"Фантастика 2023-103" Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Поляков Владимир "Цепеш" - Страница 1024

Полковник хмурится, но не настаивает на откровенностях. Просто сидит напротив, сложив руки на груди, и наблюдает. Стискиваю зубы. Ощущение, что его взгляд сейчас протрет во мне дыру. Что он вообще пытается разглядеть?!

К черту Коннери. Отворачиваюсь и всю дорогу смотрю в окно. Узнаю некоторые районы, отмечаю множество новых высоток, выросших то там, то здесь за прошедшие несколько лет. Холодные острые шпили смотрят в небо, напоминая иголки дикобраза…

Питер встречает нас в гараже и провожает меня до комнаты, где на столе уже дожидается самоподогревающий пищу поднос с ароматным обедом. Проводник оставляет меня пировать в одиночестве и обещает прийти через час.

Принимаюсь за еду, пытаясь выкинуть из головы лишние мысли и просто наслаждаться вкусом.

Я не из тех, кто готов продаться за тарелку еды. Таких на заводе было большинство, и не мне их судить. Но где-то в глубине души приятно осознавать, что мне удалось продаться за нечто большее, а вкусная пища — всего лишь бонус.

Питер возвращается ровно через час. Вид у него не слишком радостный, кто его знает, отчего, но мне почему-то кажется, что все из-за того, что его не посвятили с утра в наши с полковником дела.

Тем не менее, Пит не спрашивает, куда мы ездили и что делали, а я не горю желанием делиться впечатлениями. Между мной и содержимым банковской ячейки еще целая пропасть.

— Куда мы идем?

Питер бросает на меня удивленный взгляд, не ожидая вопроса.

— Для проведения первого инструктажа.

— А сколько их будет?

Пожимает плечами:

— На усмотрение полковника.

Звучит, как “На все воля Божья”. Оставляю свое мнение при себе. Вряд ли оно кому-нибудь интересно.

К моему удивлению, мы не идем в кабинет полковника, а проходим по коридору дальше и входим в двери с внушительной табличкой “Конференц-зал”.

Очевидно, этот зал предназначен для очень скромных конференций, потому как там обнаруживается только большой экран в человеческий рост и три ряда скамеек.

А еще здесь Коннери.

— Здравствуй, Кэмерон, — приветствует он, будто мы с ним не виделись чуть больше часа назад.

— Здравствуйте, — бормочу.

— Присаживайся, присаживайся.

Не задаю вопросов, послушно сажусь на мягкую скамью в первом ряду, полковник тоже устраивается на ней, но на приличном расстоянии от меня. Видимо, уже сообразил, что лучше не нарушать мое личное пространство.

Пит в это время подходит к экрану, который тут же оживает, стоит тому взять в руки пульт управления.

— Питер расскажет все, что тебе необходимо знать о банде Проклятых, — поясняет Коннери.

— Хорошо, — отвечаю только потому, что мне кажется, от меня ждут ответа.

На несколько секунд повисает молчание, будто от меня ожидают еще каких-то реплик, но я молчу.

Тогда Питер откашливается и начинает. На экране появляется лицо.

— Это главарь банды, Фредерик Коэн…

Прищуриваюсь, внимательно вглядываясь в незнакомую физиономию. Это парень лет двадцати с небольшим. Тощий, как и все обитатели Нижнего мира. Впалые щеки с трехдневной щетиной. Глубоко и близко посаженные глаза. Мохнатые брови и кривой шрам от внешнего края брови до уголка губ. Словом, совсем непривлекательный тип. Выражение глаз злое.

Кадры сменяются. Вот камера запечатлела Коэна, выходящего из подземки в Верхнем мире. Вот он идет по улице. Вот стоит на стоянке флайеров…

— Коэну двадцать один год, — продолжает Питер, — он самый старший среди Проклятых. Сирота, о его родителях ничего не известно…

Зачем мне эта информация? Родился, учился… Хотя учился, конечно, не наш вариант.

— Как он стал главарем? — невежливо прерываю лектора. — Он основал банду?

Мне наплевать на биографические данные этого парня, мне важно знать, что он из себя представляет. Человек, собравший людей и заставивший их делать одно дело, должен обладать недюжинными организаторскими способностями и, непременно, мозгами.

