"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ) - Рубанов Андрей Викторович - Страница 1109

На секунду в комнате повисла тишина.

– Но это же так прекрасно! – нарушила неловкое молчание госпожа кардинал. – Приятно осознавать, Виктор, что вы способны на что-то полезное. Радислава, поздравляю!

– Надеюсь, не я один, – не остался в долгу байкер, одарив многозначительным взглядом Злату и Эрика ди Таэ.

– Виктор! – вспыхнула госпожа кардинал.

– Ну… – князь собственнически обнял жену за талию, – мы над этим работаем.

Злата попыталась отвесить ему подзатыльник, но не преуспела.

– А теперь давайте все-таки вернемся к нашим баранам, – мгновенно взяла серьезный тон Пшертневская, показывая, что веселье окончено. – Что нам делать с полностью собранной картой?! Рид, это ведь реликвия твоей семьи, тебе и решать, как с ней поступить.

– Значит, опять все упирается в нас? А-а-а, да что там решать! – Архонт нервно взмахнул рукой, очки едва не слетели на пол. – Профессор, ваши спички, позвольте…

Криэ кинул ему коробку. Секунда – и пергамент вспыхнул, съеживаясь в ярко-оранжевом пламени, а на столе осталось лишь обугленное пятно.

– Вот и все решение, – пожал плечами архонт.

Анна потрясенно ахнула.

– Ты уничтожил величайшее сокровище двух миров! – с легким упреком констатировал Хьюго.

– И, пожалуй, это правильно, – философски откликнулся Эрик. – Ибо кто знает, в чьи руки она могла попасть впоследствии и каких дел натворить. Риду пришлось выбирать между сохранностью сокровища и будущим всего мира. Получалось, куда ни кинь – везде клин. А ведь меньшего зла не бывает… Поэтому лучше избавиться от такого спорного сокровища…

– Ты неправ! – вдруг тихонько перебила мага Жози. – Ведь сокровище не погибло!

Несколько пар глаз изумленно уставились на андрогина.

– Дорогая, карта только что сгорела… – осторожно начал Фарт.

– Да я не о карте говорю! – весело махнула рукой блондинка. – Я говорю о настоящем сокровище двух миров! Обо всех вас, – она обвела многозначительным взглядом собравшихся в комнате дипломатов, – готовых ценой своей жизни оберегать любовь, добро и справедливость. Бороться за благополучие и светлое будущее всех людей и представителей иных рас. Поэтому вы и есть величайшее сокровище двух миров!

Дипломаты польщенно заулыбались, мысленно соглашаясь с доводами прозорливой Жози. Наконец-то их работу оценили по справедливости!

– А ведь Жози права! – заявил Эрик. – Мы сами выбрали свой путь. По-моему, стоять на страже двух миров – вполне достойное занятие, интересное – так уж точно. Исход любого дела всегда зависит только от нас самих, а если знать, чем все закончится, то жить и бороться станет просто неинтересно…

– Получается, мы полностью выполнили поставленную перед нами задачу и теперь в нашей жизни уже не будет ничего интересного? – печально спросила Злата.

– Отчего же? – возмутился Виктор. – Нужно отпраздновать нашу с Радиславой свадьбу!

– И нашу тоже! – громко добавил Хьюго, многозначительно косясь на Анну.

– И нашу! – Рид нежно прижал к себе скромно улыбающуюся Лиссу.

А отец Фарт лишь вопросительно взглянул на Жозефину, прочитал в ее глазах утвердительный ответ и счастливо вздохнул…

Эпилог

Рабочие, выделенные городом для разбора обломков на месте взрыва, сгубившего собор Святого Матиаша, натужно отвалили кусок закопченного перекрытия… Обломки помельче гравием ссыпались в открывшуюся дыру. Внизу промелькнуло какое-то движение, а в следующий момент раздался хриплый кашель.

– О, мой бог! – вскрикнул кто-то из рабочих. – Кажись, там живой! Эй, медиков сюда!

Несколько минут спустя наверх подняли измазанного в саже и копоти человека. Одежда зияла прорехами. Уродливой розой цвела на лице не то рана, не то язва, поглотившая нижнее веко и скулу. Говорил спасенный невнятно и с явным трудом. А еще полчаса спустя он куда-то делся, и никто так толком и не смог понять куда. Медики лишь разводили руками, рабочие чесали в затылке…

…Эльдар Керн с блаженством привалился к холодной стене склепа в глубине кладбища «Керепеши». Здесь лежали его вещи, которые он успел вынести из особняка иезуитов, а главное – хранился обтянутый кожей и обитый изнутри мягкой тканью сундучок. Керн вынул темный флакон и сделал глоток. О да, он будет жить… Завернувшись в длинный дорожный плащ и спрятав лицо в тени капюшона, маг подхватил сундучок и медленно двинулся прочь с кладбища. Имеющихся у него денег как раз хватит на билет до Цюриха. Главное, он жив! А о том, что делать дальше, можно подумать потом, в комфортабельном номере гостиницы, после ванны и хорошего ужина…

В книге использованы стихи авторов.

Татьяна Ивановна Устименко

Сказки Круговерти. Право уйти

© Т.И. Устименко

© ООО «Издательство АСТ»

Пролог

В этом году озорница-осень пришла в город необычайно рано, мастерски расцветив клены, испокон веков обрамляющие главную площадь Далеграда. Яркие резные кроны многоцветьем горели на фоне пока еще ясного неба. Нежаркое октябрьское солнце ползло к земле. Несколько широких листьев, подхваченных расшалившимся ветром, залетели в давно высохший фонтан и принялись играть в догонялки, так бестолково кружа по дну, словно стремились привлечь взгляд одной весьма странной личности, впрочем, не обращающей на них ни малейшего внимания. Интерес листьев объяснялся просто, ибо на шершавом сером бортике сидела совсем молоденькая девушка, красно-рыжим цветом волос не уступавшая соседним деревьям. Короткая встрепанная шевелюра казалась громадным кленовым листом, увенчавшим ее голову. Тонкие пальцы перебирали струны старенькой девятиструнной гитары. Слушателей не было, но певицу это, кажется, совершенно не смущало. Менестрелька негромко, но оттого не менее отчетливо, завела очередную песню:

В доме напротив фонтана хлопнула дверь. Медная вывеска в виде глаза глухо брякнула по темным доскам. Барон Тарница вышел, а точнее – выскочил на улицу, пребывая вне себя от гнева. Два месяца он ждал аудиенции у лучшей ясновидящей Далеграда лишь для того, чтобы она повторила изречение, уже многократно слышанное от ее собратьев по ремеслу: младенец мужеска пола, нареченный Эданом, – есть родной сын господина барона и его безвременно скончавшейся второй жены, баронессы Эвелины. Не нагулыш, не ошибка природы, не подменный подкидыш (как предпочитал думать сам господин барон), а родной, законный и единокровный сын!

Нет, Йожеф Тарница никак не желал с этим мириться. Его сын не может быть рыжеволос! Ну и что, что не перенесшая родов супруга обладала медово-медными локонами! Ведь старший сын господина барона от первого брака, тоже, к несчастью, завершившегося смертью дражайшей половины, унаследовал черты отца. Кровь рода Тарница всегда оказывалась сильнее крови приходящей.

Над площадью плыл грустный мелодичный напев, непонятно к кому обращенный. Звонкий девичий голос отчетливо разносился в прозрачном осеннем воздухе.