"Фантастика 2023-103" Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Поляков Владимир "Цепеш" - Страница 1285

Присвистываю, пораженная таким приливом откровения. Однако миссис Роу воспринимает это как удивление ее словам и интенсивно кивает.

— Да-да, колоссальная работа.

В ее голосе слышна даже некая гордость.

— Вы родственники?

Знаю-знаю, я обещала Джеку не разнюхивать ничего у него за спиной. Но как не взять быка за рога, когда моя спутница сама так и сыплет информацией?

Лариса смеется.

— Можно и так сказать. Дальние.

«Некровные» — как выразился Джек в ответ на вопрос про своего шефа.

А Лариса вдруг на ходу смещается ближе ко мне, чтобы аккуратно толкнуть меня плечом.

Удивленно поднимаю взгляд к ее лицу.

— Ему нелегко вернуться сюда, поддержи его, — сообщает, понизив голос.

— Я-то тут при чем? — Округляю глаза.

Но в ответ Лариса только лукаво улыбается.

— Сюда, — приглашает Бристол, когда флайер, на котором нас везли последние пятнадцать минут, садится возле какого-то длинного строения из серого пластика. — Пленники сейчас в бараках. Хотели собрать всех в одном зале, но в целях безопасности оставили пока так.

— Что, не все спасенные хотят, чтобы их спасали? — понимающе хмыкает Джек.

Полковник (а ведь Боженька-начальник и правда должен сидеть очень высоко, раз нам навстречу явился целый полковник) устало вздыхает.

— Не все пленники были пленниками, — отвечает, поморщившись.

Логично, в суете во время захвата можно было успеть побросать оружие и смешаться с толпой.

— Что, и еще никто не настучал? — удивляется в свою очередь Джек.

И на лице полковника появляется совсем уж мученическое выражение.

— Стучат все и на всех. — Отмахивается с отвращением, будто отбрасывая от себя всю эту ситуацию. — Там такая катавасия — черт голову сломит.

Откровенно, учитывая то, что Джека этот человек видит впервые. О да, «Боженька» должен сидеть очень высоко.

Жаль, что информацию о верхушке лондорской СБ не найдешь в открытом доступе. Да и кто вообще сказал, что речь о службе безопасности? СБ, разведка, оборона — они же все связаны, как сиамские близнецы. Шеф Джека может быть откуда угодно и просто-напросто попросить другую структуру о содействии. Черт, я скоро сдохну от недостатка информации!

— Кайя, подойди, пожалуйста. — Джек оборачивается. — Можешь описать полковнику своего брата?

Делаю шаг вперед.

— Вот такой. — Задираю руку над головой, показывая примерный рост. — Дылда, блондин, голубые глаза, тощая задница… — Густые брови Бристола удивленно приподнимаются. — Э-э… — Перефразирую: — Худощавый, высокий, светловолосый. Может горланить песни, когда его не просят, и…

— С гитарой? — перебивает полковник, и я даже подпрыгиваю на месте.

— Да-да-да! Он здесь? Он жив? — Еще чуть-чуть, и я наброшусь на этого вояку с кулаками. Ну зачем он тянет?!

Джек тоже это видит, поэтому, беспардонно обхватив пальцами мою руку чуть выше запястья, задвигает меня себе за спину.

— Знаете его? — задает вопрос уже сам.

И только теперь полковник снисходит до кивка. Мужлан невоспитанный.

— Без переводчика никак? — буркаю оскорбленно, в ответ на что пальцы Джека сильнее впиваются в мою кожу. Мастер невербального общения, ага.

А Бристол тем временем вызывает кого-то по комму.

— Певец где? — спрашивает без всякого приветствия. — Благодарю. — Обрубает связь и переводит взгляд непосредственно на Джека (меня по-прежнему будто и нет). — Он в третьем бараке. Можем пойти прямо сейчас.

И я готова подпрыгнуть до самых серых пандорских туч.

Йеху! Нашли!

Внутри барак такой же серый, как и снаружи. Серый пластик тут буквально повсюду, и даже пол — почерневший и ободранный сотнями ног, которые по нему ходили, — изначально наверняка не отличался от стен и потолка. Настоящая серая коробка! А узкие коридоры без окон — просто ад для клаустрофоба.

