"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Баранников Сергей - Страница 856

Вышел я из Настиной квартиры около одиннадцати и неспешно направился в тот двор, где оставил машину.

А ведь когда я открыл глаза и увидел потолок Настиной спальни, поймал себя на мысли, что лень вставать и можно бы остаться. Однако тут же прогнал эту предательскую мысль прочь. Нужно расставаться, а не оставаться. К тому же утро субботы мне хочется начать дома в семейной обстановке с завтрака со Светой.

– А-а-а!! – пронзительный крик разрезал тишину позднего вечера. Я остановился и резко повернулся налево, задрав голову. Третий этаж, открытое окно.

– НЕТ!!! Не надо! Не надо!

Внезапно крик стих, из окна вылетел грайм. Он был прямо надо мной: огромная черная тыква-горлянка с подобиями рук и ног, с бездонным ртом и глазами… Э? Синего цвета?

Злобный дух мгновенно бросился ко мне с вполне ясными намерениями. Я ушел с линии его стремительной атаки, развернувшись вполоборота. Грайм пролетел мимо и, заложив петлю, вновь полетел на меня, выставив вперед тонкие ручки и распахнув страшный рот.

Резко перенеся вес тела, я прыгнул вперед, сделал перекат, из которого тут же вышел в положение стоя и со всех ног побежал дальше, не забывая глядеть по сторонам. Дух и не думал оставлять меня в покое, поэтому я продолжал судорожно искать пути решения возникшей проблемы.

Когда грайм движется, можно расслышать слабые завывания, похожие не то на гул самолетных турбин в миниатюре, не то на шум ветра в вентиляции. В один момент я перестал слышать эти звуки – противник пропал.

«Твою мать», – мысленно выругался я, остановившись и приготовившись уклоняться от атаки, с какой бы стороны она ни последовала.

Грайм исчез. А если точнее, покинул наш мир, вернувшись в свое пространство. Оптимист подумал бы, что дух наелся и пошел домой. Я же предположил, что этот противник чуть сильнее того, с которым я столкнулся в квартире Миши и что он способен использовать пространственные переходы для неожиданных атак.

Ну? Откуда явится?

Тихий гул завибрировал слева от меня, я инстинктивно прыгнул вперед, сделал перекат и развернулся…

– А-р-х… – прохрипел я, когда мои ноги оторвались от земли.

– Ау-ч-ч… – выдохнул, врезавшись затылком в мусорный контейнер. По инерции мое тело продолжило движение, контейнер перевернулся, и я от локтя до кончиков пальцев ободрал левую руку.

Злобный дух успел развернуться и снова летел на меня. Ссадина кровоточила и горела, правый бок, в который в прошлый раз врезался грайм, онемел. Хорошо хоть я сумел увернуться от его распахнутого рта.

Я схватил бутылку, вывалившуюся из перевернутого мусорного контейнера. Вместе с ней прыгнул в сторону – пролетевший мимо грайм задел мою ногу. Из-за онемения уклоняться будет еще сложнее.

Сорвав этикету, я бросил пластиковую бутылку на асфальт, и тут же начал рисовать символы кровью с ободранной руки. Мгновенно нарисовал равнобедренный треугольник с узким основанием и один закрученный круг над ним. Больше не успел – грайм с распахнутой пастью был в паре метров от меня. Еще немного и…

– Пика вайлорда. Явись! – я произнес заклинание, разорвал этикетку и перекрестным шагом ушел в сторону.

Две части этикетки вспыхнули и исчезли в пламени, когда из-под земли вырвалась полупрозрачная красная пирамида с узким прямоугольником в основании. Она пронзила грайма насквозь.

Но не убила. Более того, злобный дух так отчаянно дергался, что был готов в любой момент сорваться со своего кола. Он был разозлен, и если атакует сейчас, я вряд ли выживу. Грайм отбросит попытки «приготовить» меня и попытается сразу сожрать.

Я рванул обратно к мусорному контейнеру и подобрал заранее приглянувшуюся бутылку. Одним движением разбив ее, сорвал этикетку, нарисовал цепь из шести звеньев и пять закрученных кругов вокруг нее.

– Цепи вайлорда пять. Явитесь!

