"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ) - Рубанов Андрей Викторович - Страница 1338

Последним, что я запомнила, стала чашка с сонным отваром, поднесенная мне Лиззи. Я выпила горький напиток, в голове у меня зашумело, а веки закрылись сами собой. И все – дальше наступили тишина, покой, темнота… Ну чем не смерть, а?

Глава 3

Меня разбудили голоса, раздающиеся где-то поблизости… Несколько пар ног несогласованно шоркали по сухой кладбищенской земле, звякал несомый людьми инструмент, а ведомый ими разговор то и дело превращался в перебранку. Судя по всему, погост посетило несколько деревенских упырей, причем пожаловали они сюда именно по мою душу…

– Где эта чернявая негодяйка прячется?! – раздраженно вопрошал первый, звучно брякая чем-то металлическим, наверное, ломом и лопатой.

– Огни вроде там видели… – услужливой подсказкой пропищал полудетский голосок.

– Интересно, чью могилу она сейчас разрывает? – проворчал первый бас.

– Только бы не моего дедушки! – ахнул второй писклявый юношеский дискант.

– Ищите внимательней, под каждый куст смотрите! – приказал предводитель.

– Пожалуйста, только не моего дедушки! – непрерывно ныл дискант.

– Эй, собак сейчас спускать или когда на след встанут? – спросил кто-то третий.

– Только не дедушку! Только не его! – не умолкал нудный рефрен.

– Да что тебя так дедушка волнует? – удивился бас.

– Так если она его оживит, мне придется наследство свое возвращать! – почти взвыл жалобщик.

– Ничего тебе не придется. Мертвые не имеют права на имущество живых! – здраво пояснил третий.

– Точно?

– Как главный судья тебе говорю. Хочешь, даже закон такой примем? Только с тебя за это две бочки твоего лучшего пива.

– А если она не моего дедушку оживит, а чужого? – внезапно осенило обладателя дисканта.

– Все равно с тебя пиво! Законы так просто не издаются!

– Опять она словно сквозь землю провалилась, – донеслось до меня чье-то мрачное ворчание. – Во второй раз пытаемся ее поймать, и во второй раз она исчезает… – Кажется, этот голос принадлежал старосте Димитру. – Приютили на свою голову!

– Дык волшебница все-таки, – с уважением вставил кто-то еще. – Если ее даже Хозяин не трогает!

– Да какая она, к гоблинам, волшебница! Полночи по нашему кладбищу шарилась, а ни одного трупа так и не подняла! Только надгробия пороняла, хулиганка эдакая!

– Хорошо хоть дедушку не отрыла… – не унимался дискант.

– А кого она отрыла-то?

– Да мельника старого, – услужливо сообщил кто-то.

– Того, что с полгода назад похоронили? – развеселился Димитр.

– Ага, – уточнил бас.

– Ну и хорошо, что не оживила, при нем мельница всего-то раз в месяц работала, – произнес староста.

– И не говори, нынешний гораздо лучше! – загалдела вся компания.

– А все-таки куда эта пришлая девчонка запропастилась? Вроде все осмотрели, нету ее нигде, – напомнил бас.

– Да не пришлая она! Богами Пресветлыми вам клянусь! Кроме наших, никто эти места так хорошо не знает! – пробубнил кто-то. – Может, она из храма, может, ее сама Госпожа прислала…

– Да полно тебе ворчать, старый! – попенял дискант. – В наших краях уже лет двести даже самых завалящих магов не водится, откуда некромансерке-то взяться?

– Ладно, упустили мы ее, – разочарованно констатировал староста. – Пошли, что ли, спать, рассвет скоро. Завтра уже придем, восстановим все, что она тут порушила…

На этом гул разбудивших меня голосов начал отдаляться, а я победно хихикнула и снова заснула – похоже, действие зелья Лиззи еще не закончилось…

Я окончательно проснулась от боли в затекшей спине. И как только упыри регулярно в своих гробах спят, неудобно же! Ладонями и коленками толкнулась в крышку домовины, отбрасывая ее в сторону. Тут же выяснилось, что друзья лишь слегка присыпали мой гроб землей, поверх забросав увядшими цветами и травой, набранными с других могил. Умно. Села, с наслаждением вдыхая свежий воздух. Небо над кладбищем едва начинало окрашиваться в нежнейший розовый цвет, предвещая скорый рассвет. Звезды гасли одна за другой, трусливо удирая со светлеющего небосклона. На деревенском погосте не наблюдалось ни единой души – ни живой, ни неживой. Кроме меня, конечно. Ой нет, кажется, я ошиблась…

В изголовье моей импровизированной могилы стояла покосившаяся древняя скамья, не сразу мною замеченная. А на ней тихонько сидела какая-то фигура, с головой закутанная в черный плащ. Судя по расслабленной позе, сидела давно – очевидно дожидаясь моего пробуждения…

– Доброе утро! – вежливо поздоровалась я и широко зевнула.

