Тёмные дни (СИ) - Михайлова Екатерина - Страница 40

Юта недоумённо переглянулась с Кортом.

— Значит, ты знаешь про пророчество?

Джар немного напрягся. Его поза чуть переменилась. Корт тоже собрался. Он внимательно следил за подозрительным типом.

— Я же сказал, что я — Хранитель, — напирая на последнее слово, отчеканил мужчина.

Юта казалась ещё более растерянной.

— Но я не знаю, что это значит… — и тут же, сообразив, быстро добавила: — Я не успела пройти посвящение. Мама погибла до того, как смогла рассказать мне обо всём этом. У меня есть лишь какие-то обрывочные знания, которые мы с Кортом смогли найти за последний год.

Джар нахмурился, задумчиво почёсывая бороду. Его фигура снова расслабилась.

— Тогда давай начнём сначала. Я — Джар, твой Хранитель. И я расскажу тебе всё, что знаю.

История, рассказанная Джаром, Хранителем

Когда-то давно в песчаных гатах существовал культ загадочной богини. Имя ей было Амальрис, и стихия её была Тьма. Культ этой богини был тайным. В него были посвящены лишь её жрицы. Много веков народ жил в почитании Амальрис и в уважении к её жрицам.

Но несколько столетий назад разразилась большая война между кланами атлургов. Кто-то оклеветал жриц. Их стали притеснять. Оставаться в песчаных городах стало небезопасно.

Тогда гурнас решил спрятать их в далёком Городе-за-Стеной. Им казалось, что там у них больше шансов затеряться и сохранить свои знания до времени. Для этого гурнас выбрал первого Хранителя. Именно этот человек впервые добрался из города атлургов в Лиатрас.

Хранитель организовал бегство жриц и помог им спрятаться в Вечном Городе. Он нашёл им жильё и работу, обучил всему. Научил красить волосы и отбеливать кожу. Носить линзы, меняющие цвет глаз. Помог адаптироваться.

Юта, уже некоторое время ёрзавшая на диване, не выдержала и прервала Джара:

— Так кто такие Хранители? Чем они занимаются?

— И много ли знают? — закончил за неё с улыбкой Джар.

— Предназначение Хранителей — охранять жриц и их тайны. В каждое поколение жриц существует всего один Хранитель. Мне передал это звание мой отец. Но оно не обязательно наследственное. Иногда Хранители берут в ученики людей со стороны.

Проще говоря, Хранитель — это человек, который стоит на стороне народа, хоть и живёт в Вечном Городе. Мы не располагаем знаниями жриц, — ответил Джар на невысказанный вопрос Юты. — Хранить тайны богини — ваше предназначение. Наше — всего лишь охранять вас и помогать во всём.

Джар немного подумал и вернулся к рассказу.

— На протяжении долгих столетий в Лиатрасе было безопасно. Пока пятнадцать лет назад правители города не узнали о жрицах. Возможно, кто-то предал их. Возможно, кто-то из жриц доверил свою тайну не тому человеку. В конце концов, жрицы тоже люди. У них есть семьи, близкие люди. А всю жизнь хранить ото всех такие тайны совсем не просто.

Тогда для нас и начался настоящий кошмар. Жриц находили одну за другой. Как бы я ни прятал их, организация рано или поздно дотянулась до всех. Возможно, одна из жриц предала сестёр. И правителям стали известны имена каждой из них. Я до сих пор не знаю правды.

Мы всегда знали о том, что городом правит тайная секта потомков народа. В них всегда было что-то зловещее. Но мы не понимали, чего они хотят, почему прячутся, куда ведут или к чему готовят город. Лишь пятнадцать лет назад их жуткие планы начали потихоньку раскрываться.

— Чего они хотят? — снова вклинилась Юта в рассказ. Она раскраснелась от волнения и без остановки теребила мамин кулон. После недолгой схватки её длинные волосы растрепались и волнами спадали по плечам, щекоча татуировки Корта.

— Учитывая, что они знают о пророчестве, возможно, они просто хотят спастись.

— Но почему они обрекли всех жителей города на гибель?! — воскликнула Юта с наивным отчаянием.

Джар не нашёлся с ответом. Он развёл руками.

— Потому что им плевать на всех, кроме себя. Жизни людей для них ничего не значат, — мрачно проговорил Корт.

