"Фантастика 2023-116". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Стерх Юрий - Страница 1198

Но дела государственные не ждали. Пока союз Тмутаракани и Царьграда был в силе, стоило ковать железо и сближаться с ясами, отношения с которыми заметно охладели за время противостояния фрязям в Крыму. И самой первой проблемой стало нежелание Ростислава организовать поход на Дербент. Нет, побратим ничего не имел против того, чтобы поквитаться с наследниками подлого эмира – да только кем?! После всех потерь, в том числе гибели экипажей в шторме, сил в Тмутаракани оставалось разве что на собственную защиту.

Зато были немалые деньги, вырученные на торговле. Добран вновь отправился в Новгород зазывать наемников, а я принялся с жаром убеждать Ростислава, что на деле будет достаточно не самой большой дружины – хотя бы обозначить наше присутствие при штурме Дербента. Последняя идея уже больше глянулась государю, и он отпустил меня с посольством в Магас – правда, не очень веря, что Дургулель согласится поддержать это начинание.

Но тут побратим крепко обсчитался: музтазхир ясов вцепился в идею реванша с Дербентом, словно рак клешнями! Особенно после того, как я прямо обозначил необходимость перехода крепости под руку царя ясов – учитывая удаленность «железных врат» от Тмутаракани, сейчас нам ее не удержать. Но такой проблемы нет у аланов, чьи владения простираются значительно восточнее. И к слову, момент для нападения максимально удачный: как оказалось, Дургулель имеет в организации похода свой интерес.

Восточнее земель алан располагается древнее Сарирское царство, где живут предки будущих аварцев, кумыков, лакцев и других народов будущего Дагестана. Они столетиями храбро бились то с арабским халифатом, то с Хазарским каганатом, то с мусульманским Дербентом – и в той трагичной засаде, организованной Мансуром, пали многие сарирские воины, сражаясь бок о бок с русами и ясами. Что важно – Сарир на текущий момент является преимущественно христианской страной и связан с Аланией историей многолетней дружбы и брачных союзов, заключенных меж их царями. А в последние годы государь Сарира Току принял самое деятельное участие во внутренней борьбе за власть в эмирате «железных врат». Он поддержал ставленника своего зятя – одного из лидеров дербентской знати, и они посадили на престол десятилетнего мальчишку-марионетку. Затем собравший крупный отряд «зять» – его имя я так и не смог запомнить! – напал на Ширван, но был разбит у Шабрана, в связи с чем мальчуган-эмир «правил» всего несколько месяцев – вскоре после поражения его низложили. А ширваншах занял Дербент и напал уже на Сарир, врасплох захватив Гумик. Току пал в битве, и в его стране начался разлад – не все подчинились брату бывшего царя, христианину Уммаху. К слову, женатому на русской княжне! Захватчиков поддержали местные мусульмане, также ситуацией воспользовались осевшие в Сарире хазары, объявив о своей независимости и заняв запад страны.

Ну и под занавес, вскоре после всех этих событий ширваншахи потерпели поражение от сельджуков, а в Дербент вошел сильный турецкий отряд во главе с Сау-Тегином. И вот уже третий год сельджуки удерживают «железные врата».

Вот такой запутанный клубок – можно сказать, кавказский гордиев узел! Который я желаю разрубить одним ударом меча, как это сделал Александр Македонский…

Перспектива возрождения осколка Хазарского каганата на границе государства ясов, как и возможность поглощения мусульманами надежного союзника представляют собой реальную угрозу для Алании. Тем более музтазхира неплохо обработали и красноречивые ромейские послы. И потому Дургулель, чье здоровье, увы, в последнее время крепко пошатнулось, без колебаний пообещал выделить сильное войско, если с нашей стороны в осаде Дербента примут участие греческие инженеры. В противном случае аланам просто нечего делать у мощнейших стен самой сильной крепости Кавказа.

Окрыленный достигнутыми договоренностями, я вернулся в Тмутаракань, где энергично принялся формировать осадный обоз, собирать под свое крыло инженеров и возрождать стрелецкий корпус, вооруженный ростовыми тисовыми луками. А вскоре меня настигло сообщение из Танаиса, куда санным обозом прибыли наемники-северяне, приведенные Добраном!