Пятикратного связывания оказалось более чем достаточно, чтобы совладать с этим граймом. Он совершенно перестал двигаться. Пожалуй, и тройки, как в прошлый раз, хватило бы. Но я не стал рисковать.

Выдохнув, подобрал еще одну бутылку, на этот раз из-под молока, и создал третий за этот час амулет. Нарисовал восьмерку и провел через нее две вертикальные и две горизонтальные линии, напоминающие решетку. Вокруг же поместил три закрученных круга. В прошлый раз этого было достаточно. Сейчас мой противник полностью обездвижен, так что тоже должно хватить. Для надежности можно поднять уровень… Но такой тип одноразовых амулетов утомляет слишком сильно, а меня учили не тратить силы попусту.

– Разлом, соединяющий грязь миров, три. За-хлопнись, – спокойно произнес я, приложив амулет к скованному грайму.

Раздался хлопок, сигнализирующий о том, что злой дух изгнан из нашего мира.

– Проклятье… – устало выругался я, наклонившись за камнем душ. Так и замер, согнувшись под девяносто градусов с протянутой рукой. Камень отличался от обычных: был не ярко-зеленым, а слегка голубоватым. Я невольно вспомнил странные синие глаза побежденного грайма.

Несколько секунд внутри меня боролись друг с другом три головы Змея Горыныча: одна громко кричала, что я хочу жить обычной жизнью, так что камень мне не нужен; другая рычала, что я ободрал руку и, возможно, безвозвратно испортил штаны и рубашку, а раз доброе дело сделано (грайм изгнан), то я вправе взять плату; третья же менторским тоном напоминала мне о ценности камней душ в обществе. У третьей головы были хомячьи щеки и пейсы. Она и выиграла – я подобрал камень.

– Грайма изгнали! – донеслось позади меня.

– Проклятье, – повторил я, мельком оглядев дворовую парковку и дом. Из нескольких окон выглядывали люди, двое вошли на территорию двора с левой стороны, еще один человек – с правой.

Выругавшись совсем уж грязно, я побежал в глубину двора, подальше от дома. Благо снег уже неделю как полностью растаял, так что на улице было довольно темно. Но, если бы это происшествие случилось бы недельки через две-три, когда распустились первые листья на деревьях, спрятаться было бы легче.

Я вышел в соседний двор (не тот, в котором я оставил машину), побродил немного по округе и только потом осторожно подошел к своей тачке. Все это время я старался незаметно поглядывать по сторонам, а когда думал, открывать ли водительскую дверь или сделать вид, что прохожу мимо – и вовсе внаглую осматривался.

В этом дворе было тихо. Я прислушался, пытаясь уловить голоса из соседнего, в котором я сражался. Вроде бы какие-то звуки были, а может, и нет.

Проверять я не стал, сел за руль и поехал домой.

Лишь когда выехал из дворов на шестиполосную дорогу и убедился, что меня никто не преследует, смог расслабиться. Правда, в этот же момент в голову хлынул целый поток непослушных мыслей.

Одна из прописных истин, которой учат будущих вайлордов – «Изгоняй грайма сразу». Грайм не устает, а твое тело при контакте с ним немеет. Если ты замешкаешься, всегда может появиться еще один грайм.

Я облажался. Этот слабак здорово меня потрепал. А ведь любой практикующий вайлорд изгнал бы его, даже не запачкавшись. У меня же даже бумаги под рукой не оказалось – сумку, в которой лежит кошелек с купюрами, я оставил в машине, когда спешил к Насте.

Странные, черт возьми, дела творятся. За неделю я дважды столкнулся с граймом лицом к лицу. Причем сегодняшний повел себя странно. Если бы я находился в одной квартире с тем, кто призвал его своим негативом, то нападение на меня было бы в порядке вещей. А вот вырваться из окна и целенаправленно атаковать…

И потом, эти синие глаза и синеватый камень душ. Я бегал с ним в руке, пока добирался до машины… Если задуматься, этот камень мне показался легче других, которые мне доводилось поднимать.

В компании с этими размышлениями я и приехал домой. Света с работы еще не вернулась, так что я сразу шмыгнул в ванную, где перед зеркалом смог оценить масштаб трагедии. Итак, белая рубашка с коротким рукавом стала серой и чуть-чуть красной. На брюках же появились катышки. После стирки можно попробовать их побрить.