"Фантастика 2023-116". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Стерх Юрий - Страница 1306

— Нет сторожевика, — всё ещё не придя в себя от рева двигателя, неестественно громко произнёс старпом.

— Бывает… Надо подождать, — командир взглянул вдоль берега и, стянув с головы шлемофон, добавил: — Наверное, его из-за нас откуда-нибудь завернули. Пока дойдёт… Надо подождать и скоро появится, — он уверенно кивнул и пошёл вниз к самолёту.

Долгов снял рвущуюся с головы фуражку и побрёл следом.

— Командир, а радист не может связаться с ним по рации?

— Нет. Пробовали с воздуха — не ответил. А сейчас, с земли, нас и рядом не услышат. У нас станция слабая и работает только при работающем двигателе. Да не волнуйся, скоро появится.

Но прошло несколько часов, а сторожевика всё не было. Экипаж, спрятавшись от ветра в расщелине на скале, разжёг костёр. Дым полетел над островом белым шлейфом. Командир выглянул из укрытия и удовлетворенно заметил:

— Хорошо. Далеко видно. Сразу поймут, где мы есть.

— А немцев не приманим? — спросил Долгов.

— Откуда они здесь? До линии фронта пятьсот километров. Самолёты — исключено. Разве что обнаглевшая подлодка может обстрелять наш «Амбарчик». Хотя — маловероятно. Он с моря косой закрыт.

Радист принёс борт-паёк экипажа и раздал на всех. Артём с любопытством посмотрел на красную обёртку шоколада и, разорвав, бросил в огонь. Затем спросил:

— А вдруг за нами никто не придёт? Что тогда?

— Придут. Может, не так скоро, как хотелось бы, но придут.

— Я к тому, что если наше сидение здесь затянется, — не сдавался Артём. — Люди на острове есть? Мы с голоду не загнёмся?

— Не загнёмся. Где-то севернее есть изба промышленников, там же — маяк. Остров в длину почти километров двадцать, так что люди не близко. Но нам отсюда уходить нельзя. Корабль подойдет к южному мысу. А если живот начнёт от голода завывать, так здесь еда повсюду. Птичьи яйца, конечно, вряд ли, но гуси есть, — командир неопределённо обвёл вокруг рукой. — Хотя уверен, до этого не дойдёт. Ещё немного подождём, и придёт сторожевик.

— Ну что ж, ждать так ждать, — согласился Артём.

Голод давно уже о себе напоминал, но перспектива идти собирать яйца Артёму показалась скучной, и он решил, что пожалуй ещё час-два можно и потерпеть. Ну, а уж если и тогда корабль не придёт…

Но прошло ещё три часа, а сторожевика всё не было. Теперь уже начал нервничать и командир. В очередной раз выбравшись из укрытия, он прошёл вдоль подмытого морем обрыва и, приложив ладонь к бровям, долго смотрел на пустынное море. Старпом подошел к нему и мрачно спросил:

— Может, ты чего-то не понял?

— Слушай, старлей! Я не контуженный и знаю, куда мне приказали лететь. Если сторожевика нет, то это ещё не значит, что его вообще не будет. Будем ждать.

— Может, переберёмся к маяку, а оттуда свяжемся с кораблём? Не обязательно ведь пешком идти, можно перелететь. Бензина хватит?

— Давай ещё подождём.

— Больше всего не люблю ждать и догонять. Сколько предлагаешь «еще ждать»?

— Ну, хотя бы ночь переждём, а там, если не придёт, перелетим к северному мысу.

— Как скажешь, — согласился Долгов, но в душе у него нарастала тревога.

Что сейчас делает «Дмитрий Новгородский», не найдя их в условленном месте? Понятно, что будет ждать, но сколько?

Старпом вздохнул и пошёл назад к костру.

— Старлей! — окликнул его командир. — Тебя, кажется, Арнольдом Филиппычем зовут? Ты возьми своих и моих ребят, и пройдитесь по берегу. Надо дров собрать и гусей подстрелить, хотя бы пару. Будем к ночи готовиться. Похоже, что сторожевик завтра придёт.

Долгов кивнул и спустился в овраг к костру.

— Вставай, народ! Пойдём охотиться.

К вечеру тучи сгустились, и возникла иллюзия полноценной южной украинской ночи. Низко висящее над горизонтом солнце скрылось в тяжёлых грозовых облаках, а с ним исчезли и контуры холмов с прибрежными скалами. Внизу, под обрывом, на берегу смутно угадывались очертания самолёта. Прохладный ветер потянул с моря сырость, и костёр, почувствовав свежий приток воздуха, вспыхнул с новой силой. Командир подбросил в огонь сухих веток и, поднявшись на ноги, сказал:

— Мы пойдём в самолёт, а вы здесь заночуйте. Нужно костёр поддерживать, чтобы с моря было видно.