Но больше, чем слова, его тихий, скорбный голос ответил Юте на вопрос. Был ли на свете хоть кто-то, кто потерял из-за организации больше, чем он? Да, Юта потеряла родителей. И Бабли. И тоже, как и Корт, потеряла дом и прежнюю жизнь. Но Корт потерял гораздо больше. Он потерял любовь, надежду и веру в себя и людей.

Помолчали. Корт напряжённо смотрел в пространство перед собой. Джар тоже задумался. Внезапно Хранитель встрепенулся.

— Но ещё не всё потеряно. — Мужчина выпрямился. Он завозился под своей бесформенной накидкой, а затем выпростал руку с кожаным тубусом.

— Не думал, что снова смогу передать его кому-то. — Джар усмехнулся, и Юта не поняла, чего в этом было больше, — радости или горечи. Он протянул тубус Юте, и ей показалось, что крепкая рука по-старчески дрогнула. — Вот. Его передала мне твоя мать, Рига, когда поняла, что ей не уйти от преследователей.

Джар чуть помедлил, прежде чем выпустить тубус из рук. Как только Юта ощутила тепло кожи, нагретой телом Джара, её пробрала дрожь волнения. Руки вдруг перестали слушаться. Корту пришлось легонько толкнуть её плечом, ободряя. Только после этого, пытаясь скрыть дрожь, Юта откупорила футляр и осторожно, как величайшую драгоценность, извлекла из него свиток.

Знакомые символы привычно струились по странице. Некоторые из них Юта даже могла узнать, ведь она не раз и не два видела пророчество. Но видеть — не значит понимать.

Юта вопросительно посмотрела на Джара. Кажется, он понял её проблему. Ведь если девушка не успела пройти посвящение, то и языка наури знать не может. Джар вмиг помрачнел. Его взгляд заволокло словно грозовой тучей.

— Я не знаю языка наури. Я не могу прочесть его, — с еле заметной дрожью в голосе ответил Хранитель. По мере того, как Джар осознавал ситуацию, его лоб прорезали глубокие морщины.

Корт вскинул брови в удивлении, и это не укрылось от мужчины.

— Никто из Хранителей никогда не знал, — объяснил он. — Жрицы единственные в этом городе, кто может прочесть пророчество. Это было сделано для сохранности знаний.

Корт ухмыльнулся и протянул руку. Джар молниеносно накрыл свиток ладонью. Это было неосознанное, инстинктивное движение человека, привыкшего всю жизнь охранять тайны. Наученного сперва действовать, а затем думать. К тому же, между двумя мужчинами ещё присутствовало недоверие. Юта быстро вмешалась:

— Джар, ты можешь полностью доверять Корту. Он знает то же, что и я. Мы выяснили всё вместе. И Корт единственный, кто может прочесть, что там сказано.

Некоторое время Джар не двигался. Он сверлил Корта взглядом и, видимо, раздумывал о том, что ему делать. Но в конце концов решился. С явной неохотой Хранитель убрал руку, и Корт смог забрать свиток.

Мужчина аккуратно развернул пергамент на коленях. Юта жадно впилась глазами в символы, как будто могла постичь их смысл. Несколько секунд Корт молчал, водя глазами по строкам. Затем прокашлялся и громко прочитал:

— «Настанет день, и небо будет ронять на землю огненные слёзы. Время повернёт вспять, отсчитывая дни до смерти всего живого. Придут неурожаи, звери и птицы перестанут плодиться, а народ поднимется враждой друг на друга, брат на брата и муж на жену. Могучий Руг восстанет с края песков и поглотит Небесных Братьев. Придёт Великая Буря, которая продлится сорок дней и сорок ночей, и не останется на земле ничего живого.

Только истинный народ сможет спастись, когда, — Корт чуть запнулся, — вернётся туда, откуда пришёл. Потери обернутся находками. Тьма — светом. Кровь обернётся водой.

Великая Амальрис соберёт детей Канора вместе и укажет истинный путь».

— Что это значит? — взволнованно спросила Юта. Она придвинулась к самому краю дивана.

— Я думаю, речь идёт о Городе Богов, — ответил Джар. Его брови хмурились. Он усиленно о чём-то размышлял.

Корт не вмешивался в разговор. Между этими двумя сразу установилась какая-то невидимая связь, и Корт с раздражением ощущал себя третьим лишним.