Я убил Бессмертного. Том 3 - Призывающий Оро - Страница 4

– Мы же будем на месте раньше, чем они разберутся, что делать.

Последние несколько слов я произнёс уже не очень уверенным тоном. Будем имитировать перепады настроения. То излишняя уверенность, то напротив – паранойя.

– Или нет… – пробормотал я. – Чёрт, чёрт, чёрт, я правда зря сделал это…

– Успокойся, – чёрная рука Джебедайи легла мне на плечо. – Успокойся, Артур. Мы успеем доехать до аэропорта раньше, чем он что-то сделает. Ты прав, ничего страшного не произошло. Думай о том, что будет дальше, думай об Америке…

Всё-таки очень легко подавлять человеческий скептицизм. В иной ситуации они бы крепко задумались над всеми «сюжетными дырами» и нелогичностями. Почему я написал Крейну? Почему я так легко согласился? Действительно ли я тот, кем они считают меня?..

Но критическое мышление – штука тонкая. У большинства людей оно может полностью отказать, если предложить им то, чего они хотят. Американцы настроились на долгие уговоры, и теперь – когда перед ними замаячил шанс увезти меня быстро и легко – они ринулись делать это, закрыв глаза на любые странности.

«Приём», – я прикрыл глаза, переключаясь на Интерфейс. – «Август, ты видишь нас?»

Слишком быстро гонит, слишком быстро…

«Нет», – пришёл мне ответ от Августа почти сразу же. – «Мы потеряли вас минуты две назад – машина рванула очень быстро, моя столько не выжмет».

Чёрт… промашка. Ладно, импровизация всегда была моей сильной стороной. Помотав головой, я отмёл совершенно безумную мысль, пришедшую мне в голову. Картинка машины, бегущей по ночной автостраде на огромной скорости, на высоте четырёх-пяти метров, шагающей при помощи щупалец Сената, словно гигантский паук… нет, эффектно, но слишком заметно.

– А в какой аэропорт мы едем? – уточнил я. – Куда конкретно?

– Пулково, – отозвался Ральф. – Ехать ещё долго, но мы успеем.

Пулково, Пулково. Так, Интерфейс – дай мне карту. Я вжался в кресло, пытаясь изобразить паническую атаку и дикое переживание за успех предприятия, на самом же деле я пытался сосредоточиться на карте.

Ральф был прав – ехать действительно долго. Возможно… Вот. Ага, это место сгодится. Если машина Августа срежет – то нагонит Ральфа, едущего по более долгому пути.

Теперь задача в том, чтобы убедить его ехать по этому самому, более долгому пути. В конце концов, у него тоже есть GPS-навигатор.

Машина резко свернула налево.

– Нет! – взвился я, снова хватаясь за спинку кресла. – Нет, нет!

– Что такое? – не понял Ральф… но скорость не сбавил.

– Там повсюду камеры, много зданий Крейна… – я глубоко выдохнул. – Там… ему будет легче нас найти, догнать… Другая дорога. Чуть дольше, но зато безопаснее…

– Ральф, – мягко, но настойчиво заявил Джебедайя.

– Что? – изумился тот. – Я еду так, как короче!

– Мы же не хотим, чтобы наш друг, – Джебедайя выделил это слово, – заподозрил нас в сотрудничестве с Крейном. Десять минут из-за объезда ничего не решат.

– Эй, а я бы не рисковал, – заволновался Старс. – Он ведь правда написал ему, если Крейн уже в курсе всего…

– Дайте, я выйду! – я в «панике» задёргал ручку дверцы. – Поедем завтра, поедем потом, когда он успокоится!.. Я сделал глупость, да, нужно подождать…

Хрена с два они выпустят из рук то, что уже почти считают своим.

– Чёрт с тобой, – заключил Ральф, разворачивая машину.

– Не употребляй имя…

– Да, да, знаю, – закатил он глаза. – Не употребляй имя нечистого, все дела. Мы тут ценного учёного вывозим, нелегальным путём – имей снисхождение к моим маленьким слабостям.

Отлично. Пока он снова доедет до перекрёстка, пока развернётся… вот и необходимая фора. Я написал Августу, обозначив, как ему ехать и где перехватывать машину.

– Пока никакой погони не видно, – было неясно, кого Джебедайя хочет успокоить – меня или себя самого – но он выглянул в окно. – Не уверен, что Крейн решится на неё – всё-таки он не захочет ссориться с нами…

– Я ведь не просто его сотрудник, – поморщился я. – Я жил с ним в одном доме, знаю его секреты… Простите, простите. Я правда сделал глупость.