Продолжаем следовать за полковником. Часть его людей теряется по дороге, и нас сопровождают всего двое, замыкая шествие.

— Кому-нибудь требуется медицинская помощь? — спрашивает отставшая от меня Лариса одного из них.

— Больше чем хотелось бы, мэм, — отвечает ей лондорец. — Самыми тяжелыми уже занимаются, но помощь не помешает.

— Конечно, — в голосе капитанши смесь радости и облегчения — не зря сюда рвалась, ну-ну.

А потом коридор сворачивает, и я уже не думаю о Ларисе и ее комплексах.

Рыжая, какая же ты рыжая…

Я просто еду крышею,

Смотря в твои глаза-а-а…

Из-за закрытой двери в конце коридора под аккомпанемент неспешно перебираемых струн доносится до боли знакомый голос.

Рыжая, какая же ты рыжая…

Все мысли стали жижею

При взгляде на тебя-а-а…

Что за хрень, господи? Он же рокер, а не влюбленный подросток!

— Ну вот, — комментирует эту песню-рыдалку идущий во главе процессии полковник, замедляя шаг. — Ваш? — И при этом все так же смотрит на Джека.

Тот, к счастью, не повторяет вопрос, будто я глухая, а только вопросительно приподнимает брови, повернув ко мне голову.

И в этот момент заунывную мелодию сменяет громкий перебой струн, а за агрессивным проигрышем следует продолжение песни уже во все горло:

Но я пропал! Настала тьма!

Ты проревела все глаза!

Возьми платок, ложись поспать —

Ты будешь долго горевать!

Выдыхаю с облегчением и расплываюсь в широченной улыбке.

— Мой.

И, не спрашивая позволения, ловко обруливаю остановившихся на моем пути Джека и Бристола и несусь к дверям уже под рвущее барабанные перепонки:

В душе твоей кровавый след!

Тебе приснился мой скелет!

Ошметки тел! Вой за спиной!

Ты не вернешь меня домой!

— И так весь день, — жалуется полковник, похоже, нашедший в Джеке родственную душу.

Что отвечает Джек, уже не слышу, потому что с грохотом распахиваю двери. Песня резко смолкает, пальцы при последнем касании к струнам берут неверную ноту, а ко мне поворачиваются десятки удивленных лиц людей, рассевшихся прямо на полу вокруг моего то ли гениального, то ли безумного братца, гордо восседающего в центре пустого пространства на стуле, как верховный жрец какого-нибудь культа перед страждущей паствой.

— Кайя! — пораженно восклицает Шон, словно в замедленной съемке поднимаясь с сиденья и откладывая в сторону гитару.

Это он здорово придумал — отложил инструмент. Потому что в следующее мгновение, прошмыгнув между окаменевших от изумления зрителей, с разбега врезаюсь брату в грудь и, обхватив шею руками, висну на нем, как коала на эвкалипте.

— Эй, она ж не рыжая! — возмущается кто-то, обретя дар речи.

— Придурок, это моя сестра! — огрызается Шон.

Пауза, требующаяся для того, чтобы до всех присутствующих дошел смысл сказанного, — и комнату заполняют бурные аплодисменты.

Глава 61

— Да нечего рассказывать… — Шон чешет в затылке правой рукой, ероша давно не мытые патлы. Левую ему обрабатывает Лариса — у него ободран локоть. — Спросил у своих в клубе, где купить «туман». Никто, типа, не в курсе, а Дэви намекнул заглянуть в «Стаккато».

Сидим все в том же зале, где мой брат давал концерт своей пастве. Часть пленников куда-то увели, а часть травмированных по мелочи, как Шон, ждет помощи от удачно свалившегося на их головы медика.

Из нашей команды в помещении остались только мы с Ларисой, остальные куда-то разбрелись. Правда, Джек, уходя, велел мне никуда не соваться, пока он не вернется. Но это было совершенно лишним — куда я от брата, которого только-только нашла? Мне его еще пилить и пилить.