— Вы что, собираетесь в нём спать? — удивился Артём. — Там же присесть даже негде!

— Это вам негде. А нам он как дом родной. Да и не положено оставлять самолёт без охраны. А вы смотрите, чтобы сторожевик мимо не прошёл. Огонь не загасите.

— А если дождь пойдёт?

— Нет, — посмотрев в небо, уверенно заявил командир, — мимо протянет. Если хотите, спускайтесь, дадим чехлы. Постелите — мягче будет.

— Не нужно, — за всех ответил Долгов. — Как-нибудь ночь перекантуемся.

Экипаж отошёл от костра и исчез в темноте. Некоторое время ещё слышался шум осыпающихся под ногами камней. Затем внизу, у самолёта, раздались приглушённые голоса, и всё стихло. Долгов посмотрел на освещенные костром лица старшины, Артёма с Максимом, и на правах старшего приказал:

— Назначим дежурство. Поддерживать огонь и выглядывать сторожевик. Первым дежурю я, затем доктор.

Он посмотрел на Максима, и, подумав, что для эстонца он по-прежнему пленник, а потому назначать его дежурить было бы по меньшей мере странно, ткнул пальцем в старшину и закончил:

— Потом ты! А сейчас всем спать.

— Связать? — Велло кивнул на Максима.

— Нет. Некуда ему здесь бежать.

Эстонец безразлично пожал плечами и лёг, демонстративно положив кобуру с наганом под живот.

Долгов подбросил в огонь новую порцию дров и, обхватив руками колени, задумался. Первым уснул доктор и, выгнувшись спиной к костру, громко засопел. Старшина лежал, подложив под голову подушку изо мха, и непонятно было, спит он или только делает вид. Максим поворочался и, не выдержав, сел рядом со старпомом.

— Здесь что-то не так, — шепнул он Долгову на ухо. — Задницей чувствую.

Максим пощупал карман в широких штанах. Ещё в самолёте ему весь полёт что-то давило на ногу, но, прижатый к борту, он никак не мог разобраться, в чем тут дело. Теперь сквозь ткань угадывались спаянные в клубок радиодетали. Это была приставка к радиостанции, о которой он совсем забыл.

— Мне тоже всё это не нравится. Но что делать? Будем ждать. Только бы наши не ушли. А ты спи, завтра, наверное, тоже день нелёгкий будет.

— Не могу.

Максим произнёс это обеспокоенным голосом, но при этом так зевнул, что старпом улыбнулся и добавил:

— Ничего, ты справишься.

Дрова потрескивали, нагоняя ощущение безмятежности и оторванности от реальности. Темнота вокруг стояла непроглядной стеной, и, почувствовав себя отрешённым от всего мира, Максим вскоре уснул. Что ему снилось, он бы пересказать не смог, и даже понять, что ему виделось, тоже не получилось бы. Но свои сновидения он уверенно охарактеризовал бы двумя словами: цветные кошмары. Сквозь сон донеслось, как старпом разбудил доктора. Артём зевал жутко громко и, с шумом подняв в воздух облако пепла, шуршал в костре палкой. Затем Максим провалился на более глубокую ступень беспамятства, и разбудить его теперь смог бы разве что грянувший над ухом ружейный выстрел.

Артём с завистью посмотрел на растянувшегося Долгова и оглянулся вокруг. От непроглядной темноты по телу поползли мурашки. Он подтянул поближе к ногам увесистую ветку с обугленным концом и прислушался. Где-то рядом беспокойно вскрикивали птицы. Тихо стонал ветер в щелях изрезанного обрывами берега, да шумело невидимое море. Успокоившись, доктор уткнулся лицом в колени и почувствовал, как прерванные грёзы накатывают новой волной, заставляя глаза слипаться. Он вновь громко зевнул и попытался стряхнуть сонное оцепенение. Рядом заворочался старшина и вдруг сел. Артём удивлённо спросил:

— Ты чего? Тебе ещё рано.

— Не спится. А ты можешь лечь, я посижу.

Артём не сумел скрыть радость от такого предложения, но для приличия немного поломался:

— Я, конечно, и сам бы. Впрочем, если ты настаиваешь, и тебе не спится… Но если вдруг чего, ты сразу буди.