Безупречный - Сильвер Элси - Страница 7

Я морщусь.

– Повезло мне.

Харви фыркает и машет рукой в сторону дома.

– Не беспокойтесь, мисс Хэмилтон. Они хорошие мальчики. Немного грубоватые, но тем не менее хорошие. – Он оглядывается на меня через плечо, на его губах насмешливая улыбка. – К тому же что-то подсказывает мне, что вы прекрасно справитесь с этой командой.

Я сжимаю губы. Если я дожила до своего возраста с Кипом Хэмилтоном в качестве отца и босса, пара ковбоев не станут проблемой, но я этого не говорю. Не хочется ничего сглазить. Поэтому я отвечаю:

– Пожалуйста, зовите меня Саммер.

Он придерживает входную дверь открытой и широко размахивает одной рукой.

– Заходи, Саммер. Давай устроим тебя и накормим, прежде чем ты встретишься лицом к лицу с маленьким монстром.

Я качаю головой и хихикаю, заходя в дом. Очевидно, моя оценка Ретта не слишком далека от истины. Или, по крайней мере, его отец не заставляет меня чувствовать, что меня ждут беззаботные времена. Камень сомнения опускается в мой желудок, тревога просачивается сквозь тело. Что, если я не справлюсь с этим? Что, если я потерплю неудачу? Всегда ли я буду той, кто не может все сделать правильно?

Мой внутренний монолог улетучивается, когда я осматриваю дом изнутри. Тема теплого дерева, присущая его внешнему облику, продолжается и здесь. Потолки с деревянными балками и темно-зеленые стены делают помещение уютным, несмотря на высокие открытые площадки. Полы в доме из темного дерева, широкие доски слегка потерты в некоторых местах. И, когда я смотрю, как Харви ходит по ним в своих ботинках, думаю, что понимаю почему.

Слева от себя я вижу гостиную с мягкими кожаными диванами перед огромным камином. Голова животного, похожего на оленя, висит на стене. Его черные мраморные глаза сверкают настолько ярко, что кажутся живыми. А рога, как толстые, богато украшенные ветви, тянутся высоко и нависают над ней.

Я сжимаю губы. Не имею ничего против охоты, но я настолько городская девушка, что вид этого величественного животного, подвешенного в доме, заставляет меня немного грустить об олене и о том конце, с которым он мог столкнуться.

Давайте будем честны. Я думаю о Бэмби.

Я отбрасываю эту мысль и говорю себе не падать духом. Не падать духом? О боже. Что со мной не так?

Перед нами гигантская кухня с большим деревянным столом посередине, и я уже могу представить, как все эти парни-ковбои заваливаются сюда после долгого дня на ранчо, чтобы разделить большой семейный ужин.

– Сюда, вниз. – Голос Харви уводит меня, и мы поворачиваем направо по коридору, освещенному медными бра на стенах. – Да, эта комната находится на первом этаже, но мы постараемся не шуметь по утрам. У нас с Реттом комнаты наверху, так что я подумал, что это даст тебе немного больше свободы вдали от нас, мужчин. К спальне примыкает ванная комната. Шкаф здесь тоже самый большой.

Он останавливается с моим чемоданом. Моим очень-очень полным чемоданом.

– Думаю, что я сделал правильный выбор.

Я чувствую, что мои щеки немного порозовели. Такому мужчине, как Харви Итон, я, должно быть, кажусь настоящей городской девушкой.

– Я не знала, чего ожидать от этого задания.

Он добродушно посмеивается.

– Ожидай родео, девочка. Я люблю своего мальчика. Но он наказание. Всегда был таким. Если подумать, я не уверен, что кто-то когда-либо по-настоящему занимался Реттом. Младший мальчик и все такое. Даже его младшая сестра оказалась более зрелой из них двоих. Той, кто присматривал за ним, потому что Ретт нуждался в присмотре. Мой совет? Не дави слишком сильно. Он просто оттолкнет тебя.

Я киваю, слегка округлив глаза. Он выставляет Ретта совершенно сумасшедшим.

– Мудрый совет, мистер Итон.

