Крылья южного ветра (СИ) - Рейвен Николь - Страница 38

Он зарычал тихо и угрожающе. В тот же момент также угрожающе кто-то зарычал за его спиной. Передразнивая, насмехаясь

Вместо того, чтобы обернуться, Моретт взглянул на меня ошалевшим взглядом. Он на самом деле рассчитывал на поединок и появление кого-то третьего не ждал. Обернувшись же, увидел перед собой девчонку в белом и рассмеялся. Она была вдвое меньше и выглядела беззащитной, как, наверное, когда-то давно.

Но расплата не заставила себя ждать.

— Убийца! — прозвенел тоненький голосок и ему вторил другой, более глубокий и сильный, как голос бури. Он будто звучал сразу ото всюду, пронизывая пространство тяжёлой низкой вибрацией. В нём сливались голоса всех тех, кто был загублен в этих краях.

Призрачные тёмные крылья распахнулись из-за спины мавки, ставшей на несколько тягучих страшных мгновений чем-то большим. Они потрясали своими исполинскими размерами, окутывали мужчину и лишали воли. Затем, нежить рывком набросилась на него, сшибая с ног, и они вместе покатились к разверзшемуся жадной пастью болотному оконцу. Из воды взметнулись чьи-то белесые руки, обхватившие мужчину и утаскивая его на дно.

Убит без единого удара с моей стороны. На этот раз я сам стал чужим орудием. Так странно и непривычно.

Я сел на землю, чтобы привести мысли в порядок и неожиданно увидел, как над тёмной водой, где до сих пор колыхались опавшие листья, поднимается белое свечение. Приблизившись ко мне, оно замерло. Повеяло летним лугом и жжёным воском. Перед внутренним взором промелькнул девичий образ, поманивший за собой. Не в болота, а куда-то правее, в самую чащу леса.

Тяжело вздохнув, я поднялся и последовал за духом. Не получив желаемого плакальщица не успокоится. И я, к сожалению, был единственным, кому по силам выполнить последнюю волю.

***

Вернувшись в Виссу только к следующему утру, первой я встретил Тию. Девушка выбежала встречать меня во всеоружии и выглядела так решительно, словно собиралась отбивать меня у неведомых похитителей.

— Глен! — она повисла у меня на шее, крепко обнимая и не обращая внимание на пыль и паутину. — Я так рада, что ты цел.

— Да что со мной сделается? — смущённо откликнулся я, не спеша отстраняться. Её переживания вызывали щемящую нежность. Мне было приятно, что обо мне волнуются так искренне. — Надеюсь, Дэрен не отправился меня искать?

Селестия отстранилась.

— Нет, он встречал человека герцога, а после вместе с ним и градоправителем куда-то ушёл.

— Я подозревал, что он серьёзно взялся за дело, когда я попросил его перепрятать клад, но чтобы настолько… — я усмехнулся, осторожно сложив на землю грязный холщовый мешок.

— Ой, а у тебя опять что-то с собой, — в глазах Тии зажглось любопытство.

— Это не то, что ты думаешь, — поспешил предупредить я девушку, удерживая за плечи на месте. — Там останки, которые необходимо перезахоронить по-человечески.

А иначе плакальщица так и не даст мне покоя.

На холмике, под которым она покоилась цвели васильки. Очень много ярких васильков, каких я никогда и нигде не видел. Конечно, сейчас они все до единого высохли, но каким-то чудом облететь не успели. Истомившийся дух несчастной девушки, таким образом, пытался подать знак.

Хорошо, что Дэрен предусмотрел возможные осложнения и заранее заручился поддержкой герцога. Учитывая все обстоятельства, она будет как нельзя кстати. А тех сокровищ не жаль абсолютно. Надеюсь, старина Георн найдёт им правильное применение.

***

Новость о том, что в моё отсутствие Юкрай Фаране был убит в собственном доме, меня серьёзно впечатлила. На этот раз птичка оказалась не по зубам коту. Дэрен говорил потом, что даже на допрос к людям герцога она шла бесстрашно, с гордо поднятой головой. Как победительница, не испытывающая вины содеянное. И совершенно не похожая на ту напуганную девушку, шедшую к алтарю как на заклание.

