный рельефным, нарочито зловещим шрифтом, характерным для дешевых ужастиков восьмидесятых, гласил: «Фантомы прерии: подлинная история сверхъестественного кошмара». А внизу стояло имя автора: доктор Малкольм Адьюдел.

Кейт села рядом с Уэйнрайтом, почти касаясь его локтем.

Мор смотрела, как остальные вертят книги в руках.

– Что это? – спросил Манниак с искренним любопытством.

Уэйнрайт улыбнулся:

– Это наш путеводитель. Кто-нибудь из вас читал это?

– Когда эта книга появилась в печати, – заметил Себастьян в своей сдержанной, утонченной манере, – она полностью оправдала мои ожидания, оказавшись неряшливой, состряпанной исключительно ради денег жульнической поделкой.

– Ага, сейчас образованная публика думает именно так. – Уэйнрайт поднял свой изрядно потрепанный экземпляр, пробежался пальцами по ветхим страницам. – Но тогда многие люди верили написанному здесь, настолько верили, что книга попала в список документальных бестселлеров. В этой части страны дом на Кровавом ручье до сих пор является местной легендой, Сэм подтвердит.

Мор взглянула на Сэма – тот кивнул:

– Это просто детская страшилка.

– Погодите, я припоминаю это место, – заявил Дэниел, осторожно поворачивая книгу в руках, точно драгоценный древний артефакт. – Шуму было много…

– Правда, недолго, – вставила Кейт.

Мор закатила глаза. Недолго. Ну, разумеется. Мелкая девчонка. Ничего, скоро повзрослеешь.

Дэниел кивнул:

– Точно. Точно, это там жили две жуткие женщины…

– Сестры Финч, – сказал Уэйнрайт.

– Именно. С тех пор как этот дом построили, никто не мог там прижиться. Когда люди в него въезжают, дом вроде как оживает! – Манниак постучал пальцем по обложке «Фантомов прерии». – В книге это все описано. Теперь я вспомнил. А фильм про это не сделали?

– Собирались, – ответил Уэйнрайт. – Но так и не сняли.

Мор скрестила руки на груди, откинулась на спинку стула и, сощурившись, посмотрела на юного интернет-магната во главе стола:

– Так какое отношение дом на Кровавом ручье имеет к нам?

Уэйнрайт ответил на ее пристальный взгляд, даже не вздрогнув:

– В октябре «Страх в эфире» всегда делает что-то грандиозное к Хэллоуину. Но в этом году у нас как-то не задалось. Все наши придумки были либо слишком очевидными – такое могло прийти в голову кому угодно, – либо слишком дешевыми, им не хватало… ну, того инди-пафоса, благодаря которому и прославился «Страх в эфире». Мы тематическая платформа, правильно? Но помимо этого мы поп-культурная платформа – такая у нас концепция. От прочих подобных сайтов и журналов нас отличает то, что мы в равной мере фокусируемся как на популярном, так и на культурном. Если некое явление уже стало мейнстримом, я хочу взглянуть на него с нового, совершенно неожиданного ракурса. Если некое явление забыли или обделили вниманием, я хочу, чтобы о нем стало известно всем и каждому. Поэтому наши большие проекты должны как бы существовать в двух ипостасях: в них должно присутствовать нечто развесисто-низкопробное, но необычным образом облагороженное – как правило, с помощью автора или авторов, обладающих настолько неоспоримым авторитетом, что они возвышают низкопробное, превращают его в нечто… глубокое.

Уэйнрайт вошел в раж. Когда Мор увидела его в первый раз, он показался ей резиновым: стоявший перед ней человек словно натянул маску Уэйнрайта, скрыв свое подлинное лицо. Но чем дольше Уэйнрайт говорил о предмете своей страсти, тем более живой казалась его резиновая плоть.

– И однажды в моем мозгу вдруг возникла картинка: старый темный дом, ночь Хэллоуина. Дом с привидениями. Все любят дома с привидениями. Это вечное. Это популярное. Оставалось добавить культуру. А это уже вы.

– При всем уважении к вашей изобретательности, я на это не подписывался, – заявил Себастьян.

