"Фантастика 2023-116". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Стерх Юрий - Страница 1292

— Я к чему тебе это всё рассказал? Ты узнай у своих. Уж больно история интересная. Не даёт мне покоя. Я ведь к тебе совсем по другому поводу пришёл, а сам видишь, ни о чём больше говорить не могу. Вообще-то я к тебе за Горбуном. Может, все-таки отдашь?

— Нет, Александр Иванович, самим нужен. Ты не переживай, я, как что узнаю, так сразу тебе сообщу.

— Ну, да ладно. Ты, Арнольд Филиппыч, мужик толковый, на тебя только и надежда. По чести сказать, ты даже и не похож на других чекистов. Потому к тебе и обращаюсь. Нельзя нам этот конвой пропустить. Закрепятся немцы, не выбить нам их тогда с Севера.

— Не сомневайся, не пропустим. Ещё не знаю, как, но чувствую, что помогу тебе. Мы ведь с тобой, хоть и разным начальникам служим, но дело одно делаем. Так что дадим немцам по зубам, это уж точно!

— Дай-то бог, дай-то бог… — встал из-за стола Александр Иванович. — Спасибо за чай. А с этим предателем ты не миндальничай, вытряси из него всё, что нужно, и к стенке.

— Хорошо, вытрясу!

Долгов засмеялся и встал проводить гостя.

На пороге Александр Иванович остановился и, заглянув в глаза старпому, с волнением в голосе спросил:

— А сам как думаешь? Может быть эта история правдой, или солдатская байка?

— Наверное, может. В жизни и не такое ещё бывает. Рассказывали, что люди из одного времени в другом появлялись и вместе со своими дедами воевали.

— Ну это ты загнул! — захохотал Александр Иванович. — Весёлый народ в твоей конторе, если такие анекдоты травит! — хлопнув старпома по плечу, он надел фуражку и шагнул за дверь. — Пойду я. Дел по горло.

Долгов проводил гостя задумчивым взглядом и крикнул в коридор:

— Эй, кто там?! Приведите арестованного на продолжение допроса!

Максим осторожно заглянул в кабинет и спросил:

— Ушёл?

— Ушёл.

— А кто это был?

— Начальник разведки Северного флота Акатов.

— А-а… Суровый мужик. А чего ты будто мешком прибитый?

— Да наслушаешься тут жутких историй…

— Это о немецком конвое?

— Что? Ах, конвой… И это тоже, как заноза в заднице. Не представляю — как морякам помочь?

Максим потрогал свой остывший недопитый чай и потянулся за чайником.

— На лодке как раз время утреннего чая.

— Слушай, Макс! — встрепенулся Долгов. — А ведь это идея! И я уже о ней думал. А что если нам к разгрому конвоя привлечь «Дмитрия Новгородского»?

Максим поперхнулся и, стряхнув с куртки чайные брызги, спросил:

— Сам-то понял, что сказал?

— Моряки ведь уйму народа положат! А нашим это — плёвое дело. Я ведь сводки читал, как наши «Тирпиц» уничтожили. Правда, немцы так и не поняли, что произошло. Утверждали, что на мине подорвался, а затем боекомплект взорвался.

— Конечно, только бы и нам ещё на лодку перебраться. У тебя, наверное, и план есть? Или спрятанный в сопках вертолёт? Да и он не поможет. Нашего «Дмитрия» ещё надо найти.

От собственной идеи Долгов разволновался и, потирая руки, расхаживал по кабинету гигантскими шагами. Вдруг он остановился напротив Максима и, ткнув ему в грудь пальцем, твёрдо заявил:

— И сделаешь это ты!

— Вертолёт я не умею водить, — смущённо улыбнулся Максим.

— Да при чём здесь вертолёт?! — не понял шутку Долгов. — Неужели ты не думал, как нам на лодку вернуться?

— Сегодня ночью думал.

— Это хорошо, что думал. Значит, мы с тобой оба мыслители. И что ты придумал?

— Да ничего в голову не лезет.

— А вот мне залезло. Мы с ними по рации свяжемся!

— Толик, не выйдет. Нас сразу запеленгуют. И немцы, и русские. Навредим и себе, и лодке.

— И об этом я подумал. Ты в цирке был?

— Случалось. А что, приглашаешь?

— Да перестань ты! Я ведь серьёзно. Ты видел, как собака примеры решает? Ей дрессировщик табличку показывает — два плюс два, а она четыре раза гавкает.

— Было и такое, кажется.

— А в чём фокус, знаешь?

