Попал! Том 6 - И. Отшельник - Страница 2

– Друзья! Встречаем бронзового призера прошлых игр! Хозяев турнира! Российская империя! – разразился Гусев эмоциями.

На арене показались бойцы в красных спортивных костюмах. Десять кланов по десять человек. Они не маршировали в ногу, как немцы, не махали часто руками и не гримасничали. Было ощущение, что они уже повздорили перед выходом и сейчас держали лицо, будто ничего не случилось, но кажется, что у одного из бойцов из ноздри торчал кусок ваты, сдерживающий кровь.

– Знамя несет Александр Грозный! – объявила Тихомирова. Прозвище его называть не стала, хотя все знали, что того прозвали Сильнейший после императора.

– Сорок шесть лет! Непобедимый чемпион Российской империи! В прошлых играх он не участвовал, что вызвало бурю негодования. И теперь он здесь! – довольно лабал языком Гусев.

Команда красных под аплодисменты и приветственные возгласы тысяч зрителей и фанатов прошла по кругу почета и присоединилась к остальным командам, встав подле бразильцев и итальянцев.

Томи со своими гвардейцами находился в крайней ячейке, мол, низший клан, вот и поставили их позади, хотя он был не согласен, чем вызвал недовольство среди бойцов. Один из них и стоял сейчас с ватой в ноздре.

На газоне толпились порядка тысячи спортсменов. Огромное число! Десять стран, в каждой по десять кланов с командами по десять человек! Не зря международные клановые игры считаются самым грандиозным мировым состязанием.

– Привет, – подмигнул Томасу бразилец, когда он взглянул в его сторону.

– Привет, – ответил Томи. – Удачи на турнире.

– И тебе, брат, – кивнул бразилец.

Томи повернулся обратно и посмотрел на центральную ложу, в которой находились элиты всех стран-участниц. Принцы, министры, принцессы, цари и императоры. Среди всех сидел и Михаил Щедрый. Томас видел его не впервые, пересекались как-то на празднестве на приеме одного из влиятельных аристократов. Михаил не был затворником, и порой его можно было увидеть на светском вечере.

Томи и Михаил пересеклись взглядами. Расстояние в четыреста метров разделяло их, но для пользователей оби это было ничто. Щедрый и Романов не были врагами. Но и друзьями не являлись. Более того, за всё время пребывания Томаса в России, они ни разу не обмолвились ни словом. Щедрый знал о Томасе многое. Томи же не знал о нём практически ничего. Да и не копал. Не было причин. Одно лишь интересовало Романова: зачем император пригласил его низший клан на игры? Было немало кандидатур на их место. Вот что его беспокоило. Михаила отвлекли, и он отвел от Томаса взгляд.

Команды стояли на всеобщем обозрении стадиона. Позади них развевались флаги на высоченных флагштоках. По бокам музыканты играли марш. Вскоре композиция завершилась, и перед спортсменами вышел старик с микрофоном. В черном кимоно, в соломенных тапках. Длинные седые волосы, борода. Приглашенный старейший мастер, проживающий в Японии. Ему было около двухсот лет, и он считался самым старым человеком планеты.

Разговоры среди спортсменов стихли. Конечно, все знали этого старца.

Мастер постучал пальцем по микрофону и прокряхтел:

– Ну что, ребятки, приехали посостязаться? Это хорошо… Дух соперничества прекрасен. Конкуренция движет прогресс, кхе-кхе, – кашлянул он в костлявый рябой кулак и продолжил: – Жизнь – это движение. Борьба. Каждый день. Каждую секунду. Я вижу, все вы настроены покорять вершины мастерства, – его руки немного тряслись, но слова были четки. – Что ж, мы понаблюдаем за вами. Оценим вас. Покажите всему миру, да и мне старику, что боевые искусства не стоят на месте… И движутся вперед… Порадуйте старца, кхе-кхе!

Все бойцы зааплодировали. Было видно, что старик едва стоит на ногах, но как пытался держать спину! Вот что значит железный дух!

– Я закончил, – махнул старейший мастер рукой, передал микрофон стоявшему рядом мужчине и потопал на место.

Никто не смел ему помогать, чтобы дойти до трибун. Гордость старца не позволила бы принять помощь. Он – мастер. И обязан пройти весь путь в одиночестве своими силами.