Случилось то, чего я так долго ждал: в Новгороде появились первые английские хускарлы – гвардейцы, чей отряд десятилетиями формировался из скандинавов и их потомков, осевших в Британии. Далеко не все они пали с Гарольдом при Гастингсе, и после битвы именно хускарлы стали ведущей силой англо-саксонского сопротивления норманнскому завоеванию.

Однако, как известно, все проходит. И первые отряды потерявших родину «англичан» уже отправились на восток, желая вступить в ромейскую варангу. Но уже в самом начале пути «из варяг в греки» их перехватил Добран, пообещав воинам достойную плату за службу у русского царя на юге. Согласились не все, но и тех, кто встал под знамя Тмутаракани, набралось более четырех сотен, а к ним присоединилось еще полторы сотни наемников славянского и урманского происхождения.

Так что когда в апреле Тмутаракань покинул «экспедиционный корпус», его размеры действительно внушали уважение: шестисотенный отряд варягов, тысяча лучников, три сотни греческих осадных мастеров и подмастерьев, а также полтысячи половецких стрелков-наемников из наиболее лояльных к нам родов. Во владениях ясов к нам присоединилось две тысячи всадников-алдаров и четыре тысячи пехоты – ополчение горских кланов. Дургулель признал мое старшинство над войском и обеспечил нас необходимым фуражом и провиантом на марше до границы Сарира.

Глава 4

Июль 1070 г. от Рождества Христова

Дербентская крепость, цитадель Нарын-кала

Хазары смогли собрать тысячу всадников и тысячи под три пехоты, смело, но довольно глупо преградив путь нашей рати. Впрочем, перекрыв выход из горной долины, они исключили обход своего воинства на флангах, предоставив нам возможность атаковать только в лоб, уравняв численность одновременно сражающихся.

Вот мы в лоб и атаковали – лучниками. Пешими лучниками с ростовыми тисовыми луками, чья дальность стрельбы едва ли не вдвое превосходит полет стрелы из лука обычного. Хазары не выдержали и получаса «залпового огня»: их пехота кое-как расступилась, пропуская закованную в броню конницу на белых конях (смотрелась она действительно эффектно!), но к началу ее атаки мои стрелки уже отступили. Вперед выдвинулись аланские алдары, до того держащиеся во второй линии. И вскоре две кавалерийские волны с треском и ревом сошлись лоб в лоб… Нетрудно догадаться, что, имея двукратное превосходство, ясы опрокинули старого врага прямо на ряды хазарской пехоты. Этим можно было и закончить битву – но, не желая более терять ценных всадников, я приказал трубить им отход. В атаку пошли горские пешцы.

К моменту их удара противник кое-как сумел выровнять и сплотить свои ряды (но не везде), однако дух его воинов был крепко подорван. Обстрел же моих лучников и бегство конницы, слепо топтавшей своих же, привели к значительным потерям. А воины кланов, собранные Дургулелем, наоборот, шли в бой с чувством победителей, они превосходили врага числом уже практически в полтора раза, и за их спинами вскоре встали половецкие лучники. Степняки точно разили хазар, пуская стрелы над головами ясов, с каждой секундой все сильнее клоня чашу весов боя в нашу сторону.

И наконец противник дрогнул. Мои воины вклинились в массу его пешцев сразу в четырех местах, медленно разрезая их строй – и именно оттуда побежали первые трусы. Пример малодушных оказался очень заразителен, а большинство сражающихся, осознав, что в узкой горловине долины неминуемо начнется давка при общем отступлении, вскоре также подались назад – успеть спастись самим!

Некоторое время спустя бой закончился – началось избиение бегущих, быстро теряющих мужество воинов. При этом хазарский военачальник, сумев собрать вокруг себя остатки боеспособных всадников, не стал вновь бросать их в сечу, а приказал развернуть лошадей – и покинул долину. Но при этом отступающая кавалерия словно пробка закупорила собой проход, благодаря чему началось настоящее избиение запаниковавших пешцев. Большинство их погибло в давке, иные нашли смерть от половецких стрел и горских клинков…