Ты задолжал мне любовь (СИ) - Иванова Эмилия - Страница 751

Несколько человек закивали, впрочем, довольно радушно. Я не торопилась осматривать оборудование, посмотрела на Игната и произнесла:

— Господин Морозов, я ведь не профессионал, посмотрев оборудование, не смогу сказать, что конкретно в нём находится. У меня есть одно требование, не возражаете?

Он глянул на меня с улыбкой:

— Конечно, говорите, если оно разумное и законное, то я конечно же не откажу.

Разумное и законное? Меня это невольно позабавило, это разумно и законно? Я выпалила, глядя на него:

— Хочу посмотреть на дипломы этих врачей, мы ведь все знаем, что квалифицированные врачи, независимо от того, клинические они или хирурги, обладают дипломами. Вы ведь не против показать мне их?

На мгновение врачи впали в ступор, Игнат нахмурился и посмотрел на меня:

— Госпожа Афанасьева, в глубине души Вы прекрасно понимаете, в нашей операционной деятельности есть вещи, которые не стоит знать другим людям. Всё это квалифицированные врачи, будьте спокойны. Они все выпускники институтов, у них богатый клинический опыт и они работоспособны. Мы несём полную ответственность за вашу дочь.

Я нахмурилась, изобразив притворную нерешительность:

— Господин Морозов, ключевым звеном операции является безопасность операционной, а ещё важнее способности врачей. Честно признаться, я не профессионал, чтобы оценить обстановку в операционной, поэтому не способна сказать, насколько она безопасна. Единственное, в чём я могу убедиться, это в качестве квалификации врачей. Говорите, они квалифицированные выпускники институтов, мне захотелось спросить, могу ли я посмотреть на их дипломы?

Думаю, моя просьба кажется им необоснованной, потому что все врачи не желают показывать свои дипломы. Я обвела взглядом докторов, затем посмотрела на Игната, слабо улыбнувшись:

— Господин Морозов, мне кажется, моё требование не чрезмерно. Это наша база для взаимного доверия друг другу, я поручаю жизнь своей дочери в ваши руки. Если я не смогу получить достаточно информации для доверия вам, по правде говоря, я не осмелюсь сделать свою дочь ставкой в непонятной игре.

Игнат хмуро глянул на меня и изрёк:

— Ведь прекрасно понимаете смысл этой операции, Ваша цель спасти дочь, согласитесь, наша тоже. Поскольку мы получим Ваши деньги, мы не то, чтобы не желаем показывать дипломы врачей, проще говоря, они совсем не бесславные специалисты. Они ведь просто нанятые рабочие, а если вдруг что-то случится после. Если небрежно раскроете информацию о них, то впредь найти работу им будет очень трудно.

Я кивнула, не став опровергать его слова, выпалила:

— На самом деле не могу не согласиться, Вашим людям должны гарантировать, чтобы впредь они могли продолжать спокойно жить. А я хочу гарантировать, чтобы моя дочь могла спокойно и без происшествий пережить операцию, почему бы нам не найти компромисс?

— Какой компромисс? – он глянул на меня с нетерпеливым выражением на лице.

— Одолжите мне вашу операционную, но поскольку не позволяете мне посмотреть на дипломы своих врачей, то я не осмелюсь отдать под ваше распоряжение две жизни. Поэтому мы сами найдём врачей, а денег заплатим столько же. Вы не потеряете ни копейки, но у меня будет единственное требование, все врачи в операционной поменяются на подобранных мной, как насчёт этого?

Такое требование вполне разумно и законно, у него нет причин отказать мне, поэтому колебался некоторое время, молча не торопился с ответом, только лишь посмотрел на меня:

— Требование не является невыполнимым, но независимо от того, насколько значительное или незначительное это дело, я не тот, кто несёт полную ответственность за весь процесс. Поэтому я спрошу у вышестоящего начальника, если тот решит, что так можно сделать, тогда мы успешно заключим договор

Я кивнула и с улыбкой произнесла:

— Хорошо, тогда поскорее свяжитесь с начальством, стоит только договориться, мы как можно скорее организуем операцию. Знаете ведь, что моя дочь тяжело больна, ей требуется как можно быстрее провести операцию.

Он энергично покивал головой, дело временно закрыли на определённом этапе. За чертой города ловить такси неудобно, я сделала круг по фабрике, звоня по телефону. Невольно мысленно тайком подумав: «не знаю, тогда операцию Лене проводили в этом месте или нет»? Тщательно рассмотрев фабрику, сделала вывод, что ничего особенного в ней нет. Обычно здесь никто не ходит и большинство построек заброшены.

Если бы не знать, что люди сюда приходят, боюсь, подумали бы, что здесь много лет никого не было. А уж тем более никому и мысль в голову не придёт, что внутри организовали подпольную операционную. Если рассмотреть двухэтажное здание, то внутри есть несколько комнат с дверьми, словно там провели тщательную уборку. Должно быть, там палаты для больных, однако большинство пациентов здесь богатые и состоятельные люди. Боюсь, это комнаты для детей, вносящих свой странный вклад в подпольную деятельность.

— Эмилия, что делаешь? – Игнат спустился со второго этажа и увидел, что я не ушла, прищурившись глянул на меня, — гуляешь?

Я слабо улыбнулась и выпалила:

— Так сколько у меня свободного времени? Сюда ведь нельзя быстро вызвать такси? Поэтому я жду машину и слоняюсь без дела.

Он заулыбался:

— Это ведь пригород, такси сюда не поедет, я как раз возвращаюсь в город, давай я немного подвезу тебя!

Я поспешно поблагодарила с улыбкой и вежливо произнесла:

— Простите за беспокойство, спасибо Вам.

Он рассмеялся:

— Не за что благодарить, мне просто сподручно это сделать.

Подожди меня у ворот, и я подъеду.

Я кивнула со слабой улыбкой, направившись к выходу. Уже полдень, сторож у ворот ел, поедая обед из контейнера для еды. Завидев меня, радушно обратился:

— Собираетесь уехать?

Я кивнула, подошла к нему и улыбнулась:

— Как давно здесь работаете? Здесь окрестности заброшены и людей нет, члены семьи еду привозят?

Старик заулыбался:

— Несколько лет. Жена уже старая, не ходит почти. Вчера вечером приготовила, а я взял с собой, ем как время приходит, а ей так спокойнее.

Я кивнула и приглядевшись к нему, сказала:

— Так дом недалеко находится? В годах то преклонных, ходить туда-сюда тяжело, боюсь, ноги ведь уже не такие проворные, удобно так работать?

Он съел пару ложек и сказал:

— Недалеко, в деревне напротив. Тут идти несколько шагов, не смотри, что я в годах, с ногами всё в порядке. Я очень даже проворный!

Я слабо улыбнулась и последовала развить направление беседы согласно его словам:

— Смотрю, людей на фабрике не очень много. Не нужно ходить туда-сюда пару километров. В обед ведь можно домой вернуться поесть, а потом прийти обратно, так не лучше делать?

.

Глава 740. О Нестеровой Елене (часть 7)

Старик посмотрел на меня и изобразил улыбку.

— Где уж там! Не нужно недооценивать это место. Сегодня весь день снуют машины! И хотя это место кажется необитаемым, хозяин велел мне не пускать кого не попадя в главные ворота! И я обязан слушаться его, ведь он мне платит.

С изумленным лицом я полюбопытствовала:

— Но ведь фабрика, кажется, заброшена! К чему такой строгий контроль? Неужели здесь еще работают люди?

Старик помотал головой.

— Не знаю. Здесь стабильно бывает несколько машин. Иногда сюда заезжает транспорт по предварительной записи. Но вот что странно: в здании фабрики нет ни одного рабочего помещения, но люди все равно ходят туда-сюда. Я несколько раз прохаживался по территории, но ничего не заметил. Поговаривают, что владелец оборудовал там студию для прямой трансляции, и что сюда на подработку приходят молодые девушки и подростки, но у меня зрение плохое, я не видел наверняка.

Я понимающе кивнула.

Кажется, они ведут свою деятельность очень осторожно. Со стороны кажется, что это место охраняет ничем не примечательный старик, но на самом деле они установили жесткие меры безопасности. Въезд и выезд строго контролируются, а значит, мало кто может проникнуть туда с улицы.