Раскол (ЛП) - Херндон Кори Дж. - Страница 33

Сзедек подбросил меч Разии, вращая, в воздух, и поймал его за рукоятку. Он оценил его, как коллекционер, и на вытянутой руке указал им на Пушка.

- Простое оружие? - спросил Сзедек. - Ты пытаешься ранить меня мечом? Тебе придется сильно постараться. Я в совершенстве овладел мечом задолго до того, как ты была создана.

Пушок видела, что Разия все еще была оглушена, и приняла устойчивую позицию перед тем, как ангельский гилдмастер сделала еще один выпад. Сзедек встретил его, и как прежде, вновь отбросил гилдмастера на пол и повернулся к Пушку. Пока вопящие привидения носились по Парелиону, смешивая свои вопли с криками ангелов, сражающихся с ними, Сзедек и Пушок сошлись в неравном поединке. Вампир едва ли серьезно воспринимал ангела, одной рукой отводя каждый удар, каждый выпад, и закрывая любое открытое место. Все это время, Сзедек, улыбаясь, делал шаг за неумолимым шагом к Разии. Как бы она не маневрировала, Пушку никак не удавалось встать между врагом, и ее павшим, оглушенным гилдмастером.

Это не сработает, поняла Пушок. И тогда она сделала то, что для ангела было сделать непросто. Она прервала нападение. Одним прыжком она подлетела к поверженной Разии, положила гилдмастера себе на плечи, и бросилась к выходу.

Смех Сзедека преследовал ее по всему слабо освещенному проходу. Пушок рискнула бросить взгляд назад и увидела, что Сзедек, хохоча, неотступно следовал за ней.

- Пьеракор, - сказала Разия, его голос звучал так, словно она превозмогала сильную боль, - опусти меня. Нам не суждено сегодня победить. Моя судьба - пасть вместе с ними.

Пушок пригнулась, увернувшись от вопящей призрачной фигуры, и подпрыгнула, избегая столкновения с телом очередного павшего ангела. Команду Парелиона резали со всех сторон.

- Я не согласна, - сказала Пушок, - мы должны выжить сегодня, чтобы сражаться завтра. - Она тащила ослабевшего гилдмастера глубоко в недра Парелиона, туда, где мощный двигатель реальности, направлял полет летающей крепости в небесах. Если им удастся сбежать через эвакуационные люки, открытые в основании крепости, то вместе, ангелы могли бы вернуться в Равнику, чтобы предупредить Легион о том, что они обнаружили сбежавшего Сзедека. Пушок не сомневалась, что у них все еще оставалась надежда.

Смех беглеца эхом разносился по залам за их спинами.

Спусти почти час постоянного бега сквозь лабиринтные проходы, смех, к ее удивлению, отстал и растаял.

- Я думаю, мы сможем справиться, Святейшая, - сказала Пушок. Если им придется бежать, то эвакуационные люки были уже прямо под ними.

Она спешно положила Разию рядом с соединением двух наиболее крупных генераторов, проверив еще раз, не преследовал ли их Сзедек. Они были одни - ангелы, следящие за работой двигателей, которых можно было тут встретить, очевидно, бросились в общую битву, и единственные звуком, который она смогла разобрать, был отдаленный шум боя между привидениями и священными воительницами.

Гилдмастер была слаба. Вампир проломил ее ребра, прямо сквозь ее кованый нагрудник. Кровь густо покрывала треснувший и вогнутый доспех Разии. Пушок приложила руку к собственному плечу, а когда отвела, рука была вся залита кровью. Была ли это ее кровь или Разии, она не знала, но Пушок не помнила, чтобы ее ранили так сильно.

- Он не остановится, - сказала Разия. – Сперва, он убьет меня. Я - его цель.

- Почему сейчас? Почему именно так? - спросила Пушок. - У него было десять тысяч лет, чтобы организовать нападение. Зачем заманивать Вас - заманивать нас - сюда?

- Это не очевидно? - сказала Разия. - Это место - его территория. Призраки танцуют, как его марионетки, и тут нет ни Легиона Борос, ни Пакта Гильдий, чтобы остановить его.

- Я не могу оставить Вас здесь, Святейшая.

- Можешь и оставишь, - сказала Разия. - Помоги мне встать.

Пушок протянула гилдмастеру руку, и боль исказила лицо Разии, когда она, опираясь на нее, поднялась на ноги.