Окончательно сбитый с толку Максим, едва успевая поворачивать голову вслед за бегающим по кабинету Долговым, неуверенно ответил:

— Наверное, математику знает.

— Кто, собака? Ну, темнота! В кармане у дрессировщика резиновая груша с ультразвуковым свистком. Сколько раз он на неё нажмёт, столько она и лает. Зрители свисток не слышат, а собака слышит, так как у неё звуковой диапазон пошире нашего будет. Теперь понял, о чём я? Связь улавливаешь?

— Ещё нет. Нам нужна собака?

Долгов остановился и недоверчиво посмотрел в лицо Максиму.

— Ты что, и вправду ничего не понял? Или это мы так шутим? Это хорошо. Потому что в Мурманске стоит очередь из желающих поставить тебя к стенке! А ты шутишь — это хорошо. Значит, с делом справишься. — Старпом схватил его за руку и потащил к окну: — Смотри! Это антенны нашего передающего радиоузла. Мощность хорошая — с Москвой можно связаться. А ты ведь у нас кто? Ты гений радиоэлектроники! Что тебе стоит порыться в радиостанции и расширить диапазон частот до таких, чтобы сейчас их ещё не знали и не смогли прослушать, а на лодке приняли? Это и будет наш ультразвуковой свисток!

— Не получится, — Максим виновато посмотрел на Долгова и отрицательно мотнул головой. — Да и какой из меня гений? Так, баловство. Разве что могу тиристор от диода отличить.

— Не скромничай. Я и этого не могу.

— Пустой номер.

— Не пугай меня! Я с этой идеей всю ночь в засаде просидел. До меня когда эта мысль дошла, так я про диверсантов и думать не мог. А ты говоришь — пустой номер! Максим, это наш единственный шанс вернуться на лодку. А если нет, то так и будем изображать — я особиста, а ты Горбуна, пока тебя как предателя не расстреляют, а меня не разоблачат. И после разоблачения тоже, наверное, расстреляют.

Максим сел на диван, и сцепив пальцы, подпёр подбородок. Глядя на ошеломленного Долгова, он удрученно ответил:

— Не получится, Толик. Если бы это было возможно, умельцы этого времени додумались бы до такого усовершенствования и без нас. Ещё нет тех радиодеталей и тех возможностей. Рация ведь на лампах! О транзисторах ещё никто и не слышал, не говоря о микросхемах. Да я и в радиолампах мало что смыслю.

Но Долгова так легко загнать в угол оказалось невозможно. Он сел напротив Максима и елейным голосом, как воспитатель с распустившим сопли малышом, взяв его за плечи, произнёс:

— А придётся, Максимушка, придётся. И радиолампы освоим, и диапазон радиостанции расширим. А иначе — ласты в угол! Ты же этого не хочешь? И я не хочу. Что от меня зависит, так я наизнанку вывернусь, но уж и ты постарайся.

— Толик, да кто мне даст радиостанцию перепаивать?

— И это продумано. Для всех ты Горбун. А от меня все ждут, что я из тебя бесценную информацию буду вытягивать. А что у нас на выходе? Да ничего! База на Земле Александры не в счёт. Этого мало. А больше ты ничего и не знаешь. Потянем ещё день, другой, а потом мне скажут, что я бездарный следователь, и заберут тебя к парням посерьёзней. У меня, Максим, тоже своё начальство имеется. Целый майор государственной безопасности, с кабинетом в обкоме партии. Я ему стараюсь на глаза не попадаться, и он меня пока не дёргает. Но это пока. И вот что я придумал! Доложу всем, кому надо, что Горбун согласился вести с немцами радиоигру. Мол, хотим дезинформацию в штаб Кригсмарине запустить. Это нам даст возможность без подозрений днями просиживать в радиоузле. Придумаешь какую-нибудь блок-приставку к радиостанции. Поработали с лодкой — спрятали.

— От тебя информацию о работе будут требовать.

— Придётся из пальца чего-нибудь высасывать. Нам главное — время выиграть. Свяжемся с лодкой, а там придумаем, как к нашим переметнуться.

Долгов выжидательно замолчал. Молчал и Максим. Наконец, старпом не выдержал и спросил:

— Убедил?

— А куда деваться? Схему радиостанции найдёшь?

— Паяльник я точно видел. Найду и схему.

— Толик, а что ты говорил начальнику разведки о западне для «профессора»? Что-то придумал?

— Да где там! Вру налево и направо, чтобы тебя спасти. Изображаю бурную деятельность, а на выходе — ноль.