Лидис без утайки рассказала содеянном. О событиях и подозрениях, которые этому предшествовали. Она не собиралась бежать. Прекрасно знала — бесполезно. Память всё равно не даст покоя, даже если от людей сбежать удастся. Среди пропавших без вести людей числились и те, кто был ей знаком.

Говорили, будто исчезновения и смерти, связано с буйством нечисти в местных лесах и особенно на болотах. Иронично, но отчасти по этой причине характер ран на теле Юкрая не оставил местных теряться в догадках. Новеньких дом молодожёнов как раз располагался на окраине города.

Лидис заколола новоявленного мужа вилкой для мяса. Однако ей хватило хладнокровия своевременно избавиться от орудия убийства и разыграть перед соседями чудом уцелевшую жертву нападения.

Местные поверили. Ведь они понятия не имели, как должны выглядеть раны, нанесённые разными видами монстров. Но перед ними предстала напуганная до полусмерти хрупкая девушка, которая по их разумению не могла совершить ничего подобного.

Кузена Юкрая арестовали. Его отправили Реттеро, где собирались допросить и предать суду. Что касается градоправителя, я очень сильно сомневался в том, что он останется им хотя бы на год. И хотя он сам не участвовал в преступлениях, его молчание стоило многих жизней.

— Теперь можешь спать спокойно, — закончив свой пересказ, Дэрен ободряюще улыбнулся и похлопал меня по плечу.

— Да уж надеюсь. Не хотелось бы мне быть проводником чьей-то воли до конца своих дней. Это слишком тяжело.

Вампир сочувственно посмотрел на меня.

— Что будет с Лидис? — спросила Тия, тоже внимательно его слушавшая.

Ответ был донельзя туманным:

— Думаю, она не вернётся в Виссу, хотя и в Реттеро не задержится. У девушки начинается новая жизнь, можете не волноваться.

Селестия бросила на Дэрена гневный взгляд, безмолвно требуя большего. Даже демонстративно пальцы размяла, текучим движением перемещая вес на правую ногу, будто готовилась к прыжку.

— Да не могу я сказать! — выпалил Дэрен, сверкнув глазами в ответ. Правда, у него это вышло совсем не зло, а скорее, провокационно. — Я обещал.

Девушка отступила, сложив руки на груди. На губах затаилась лёгкая улыбка, предвещавшая вампиру возмездие. Скорым оно, может быть, и не будет, но Тия обязательно припомнит недосказанность. Весь её решительный вид говорил об этом.

Я осуждающе покачал головой, проводив Селестию взглядом.

— Ну зачем ты так? — обратился я к Дэрену, когда дверь за спиной девушки прикрылась. — Хотя бы намекнул…

— А я и намекнул, — он развёл руками. — Большее уже не имеет значения, Глен. Это чужая тайна.

Я согласился, не став допытываться. Дэрен не лукавил. Правда, в тот момент у меня возникло предчувствие, что эта тайна нам ещё аукнется.

22. Соприкосновение

В ночь открытия Зимних Врат, приготовление глинтвейна и разжигание костров были такой же укоренившейся повсеместно традицией, как и массовые гуляния в Середину Зимы. Тогда мы ещё не знали, как долго пробудем в Виссе, но о дороге никто не заговаривал. На время наши жизни попали в спокойное русло и никого это, кажется, не тревожило. Каждый день был наполнен какими-то приятными мелочами, которые в будущем обязательно дополнят согревающие душу воспоминания.

— Надеюсь, вечер и ночь пройдёт без незваных гостей, — вздохнула Тия, наблюдая за тем, как я колдую над плитой.

— Если это не входит в местные традиции, — задумавшись всего на миг, ответил я.

Нам бы главного гостя дождаться. Дэрен в последнее время совсем запропал. Ведь с герцогом у него сложилось весьма плодотворное сотрудничество. Настолько, что Георн доверил ему присмотреть за городом, пока не сыскалось надёжного человека. Вот и носило побратима где-то между Виссой и Риттеро.

— У них принято встречать это время в кругу близких, — сообщила девушка, как всегда успевшая узнать о местных обычаях.

А ведь по сути, ближе Дэрена и Тии у меня никого не было.

Похоже, Селестия подумала о том же, прикусывая губу и делая вид, будто отвлеклась на покипывающий на плите сироп. По маленькой кухонке плыл аромат ягод и жжёного сахара, но последнее никого не смущало.