Когда старик занял почетное место, комментатор Гусев эмоционально высказался в микрофон:

– Спасибо мастеру Такеши! А теперь слово возьмет организатор состязаний: Арсений Артурович Крылов!

Мужчина, стоявший перед тысячей воинов, чувствовал напряжение. О да, стоять здесь на арене перед ними было непросто. Горло пересохло, вспотела спина. Хотелось поскорее высказать речь и смыться подальше, но, к сожалению, на его плечи выпало не просто приветственная речь, а нечто иное…

– Приветствуем участников игр еще раз! – воскликнул Крылов в микрофон вполне уверенным тоном. – Вы прибыли со всех уголков планеты, дабы сразиться друг с другом, и я не только о боях! Не сомневайтесь, вас ждут нестандартные состязания! Замысел у наших организаторов не знает границ! А теперь! Внимание!

Многие переглянулись. Последняя фраза Крылова заставила насторожиться.

– Каждое состязание – это своего рода битва! А в битвах героями становятся те, кто смело жертвует собой ради других! – на его лице проявилась нервная улыбка. – Первый этап турнира начинается прямо здесь и сейчас! Каждая из стран-команд выберет из личного состава клан, который станет жертвой и выйдет из игр! Время на исполнение три минуты! – он вынул из кармана песочные часы, а на огромных экранах стадиона показалось цифровое табло с обратным отсчетом. – Команда, которая не успеет определиться за это время, получит ноль очков! В этом случае клан выйдет посредством жребия! Не позвольте этому случиться и потерять свою ведущую силу! Время пошло!

Все были в шоке. Зрители на трибунах. Команды спортсменов. Разве турнир не должен был начаться с завтрашнего утра?!

Начались переговоры. Обсуждения. Все команды принялись анализировать: кто, по их мнению, менее достоин продолжить состязания и выбыть прямо здесь, став якобы жертвой. И если у части стран решение происходило довольно спокойно, то у команды красных было всё гораздо напряжённей.

Девяносто бойцов Российской империи взглянули в сторону Романовых. Ячейка из десяти во главе с Томи оказалась буквально окружена соотечественниками.

– Думаю, всем ясно, что Романовы здесь лишние, – заявил Владимир Калашников. Наконец, заточенный зуб можно вонзить в соперника!

– Какой ты предсказуемый, Калашников, – цыкнул в ответ Томи, понимая, в каком положении дел оказался. – Решил слить меня? Так и знал, что боишься проиграть мне честно.

– Цепляйся за шанс, так и делают неудачники, – бросил ответку Владимир.

Воронина усмехнулась. Сосунок Романов всегда был остер на язык, чем забавлял ее.

– Извини, Томас, но я выскажу общее мнение, – произнес светловолосый молодой парень Даниил Муромов. – Твой клан является низшим, а значит лучшим кандидатом для выхода из игр на этом этапе.

– Сразимся? – смотрел ему в глаза Томи. – Один на один. Можем устроить битву клан на клан. Прямо здесь и сейчас. Я развею твои предположения о статусах.

– Осталось две минуты и пятнадцать секунд, вы не успеете, – сухим тоном отозвался Николай Жуков, держа руки внахлест у груди.

Все в команде Российской империи это четко осознавали. И уж тем более понимал это и Томи. Ко всему прочему он знал, что общественное мнение о нём играло сейчас не на руку. Его выкинут.

Чёрт!

Нужно было что-то делать. Найти решение прямо здесь и сейчас. Причину, чтобы Романовы продолжили свой путь в состязаниях.

– Я знаю ваше отношение ко мне. Обращаюсь сейчас ко всем, – Томи говорил спокойно и без суеты. Часики тикали, но его голос не был тороплив. – Если не на турнире, то когда еще вы сможете уничтожить меня без каких-либо последствий и нарушений законов империи? Калашников, ты же хочешь растоптать меня больше всех здесь и собираешься лишиться этой возможности? Если ты за то, чтобы я выбыл, пусть будет так, но последние капли уважения к тебе, как к оппоненту, ты потеряешь в моих глазах и навсегда останешься малодушным, лишенным мужества баламутом…

– Попридержи язык, Романов! – зашипел Калашников.