– Ну, кому, может, и доброе… – глухо ответила фигура и откинула капюшон плаща…

Я растерянно моргнула от неожиданности. Ожидала увидеть жуткого монстра, морально готовилась к такому зрелищу, а тут… Худое бледное лицо молодого мужчины вполне интеллигентного вида. Печальные карие глаза, темные волосы, чуть тронутые брутальной сединой, подбородок скрывает повязка. М-да-а-а-а…

– Даже не верится, что это именно о вас такие страсти-мордасти рассказывают! – с жалостью сообщила я, вылезая из гроба.

– Испорченная репутация! – виновато пожал плечами мужчина, галантно помогая мне занять место на скамейке, рядом с ним. – За неимением лучшего. Спасибо и на этом. А чего прикажете ждать от необразованных сермяжных мужиков, нанявших здоровенного дуболома, который мой дом в щепки разнес, проклял всех и вся, да еще и меня травмировал… – Мужчина осторожно прикоснулся к своей повязке и болезненно сморщился. – Ох!

– Ох! – согласно поддакнула я. – Вернее, ага! Знаете, а я вам верю, ведь это вы наше молоко выпили, не так ли?

– Я! Нижайше прощу прощения, – не стал отпираться незнакомец. – А что прикажете делать при этаком ущербе? – Он сдвинул повязку и деликатно приоткрыл рот, демонстрируя уже ожидаемое мною отсутствие зубов. – Сами понимаете, я теперь безобиднее мыши. Ем только манную кашку, дышу свежим воздухом и не имею возможности покинуть оные места, к коим привязан коряво наложенным проклятием. Короче, веду исключительно здоровый и благопристойный образ жизни, хоть к лику святых причисляй. А все благодаря злодею Зухтиме, чтоб его… – Мужчина печально покачал головой. – Развелось хулиганов… Ступить некуда!

Я не сдержалась и весело рассмеялась, очарованная наивностью своего нового знакомого и его почти детской непосредственностью. Так вот он какой – местный Хозяин, злобный и кровожадный! Собеседник посмотрел на меня с нескрываемой обидой и плаксиво скуксился.

– Не ожидал подобной черствости от такой симпатичной молодой дамы, – укоризненно произнес он. – Все меня обижают, и вы туда же…

– Да нет, – торопливо перебила я, – я очень хочу вам помочь.

– Чем? – шмыгнул носом мужчина. – Мое положение совершенно безвыходное.

– Я так не думаю. – Я одобряюще погладила его по плечу. – Итак, сейчас я озвучу свое видение ситуации, а вы меня поправьте, если ошибусь.

Мужчина кивнул.

– Вы жили в этой деревне и были…

– Травником! – подсказал инвалид. – Флору местную изучал. Составлением гербариев увлекался. Людей лечил. Но сами знаете, как случается: не смог помочь древнему деду – обвинили меня, ребенок от антонова огня[241] умер – опять я виноват. И вот я уже ославлен как черный колдун, чернокнижник! – Из груди страдальца вырвался печальный стон. – Дальше – хуже. Местные на меня ополчились и пригласили прискорбно знаменитого хулигана Зухтима, почему-то считавшегося в этих краях богатырем, защитником сирых и обездоленных. А оный Зухтим мало того что к спиртному неровно дышал, так еще и грабежом с убийствами промышлял, и черной магией баловался. Заломил он за свои услуги цену неимоверную, но мужички поднапряглись и требуемую сумму собрали. Зухтим напал на меня подло, без вызова на поединок. Бились мы долго, но он с его чарами оказался сильнее…

Я хмыкнула. Вот так в жизни и происходит: зло зачастую оказывается беззащитным добром, а истинное зло – носит фальшивую маску смирения и благочестия, способную ввести в заблуждение многих.