…в конце концов, именно глупостей от меня и ждут. Потому и поверили в «сообщение Крейну» безоговорочно. Может, и правда отправить ему нечто подобное, чтобы потом они в нужный момент нашли это сообщение?

Ну, нет. Только вмешательства настоящего Крейна мне в этот драматический момент не хватало.

Продолжая координировать Августа, я вглядывался в зеркало заднего вида. Вокруг стояла темнота, разрываемая редкими фонарными столбами – мы ехали по самой окраине – но я всё пытался высмотреть, не появится ли где-то вдали красная побитая жизнью машинка.

Август (22:11):

ВИДИМ ВАС!!!

Отлично. Я торжествующе улыбнулся про себя.

Вы (22:12):

А теперь тарань машину со всей силы. Пусть Сенат поможет тебе, если что.

Наверное, если бы это был реальный диалог, то сейчас повисло бы изумлённое молчание. Я отлично представлял себе лицо Августа, прочитавшего задание. В конце концов, я не говорил ему, что нужно будет делать.

Ральф сосредоточенно вёл машину, радуясь тому, что я прекратил орать и мешать ему. Что ж… сейчас порадуешься снова. Простите, ребята, но сервис каршеринга слупит с вас огромный штраф.

Август (22:14):

Ты уверен? Что, если ты пострадаешь?

Я закатил глаза. Почему никто не хочет просто делать то, что говорят…

Вы (22:14):

Люк сидит рядом с тобой?

Август (22:14):

Да

Вы (22:15):

Ну, вот и не задавай глупых вопросов.

Наверняка как раз вопросов у него теперь – море. Ничего, потерпит.

Красная машина, появившаяся сзади, быстро приближалась. Разница в скоростях сказывалась, но на коротких дистанциях у машины был шанс – а Август сейчас выжимал из неё всё возможное.

– Эй, – вдруг насторожился Старс, – они нас что, преследуют?

– Успокойся, – помотал головой Джебедайя. – Просто машина, просто едет по своим делам.

– Да нет – красавчик прав, – резко напрягся Ральф. – Они правда преследуют нас. Кажется…

– Это Крейн!! – заорал я дурниной прямо у него над ухом, сбивая с мысли. – Он нашёл нас!

Не хватало ещё, чтобы он предпринял ответный манёвр.

Впрочем… я почти не волновался за успех предприятия. Люк сидел в машине… и если я погибну или улечу в солнечную Калифорнию – для него это будет невезением.

То есть, ситуацией практически невозможной.

– Так быстро? – ужаснулся Джебедайя. – Но…

Удар.

Что ж, если Август и тупил только что, то задание он выполнил безупречно – именно так, как нужно. Машину тряхнуло; мы все повалились друг на друга, руль вырвало из рук у Ральфа, и автомобиль понесло куда-то на обочину.

Август (22:17):

Что дальше?

Ох, блин. Я что, забыл ему сказать?

Вы (22:18):

Уезжайте подальше отсюда, они не должны догнать вас или разглядеть.

Вы (22:18):

А Сенат пусть останется где-нибудь на обочине и притаится.

Я поморщился – удар был болезненным. Джебедайю швырнуло на меня – а он, даром что святоша и моралист, весил немало. Никакого жира, не подумайте – чистые мускулы. Рука нашего доброго брата Я-верую-в-Господа была в обхвате как толстая металлическая труба, и такая же твёрдая.

Впрочем, мне-то как раз пришлось легче против. Основной удар пришёлся как раз на ту сторону, где сидели Джебедайя и Старс, и теперь они стонали, пытаясь оправиться от удара.

– Где… – Ральф всё-таки схватился за руль, но машина уже уверенно сползала в кювет; вывести её оттуда быстро не получалось, и он просто заглушил мотор, чтобы не уехать куда-нибудь в поля. – Где эти мрази…

– Это были люди Крейна! – заявил я, нащупывая ручку и распахивая дверь машины. Следующим фокусом в этой программе должен был стать трюк с исчезновением – недаром я сказал Сенату остаться.

Кстати, о птичках.

Сенат (22:21):

Артур Готфрид, Мы ждём!

Далее следовал стикер с улыбающимся солнышком. И как он держался столько времени? Ох, если какие-нибудь хакеры, спецы Крейна или кто-нибудь ещё, взломают меня и наткнутся на эту переписку… как же они будут ржать.