Уэйнрайт бросил взгляд на Кейт, и та ответила ободряющей улыбкой.

Это не ускользнуло от внимания Мор. «Они вместе», – отложила она у себя в голове на будущее.

Из кожаного портфеля, что стоял на полу рядом с его стулом, Уэйнрайт достал пачку бумажных листов и положил на стол:

– Вот документ, который подписывали либо вы, либо ваши представители. Вы, таким образом, дали согласие на двухдневное интервью со «Страхом в эфире». Я обещал вам покрытие расходов на проезд, питание и проживание. Но я не упоминал, где будет проходить интервью и будут ли на нем присутствовать другие лица. Вы все предположили, что будете единственными интервьюируемыми и что мероприятие будет проходить в нормальной, так сказать, обстановке.

– Вы нас обманули, – сказал Сэм. Злости в его голосе не было. Он лишь констатировал простой и очевидный факт.

Уэйнрайт вздохнул:

– Ну что же… да, обманул. Полагаю, можно это и так назвать. Но если бы вы знали мой план с самого начала, вы бы пришли сюда? Смог бы я тогда собрать вас в одной комнате?

– Ну что ж, у вас получилось, – сказал Сэм. – Вы нас собрали. Но ваша затея мне неинтересна.

Он отодвинул свой стул, собираясь уходить.

– Да что с вами, Сэм? Любой ваш студент за шесть банок пива пойдет и вынесет с ноги дверь дома сестер Финч. Не говорите мне, что современный автор хорроров боится… как вы выразились… детской страшилки?

Мор ждала, что попсарь со Среднего Запада заглотит наживку, однако этого не случилось. Сэм молчал.

Уэйнрайт повернулся к остальным:

– Мы могли бы провести интервью здесь, в библиотеке, могли бы провести его в каком-нибудь конференц-зале или в любом месте, где тупо ловится Интернет.

Он выдержал паузу – достаточно долгую, чтобы любой из писателей мог встать и выйти. Никто не двинулся с места.

– Я не могу вас принудить. Вы можете уехать сейчас. Или переночевать в Плазе – для вас забронированы комнаты в отеле – и уехать утром. – Он подался вперед в свете лампы, и на лицо его легли длинные тени. – Или можете поехать со мной на Кровавый ручей, и тогда первого ноября вы будете не просто самыми знаменитыми авторами романов ужасов на планете – вы будете самыми знаменитыми авторами на планете.

– Мы и так знамениты, – заметил Себастьян. Спина его напряглась.

Уэйнрайт медленно кивнул:

– Верно, вы, сэр, знамениты. У определенного поколения. Но что будет, если читатели вас забудут?

Он повернулся к Дэниелу Манниаку:

– Или перерастут вас?

К Мор:

– Или не поймут вас?

К Сэму:

– Или разочаруются в вас?

В зале повисла напряженная тишина. Никто не хотел признаваться, что уколы Уэйнрайта попали точно в цель.

«Да пошел он», – подумала Мор.

– Это бред собачий.

– Бред? – переспросил Уэйнрайт. – Или именно то, что нужно сейчас каждому из вас?

– Детка, ты не знаешь, что мне нужно, – ответила Мор. – А если бы даже и знал, то не сумел бы мне это дать.

Уэйнрайт издал отрывистый смешок. Не издевательский – ему и вправду было весело.

– Слушайте, я обещаю, вы отлично проведете время. Будет уютно. Дом на самом деле не такой уж ветхий. Рейчел Финч жила в нем до девяносто восьмого. Несколько дней назад там снова подключили воду. Электричество дает генератор. Сегодня после обеда команда уборщиков отправилась наводить внутри чистоту.

Дэниел Манниак привстал со своего места:

– То есть люди входили в дом?

– Только уборщики. Разнорабочий. Возможно, еще парочка трудяг.

– И ничего… не было?

– Вы о чем, дружище? О паранормальных явлениях?

Дэниел кивнул:

– Ну, от дома сестер Финч чего-то такого и ждешь.

Уэйнрайт покачал головой: