Демон. Том 4 - И. Отшельник - Страница 11

– М-м-м… Это не так плохо, как я думала!

– А ты – привереда, – ухмыльнулся Аполлон и, прожевав, протянул ей наполненный пивом стакан.

Стелла, взяв тот в руки, чуть поморщилась.

Чтобы леди ее кровей и пить пиво?

Она украдкой взглянула на Аполлона – юноша без раздумий сделал пару глотков и снова приступил к поеданию лепешки. Казалось, его совсем не волновало, что он без пяти минут барон.

Ну, разве не странный?

Большинство на его месте уже ходили бы важным гусем, а этот ест дешевые лепешки и пьет пиво на крыше.

Чудак, да и только.

Но Стелле так нравилась эта его странность, обособленность от всего мира, от людских мнений, расчетов. Он просто жил, как самая обычная птица, парящая в небе. Именно это сравнение пришло в ее голову.

Она улыбнулась. Тихо и незаметно. Взглянула на пиво в стакане и сделала глоток. Если Аполлон – птица, свободная от всего, то Стелла – брошенная птичка. Вне гнезда, вне стаи. Сама по себе.

Аполлон, почувствовав пристальный взгляд юной Мартинус, взглянул на нее.

– Всё в порядке? Выглядишь такой задумчивой. Если не нравится, можем пойти в таверну, – предложил он по-джентльменски.

– Нет-нет! – опомнилась Стелла. – Я просто кое-что представила…

– И что же? Интересно послушать, – улыбнулся Аполлон, долив и ей и себе пива.

– Ты сочтешь меня наивной, – смутилась она искренне.

– Конечно. Пришла сюда одна. На крышу. К демону. Разве не наивная девчонка? А что, если нападу? – состроил он хищный взгляд, при этом довольно улыбаясь.

– Получишь тогда, – показала она игриво кулачок.

Он сделал глоток, ухмыльнулся.

– Сдается мне – кулаки твои меня не остановят. Так что тебе придется убить меня, если я и правда наброшусь.

Стелла чуть нахмурила бровки, ведь сказал он таким серьезным тоном, что она чуть не псикнула в трусики.

– Шу-чу, – ухмыльнулся Аполлон. – Что? Страшно? Вижу по глазкам, что да.

– Дурацкие шутки, – скривила Стелла губы и сделала несколько глотков пива. При этом за кромкой стакана она улыбалась.

Его предложение наброситься… было бы прекрасно…

Вот так за разговорами пролетела вся ночь. Аполлон и Стелла сидели в креслах, наблюдая за тем, как на востоке темное небо постепенно светлело. Первые лучи пробежали по горизонту.

– Так не хочется уходить, – произнесла Стелла тихим голосом.

Она, как и Аполлон, совсем не устала, ведь выносливость демонов совсем иная, нежели у людей.

– Мы еще встретимся, – улыбнулся Аполлон. – Наместник пригласил меня на пир в свой замок.

– И ты молчал, – как-то обыденно произнесла синеволосая. – Кажется, я начинаю привыкать к твоей скрытности.

– А я и не скрывал, – пожал он плечами, сидя в кресле. – Забыл сказать, и всё.

– Что-то ты недоговариваешь, – прищурила взгляд Стелла. – Прям чувствую.

– Ладно. Тебе скажу, – хмыкнул по-простецки Аполлон и буднично сообщил: – Я собираюсь поучаствовать в убийстве Дариуса.

– Чиво-о-о-о?! – подорвалась Стелла с кресла. – Да ты в своем уме?! – нависла она над ним, оперевшись ладонями на подлокотники его сиденья.

– Тише-тише, разбудишь же людей, – успокоил улыбчивый демон.

И ведь сработало. Стелла скривила губки, выпрямилась, поправила накидку на плечах.

– Расскажи мне – зачем? Да и вообще! – кажется, она завелась снова. – Ты совсем-совсем-совсем странный!

– Прости, но это не мой секрет. И все подробности я рассказать не могу, – ответил честно Аполлон.

Стелла хмыкнула без какой-то обиды. Наоборот, еще больше зауважала Аполлона за то, что сохранил тайну какого-то человека.

– Если понадобится помощь, я выступлю на твоей стороне.

– А как же родители? – приподнял он бровь.

– Конечно, они не должны пострадать! – нахмурилась Стелла. – Пусть Мартинусы мне не родня, но ближе, чем кровные, – она сказала это так уверенно, что Аполлон убедился в ее ужасных отношениях с родными.