- Он забрал Ваш меч, - сказала Пушок. - Возьмите мой.

- Спасибо, - сказала Разия. - Но тебе пора уходить. Возвращайся, и предупреди их. Нужно известить Верховного Арбитра и глав других гильдий. Ты наш последний эмиссар.

- Святейшая? - сказала Пушок. - Я останусь с Вами. Ангелы Борос...

- Ангелы Борос не выживут, если ты не сделаешь так, как я говорю, - задыхаясь, произнесла Разия. - Я понимаю, что ты ни в чем не виновата. Прости мне мою ярость. Это все было дело рук Сзедека, легионер. Я буду сражаться с Димир, и, скорее всего, погибну. Выполняй приказ. Ты еще можешь подготовить их к тому, что их ждет, но тебе пора уходить. Сейчас же.

Громкий скрежет метала о каменную стену разнесся по двигательному отсеку, и Пушок услышала, как тяжелая миззиумная дверь грохнулась на миззиумный пол. Ее замочный механизм и дверные петли были вывернуты, искорежены, и дымились. Пушок взмыла в воздух, безоружная, и на лету развернулась, инстинктивно защищая гилдмастера.

- А она упрямая, Разия, - усмехнулся Сзедек. - Ты должна ею гордиться. Когда ты начала лепить этих своих отпрысков, я был уверен, что они окажутся лишь тенью оригинала. А эта, практически настолько же упорная, как ты.

- Легионер! - выкрикнула Разия и закричала, подлетая к Пушку. - Уходи! - Гилдмастер врезалась в плечо Пушка в тот самый момент, когда Сзедек прыгнул с верхнего яруса, вытянув перед собой меч, паря на облаке из клубящихся, осязаемых теней. Пушок потеряла равновесие и рухнула на пол. Задвижка люка экстренного выхода, расположенного в полу, оказалась прямо на уровне ее глаз, когда голова ангела с силой ударилась о миззиумное покрытие пола.

Она перекатилась на одно плечо и взглянула вверх, как раз вовремя, чтобы ахнуть в ужасе, когда Сзедек пронзил гилдмастера ее собственным огненным мечом.

Главный клинок гильдии Борос вспыхнул пламенем, соединившись с плотью Разии. Оружие пронзило ее сердце, и его пылающее лезвие из раскаленной плазмы вышло с другой стороны, осыпав пол искрами и кровью застывшего тела ангела. Меч, который Пушок отдала Разии, выпал из ее руки.

Пушок распахнула люк и выпала из днища Парелиона в нереальное синее небо Эйджирема.

Следующие десять лет показались последней из ангелов вечностью. На самом деле, Пушок рассказала трибуналу, что по ее ощущениям, возвращение у нее заняло гораздо больше времени - возможно, целый век. Годы непрерывного полета сквозь кошмарные пейзажи Эйджирема, прячась здесь, ввязываясь в рискованные сражения там, постоянная необходимость отступления и бегства, снова и снова. Годы ежесекундного преследования и охоты за ней в искаженных, постоянно меняющихся улицах города призраков. Если бы ей был необходим сон, она бы никогда не смогла вернуться.

Она сказала трибуналу, что лишь по чистой случайности она оказалась рядом с точкой разрыва, когда Шизм раскрыл проход между Эйджиремом и Равникой. Когда она заметила внизу под собой открытую, блаженно твердую и нормальную землю реального мира, ангел зарыдала. Затем она услышала, как Кос звал ее по имени, и бросилась в незнакомую зону отчуждения Утвары. Она должна была знать, говорила Пушок, что ее старый друг найдет способ вывести ее назад, в физический мир. Ангелы всегда слышали тех, кто взывал к ним.

Но как оказалось, Кос звал ее, умирая. Спустя пару дней траура, Пушок приняла решение вернуться в Эйджирем еще раз, перед тем как сдаться в руки Борос. Если Шизм позволил ей пролететь сквозь него, он мог позволить то же и другим существам, таким, как Сзедек. Она должна была убедиться в том, что призраки останутся в своем мире.

Это была ошибка. Силы призрачной армии Сзедека, сопровождаемые существами, похожими на одержимые силуэты ее павших соратниц, бросились за ней, как только она появилась в призрачном мире. Но ей удалось заметить, что по какой-то непонятной причине, привидения боялись самого Шизма. Пушок не смогла дать другое объяснение тому, почему армия не последовала за ней.