Ты задолжал мне любовь (СИ) - Иванова Эмилия - Страница 811

Я в нерешительности стояла у двери, а потом, вспомнив разговор с Тамарой, произнесла:

— Вот и оставайся здесь, а я попробую выйти. Яков пока ничего мне не сделает, так как до сих пор не заполучил шкатулку. Я еще могу как-то влиять на него. Эта вилла слишком большая, и наверняка напичкана камерами видеонаблюдения, но он не может постоянно следить за нами. Так что не волнуйся за меня!

Договорив, я вышла из гостиной и пошла тем путем, которым меня привел Геннадий. Но поплутав какое-то время, я поняла, что все еще нахожусь на четвертом этаже.

Я стояла, пытаясь унять раздражение. Такое ощущение, что вилла Якова спроектирована по принципу лабиринта, иначе он не сделал бы ее такой большой.

Я замедлила шаг, немного подышала, чтобы успокоить нервы, и оглянулась по сторонам: высокие стены, ни одной лестницы; все межкомнатные двери выглядят одинаково; длинный коридор. Я стояла и не могла понять, откуда только что пришла.

При этой мысли меня охватила тревога.

Я прошла вперед, глядя на закрытые двери, и попыталась открыть некоторые из них. По итогу, все они, к моей величайшей досаде, были плотно закрыты!

Я почти паниковала.

И тут до меня смутно донеслись людские голоса. Я замедлилась, прислушалась и пошла на звук. Я уж решила, что случайно нашла выход.

Я встала перед дверью, за которой теперь отчетливо слышались голоса, и медленно толкнула ее. Представшая передо мной картина ошеломила меня.

В большой комнате, залитой тусклым светом, внезапно стало тихо. Мое появление испугало людей, находящийся внутри, и только Яков продолжал невозмутимо восседать на диване, глядя на разыгрывающееся перед ним представление.

.

Глава 804. Домашний арест (часть 5)

Увидев меня, Яков прекратил вертеть в руке бокал с вином.

— Ну, заходи, раз пришла. Посмотрим на представление вместе! – вскинув брови, промолвил он.

Я наконец оторвалась от представшей передо мной сцены, поглядела на Якова и почти беззвучно изрекла:

— Я…

— Заходите, госпожа Афанасьева! – произнес Яков, поставив свой бокал на стол, а затем вперил в меня свои зловеще ехидные глаза.

От этого взгляда у меня волосы встали дыбом, – настолько он был пугающим! Двое мужчин подвели меня к нему, я затем удалились.

Яков вальяжно сидел, сложив ногу на ногу, и с улыбкой пригласил меня:

— Садись, насладимся этой сценой вместе. Ты, небось, никогда такого и не видела. Ну вот, расширишь кругозор.

Я не смела пошевелиться, потому что в этой комнате на меня смотрели пара тибетских мастифов и пара бродячих собак.

Мои ограниченные ум и фантазия не давали мне представления о том, что Яков собирается делать. Видя, что я не реагирую на приглашение, он с еле видным недовольством в глазах добавил:

— Любишь смотреть на представление стоя?

То, что произошло потом, перевернуло мои представления о жизни с ног на голову.

Я не удержалась, преклонила колени и сблевала на пол кислым содержимым желудка.

Ни один мускул на лице Якова не дрогнул, когда он смотрел, как меня тошнит; его взгляд был беспристрастен, словно все происходящее забавляло его.

Меня тошнило так, что, казалось, я скоро выблюю собственный желудок. Во рту стоял вяжущий вкус горечи. Наконец, все это прекратилось. Опомнившись, я посмотрела на Якова и, не желая верить в происходящее, процедила:

— Яков, ты совсем рехнулся! Чертов псих!

Еще какой!

Яков апатично уставился на меня, чуть скривив тонкие губы.

— В чем дело? Наша добрая душа разгневалась? А может, отдашь мне соглашение? Что скажешь?

— Яков, ты хоть понимаешь, что ты творишь? – спросила я, глядя на него.

Я чувствовала себя разбитой, уничтоженной. В душе царил настоящий хаос. Ради достижения своей цели этот человек не остановится ни перед чем. Для него не существует граней дозволенного.

Он лениво оперся на спинку дивана. Его глаза стали излучать презрительность, а затем он произнес то, от чего я похолодела с головы до пят:

— Если я заставлю тебя присоединиться к ним, Руслан отдаст мне соглашение?

— Ты спятил!

Мое лицо по-мертвецки побелело. Я не выдержала и подалась назад. Глядя на этого мужчину, я не могла избавиться от внутреннего содрогания. Он – псих, псих!

— Ха-ха-ха! – донесся до меня его разнузданный смех

— Эмилия, ты такая неженка! Но тебе меня не переиграть. Будь паинькой, отдай мне соглашение, а я не останусь в долгу, договорились?

Я сжала губы, и на меня резко накатило сожаление, что я вообще вышла из гостиной и дала ему возможность пригрозить мне!

— Яков, если бы кому-то другому нужно было это соглашение, я без колебаний отдала бы его. Но не тебе. Тебе я точно его не отдам. Ты ведь жаждешь, чтобы Ефимовы признали твое превосходство, не так ли? Меня не обманешь. Посмотри на положение своей семьи. Ты почти уничтожил все семейные предприятия, промотал почти все состояние. Неужели ты хотел взять под контроль белорусскую таможню ради того, чтобы вернуть на пьедестал семью, которую погубил? Боюсь, Станислав Максимович уже придумал тебе замену на руководящей позиции. Как ни старайся, а такой человек, как ты, – который ни перед чем не остановится для достижения цели, у которого нет ни стыда, ни совести, – неизбежно потерпит крах. Я не отдам тебе соглашение. Я собственноручно упрячу тебя в клетку, и пусть какой-нибудь другой Ефимов займется спасением своей семьи. А таким, как ты, место за решеткой!

Его мрачные глаза медленно налились кровью. Теперь он смотрел на меня с нескрываемой злобой. Однако его губы изобразили кровожадную кривую, и он выговорил:

— Чудесно.

Значит, мое место – за решеткой? Ха-ха-ха, не ожидал другого от женщины Руслана. Ты заставляешь меня посмотреть на тебя под другим углом!

Он встал и медленно пошел на меня, и я оказалась зажатой в углу. Мне было тяжело устоять, так как ноги у меня тряслись. Я приоткрыла рот, но не успела и пикнуть, как вдруг услышала:

— Я сорву с тебя это!

Одномоментно он сорвал с меня блузу, а затем гневным голосом крикнул:

— Все пошли вон!

Все присутствующие тотчас покинули комнату, оставив нас наедине. Я растерянно смотрела на него покрасневшими глазами. Он обхватил мою талию своими большими ладонями, и я в панике завопила:

— Не смей трогать меня! Руслан отомстит тебе за это!

Он усмехнулся.

— Думаешь, меня это волнует? Я слишком сильно хочу женщину, чтобы испугаться. Или ты забыла, что это – моя территория? Я хочу тебя. Думаешь, он сможет помешать мне? Не забывай, твой муж все еще в Казани, ищет улики против меня.

Он прижался ко мне всем телом. Меня так трясло от отвращения, что я чуть не рухнула на пол. Я попыталась оттолкнуть его, но куда мне тягаться с мужской силой!

.

Глава 805. Домашний арест (часть 6)

Он стоял передо мной, пожирая глазами. Оценив мой вид, он стал плавно избавляться от своей одежды: сначала скинул черного цвета пиджак, затем стал пуговицу за пуговицей расстегивать рубашку своими утонченными пальцами. Наконец, он дошел до последней пуговицы на воротнике. Все это время я глядела на него с ужасом в глазах.

— Что ты собираешься делать? – дрожащим голосом спросила я.

Он ехидно улыбнулся.

— Ты ведь сама знаешь, не так ли?

Я замотала головой и попыталась отговорить его:

— Ты не можешь так поступить! Яков, Тамара все еще в этом здании. Не делай этого, не надо!

А он продолжал с издевкой улыбаться.

— Вы ведь поспорили, что в постели я не очень, не правда ли? Ты сможешь убедиться, что это не так, разок переспав со мной. Разве ты не хотела бы сравнить меня с Русланом?

— Отвали!

Мне было так противно, что я была готова выцарапать ему глаза, но я вообще ничего не могла сделать.

В глазах Якова вдруг мелькнула затаенная обида.

— Чего ты так смотришь на меня? Я не так хорош собой, как Руслан? Так потрогай и убедись, что я ничуть не хуже него…