– Не пострадают. Обещаю. Если, конечно, не умру и смогу исполнить обещанное, – почесал он щеку.

Стелла чуть нахмурилась, присела в свое кресло и спросила:

– Тебе правда нужно в этом участвовать? Отказаться никак?

– И снова я отвечу тебе честно, – улыбнулся юный демон. – Я сам этого хочу.

– Но… Зачем? – не понимала Стелла.

Зачем Аполлону государственный переворот?

– Первое время я жил на первом уровне города. И жизнь там то еще дерьмо. Уж прости за такую речь. Голодные беспризорные дети. Ветераны войны без корки хлеба. Наш магазин «Источник» отчисляет часть средств, но это капля в море.

– Подожди… Так вот откуда графа в книге бухгалтерии «на нужды»? Я всё думала, что за нужды…

– Не хочу показаться каким-то добродетелем. Я совсем не такой. Но если могу помочь, то сделаю это. Пусть и не такими большими деньгами.

– Но, Аполлон, даже если к власти придет новый наместник… Думаешь, так легко исправить нынешнее положение? Всегда будут бедные и бездомные, – всё еще не понимала Стелла его позиции.

– Не попробуем, не узнаем, – ответил он простецкой улыбкой.

Однако за ней скрывалось и нечто иное, а именно – знания из прошлого мира. По крайней мере, как в глобальном масштабе увеличить урожай королевства. И эти знания он передаст Фозаху…

***

Закончив разговор со Стеллой, Аполлон сопроводил ее до кареты транспортной службы и направился домой. Город просыпался. Оживали улицы, вновь открывались таверны, гильдии. Спешили извозчики, торговцы, ведь новый день – новые деньги.

Через сорок минут юноша уже прибыл в свой магазин, купив по пути свежеиспеченный хлеб. В торговом зале, как ни странно, сидел Фозах и старик Марон, что был трезв как стёклышко.

– А вот и господин! – привстал старик со стула.

Фозах так же поднялся, протянув руку юноше.

– Привет, барон!

– Я промолчу, – хмыкнув, Аполлон пожал его руку. – Разве ты не говорил, что придешь вчера? Или твои часы опаздывают на всего лишь каких-то двенадцать часов?

– А я приходил, – усмехнулся Фозах. – Только вот, ни тебя, ни Зархана так и не застал.

– А, ясненько… Я думал, ты придешь раньше. После семи вечера мы отправились по делам, – пожал демон плечами. – Кстати, не вижу Зархана, – обратился он уже к старику.

– Дрыхнет, – отмахнулся старый. – Пришел под утро. Пьяный и довольный, как всегда. Зараза.

Фозах улыбнулся, Аполлон тоже натянул улыбку, а после крикнул:

– Братан! Жрать подано!

– А-а-а?! – донеслось со второго этажа. – Уже завтрак?! – прохрипел Зархан сонным голосом.

– Давно! Если не поторопишься, старик всё съест! – ухмылялся Аполлон.

– Ни за что! Уже бегу!

Послышалось, как наследник «Лапы» на ходу свалился с кровати, поспешно натягивал тапки и спешил вниз. Через пару секунд и правда показался, сбегая вниз по лестнице – глаза еще сонные, как у крота. Нос вынюхивал пищу и наткнулся на хлеб. Зархан набросился на него, как на пойманную птицу, и с довольной лыбой откусил тепленькую корку.

– Охо-хо! Какой хлебушек! Еще пивка бы! Здоров, братец! Здорова, старик! И тебе здоров, Башка! – он продолжил жевать хлеб под взглядом троицы.

Через секунду его челюсти остановились.

– Башка? Погодите… Башка! – Зархан набросился на Фозаха, обхватив его.

С его рта летели крохи, попадая на шарф Ванштейна.

– Ха! Башка! Так ты вернулся! Я знал, что ты вернешься к крутым мужикам! Небось скучал?! Скучал ведь?! Ну, скучал же, да?!

Фозах вытер со щеки мелкие липкие крошки и с серьезным лицом ответил:

– Нисколько.

Зархан закатил глаза, отстранился, поправил его шарф и легонько постучал по груди.

– Когда-нибудь ты признаешься в своих чувствах к нашей крепкой мужской дружбе. Ну а я пока пойду, пожру!

И он с ухмылкой подошел к столешнице и продолжил жевать хлеб, при этом отыскивая глазами: нет ли чего попить.

Аполлон улыбался.

Ну а что?

Это была встреча настоящих друзей. При этом оба старались вести себя как ни в чём не бывало. Упертые.