— Нет, — Питер подготовился, и мой вопрос его не смущает. — Его взял под крыло бывший основатель, Джек Смирроу. В прошлом году, Смирроу был убит Коэном, к которому и перешла вся власть. До совершения терактов, во время или после, узнать не удалось.

— Понятно, — киваю. Уже легче.

— Второе важное лицо, правая рука Коэна, — продолжает Брюнет, — Райан Кесседи, восемнадцать или девятнадцать лет, — на экране появляется новое лицо, куда менее кровожадное и озлобленное, чем у главаря. Впрочем, и добродушием этот тип явно не отличается. По мне, так лицо заместителя Коэна вообще ничего не выражает. Обычный парень. Худой. Темные коротко остриженные волосы и карие до черноты глаза. Тонкий белый шрам вертикально пресекает левую бровь ближе к виску. — Четыре года назад, когда произошел глобальный крах базы данных, информация об этом парне была безвозвратно утеряна, — докладывает Пит, — поэтому, кроме имени у нас ничего нет. Даже неизвестно, дано ли это имя ему при рождении, или он сам его придумал.

Киваю, принимая информацию к сведению. О крахе системы четырехлетней давности известно всем. Долгое время это происшествие считалось диверсией, а не несчастным случаем, но виновных так и не нашли.

Думаю, многие возблагодарили Бога, а заодно и того, кто действовал от его имени, взламывая систему. И я в том числе. База “полетела” как раз во время судебного процесса над моим отцом, а во время ее восстановления в мои документы закралась ошибка, которая до сих пор здорово помогала мне выжить.

Пытаюсь сосредоточиться и не думать о постороннем. Коннери не сводит с меня глаз, а Питер серьезен, как на экзамене.

— Брэдли Попс, — фото меняется. — Четырнадцать…

Курносое веснушчатое лицо рыжего Брэдли Попса сменяется другим. Этот парень постарше. Прямой нос. Тонкие губы. Светлые, почти бесцветные глаза и светлые отросшие волосы до плеч.

— Филипп Каповски. Девятнадцать, — рассказывает Питер. — Родился и вырос в Нижнем мире, его отец до самой смерти работал в “нижнем” патруле, а потому они неплохо жили, — кривлюсь при слове “неплохо” из уст “верхнего”. — После его смерти отказался работать на заводе и в возрасте шестнадцати лет сбежал, якшался с различными бандами, пока не прибился к Проклятым.

Снова смена фото, на этот раз на смену одному блондину приходят сразу два, притом одинаковых.

— Кир и Рид Олсены. Близнецы. История стандартная. Числились за одним из заводов, пока однажды ночью не пропали и не объявились уже в банде.

Следующий тип поражает пухлыми щеками, что в Нижнем мире вообще редкость.

— Курт Нусс. Шестнадцать…

Тощий парень лет восемнадцати с маленькими глазками и вздернутым носом:

— Олаф Хьюри…

Парень совершенно незапоминающейся внешности:

— Пол Грэмз, — среднего размера лицо, среднего размера нос и губы, русые волосы.

А вот следующий член банды заставляет шире распахнуть глаза, потому что это еще ребенок. На экране появляется мальчишка лет десяти-одиннадцати с раскосыми глазами и светло-русыми волосами.

— А это Мышь, — объявляет Питер, довольный тем, что на моем лице промелькнули хоть какие-то эмоции.

— Это имя? — он, что, издевается? — Почему Мышь?

Пит пожимает плечами:

— Его так зовут. К сожалению, данных о нем нет ни в одном из архивов. Все тот же крах базы данных. Однако предполагается, что Мышь родился среди беспризорников, и никогда не был зарегистрирован.

Интересно, зачем Коэн вообще держит в банде ребенка?

— Вот, в принципе, и все, — заканчивает Питер. — По последним данным, состав банды на данный момент именно такой.

Вздыхаю с облегчением. Тру пальцами виски. Кто же знал, что “расскажет все” означает “покажет несколько фото”. Похоже, все, что СБ знает о банде Проклятых на самом деле, это имена ее членов и их даты рождения. А информацию о некоторых и вовсе “сожрала” система. Не густо.

Внезапно меня осеняет:

— Среди них есть те, кто уже работает на вас?

Лицо полковника непроницаемо.

— Эта информация тебе ни к чему, — говорит он.