Он бросает мой чемодан прямо за дверью комнаты в самом конце коридора.

– Девочка, если я зову тебя Саммер, ты зови меня Харви. Мы поняли друг друга?

Я улыбаюсь ему и вхожу в комнату.

– Поняли.

– Хорошо. – Он выходит обратно в холл. – Не торопись, располагайся. Я буду на кухне. Когда ты будешь готова, мы можем поесть, и потом я покажу тебе окрестности.

– Замечательно. – Я одариваю его самой лучезарной улыбкой, на какую только способна, прежде чем он неторопливо уходит обратно по коридору.

Когда я закрываю за ним дверь, то прислоняю голову к прохладному дереву и делаю глубокий вдох, чтобы прогнать тревогу.

И я молюсь о терпении, потому что что-то подсказывает мне, что оно мне понадобится.

4

Ретт

Ретт: Не хочешь вернуть свою дочь? Я обещаю исправиться.

Кип: Она еще даже не там.

Ретт: Подумай о том, сколько времени ты сэкономишь ей, перезвонив сейчас.

Кип: Нет.

Ретт: Пожалуйста?

Кип: Не пытайся быть вежливым. Тебе это не идет.

Ретт: Отсоси.

Кип: Как, по-твоему, я удерживаю всех твоих спонсоров?

Саммер Хэмилтон подъехала на своем модном внедорожнике, вырядившись в нелепый строгий наряд, как будто она собралась прогуляться по городу, а не появиться на скотоводческом ранчо.

Поэтому я решил не появляться. Может, я и оказался в ловушке с ней, но мне не обязательно должно это нравиться.

А мне и не нравится. Я чертовски ненавижу, когда со мной обращаются как с ребенком или как с тупицей. Или еще хуже, как будто я какой-то преступник. Я надеялся, что сон в моей собственной постели и некоторое время на размышления о том, чтобы смириться с моим новым положением, помогут мне почувствовать себя немного менее подавленно, менее оскорбленно.

Но я все равно чувствую себя отбросом.

Вот почему я здесь вбиваю в землю столбы со своим старшим братом. Устанавливаю новые линии ограждения для некоторых из его лошадей, чтобы быть ближе к его дому, который находится прямо за гребнем большого холма, подальше от того места, где живем мы с отцом. Кейд вытаскивает столб из багажника своего пикапа и с ворчанием перекидывает его через плечо. Он больше всего похож на отца: широкие плечи, коротко подстриженные волосы. Единственное, чего не хватает, – усов. Это то, из-за чего я люблю его донимать, потому что он угрюмый засранец. Все очень просто.

– Когда ты собираешься отрастить усы и стать настоящим стариком Итоном?

Он свирепо смотрит на меня, прежде чем опустить столб и выровнять заостренный конец в нужном месте.

– Не знаю. Когда ты подстрижешь волосы, Рапунцель?

Такое приятное чувство. Такое родное. Выводить Кейда из себя – одно из моих любимых занятий в прошлом. И он такой чертовски ворчливый, что это никогда не перестанет доставлять удовольствие. Он только лает, но не кусается – один из самых милых парней, которых я знаю.

Если не обращать внимания на то, какой он придурок.

Я снимаю кепку и перекидываю волосы через плечо, стараясь не морщиться от укола боли в плече. Или в опухшем колене. Или от ломоты в спине.

Какая из меня Рапунцель? Я больше похож на Шалтая-Болтая.

– Никогда. Как я вытащу принцессу через свое окно?

Он фыркает и хватает прицепной столбостав [13], в то время как я беру на себя удержание столба вертикально.

– Только одна принцесса, брат? Не похоже на тебя.

Я закатываю глаза. Кейд – монах в этой семье. Не думаю, что видел его хоть с одной женщиной после его развода.

– Я просто хочу, чтобы секса было достаточно для нас обоих, – вру я. Эта часть меня изменилась. В последние пару сезонов это уже не так привлекательно. Не так, как раньше. Это приносит проблемы, и я устал от необходимости проводить время с людьми, которые только чего-то хотят от меня, или с теми, которые видят во мне какой-то трофей.