Сердце Изнанки (СИ) - Еленец Ксения - Страница 8

Переход привычно дезориентировал. Мозг категорически не хотел понимать, как тёмный, освещённый фонарным лучом, пахнущий сыростью и железом тоннель за секунду превратился в земляную нору, обвитую вдоль стен причудливыми корнями местных деревьев.

В нос ударил пряный запах палой листвы, гнили и древесной коры. Влада слегка повело, и он оперся о земляную стенку рукой, чтобы не грохнуться. Ладонь скользнула о влажный склизкий корень, и поисковик отшатнулся, гадливо отирая перепачканную конечность о штанину. Фонарик уныло мигнул и скончался, оставив Влада нервно шерудить в рюкзаке, в поисках его магического аналога.

Изнанка странно относилась к технике из реальности. Какую-то она преобразовывала, напитывала, дополняла, какую-то игнорировала. Но чаще чужие приборы она глушила, позволяя людям пользоваться на своей территории лишь её дарами.

Перстень был куплен на блуждающем рынке за приличные деньги, но на активирующее похлопывание не отозвался. Влад раздражённо зарычал, потряс руку и снова потянулся, чтобы отбить необходимый для включения ритм. Колечко, наконец, сдалось и плюнуло чахлую бледную искру. Поднявшись над головой поисковика, искра разрослась до приличных размеров и залила помещение голубоватым светом, погружая тоннель в ещё более инфернальную обстановку.

— Отродье нижних уровней, — ругнулся Влад, сам не понимая, имеет он в виду перстень, его изготовителя, или светящийся шар.

Разлом был и правда расположен подозрительно удачно — через несколько метров пол приобрёл ощутимый наклон, а по потолку побежали чëрные лианы ловчих сетей. У выхода на поверхность сети разрослись на весь тоннель, свисая бахромистыми шторами до самого пола. Липкие нити цеплялись за одежду, но им не хватило ни клейкости, ни силы, чтобы удержать человека. А вот светящийся шар пару раз поймать удалось. Влад останавливался, с матюгами распутывая паутину, в самых запущенных случаях помогая себе ножом. В отблесках освобождённого светляка мелькали некрупные, не больше кошки, хитиновые тела хозяев сетей. Влада от их мельтешения передëргивало — ползучее и многолапое вызывало неконтролируемую гадливость — но эти конкретные твари были похожи, скорее, на обзаведшихся талией крабов, чем на насекомых, что слегка примиряло Влада с их существованием.

Прядильщики выглядывали из своих нор, шуршали клешнями на вспомогательных конечностях и недовольно шипели, когда человек подходил слишком близко к их убежищам. Но нападать боялись — противник был крупнее и отказывался ловиться сетью.

Из тоннеля Влад выбрался уставший, злой, и с ног до головы покрытый ошмëтками паутины, но его страдания на этом, разумеется, не закончились.

Лес был чёрным. Вечно покрытое тяжёлыми тучами небо, подкрашенное лишь зеленоватыми отблесками ползущего над верхушками деревьев сияния, словно набухло, готовясь прорваться дождём. Ветер трепал нити ловчих сетей, которые здесь были буквально повсюду — оплетали стволы деревьев, ползли по земле, путались в кронах. Лес был непроглядно чëрен и находился в непрерывном движении.

Влад зябко поëжился и задрал голову. В путанице ветвей и сетей разглядеть гнëзда вещниц было нереально. Тем более, что плели их из той же паутины, не липнущей к жёстким чёрным перьям и маскировали ей же.

Изнанка говорила. Шелестела порывами ветра, дразнила треском ветвей, шуршала травой под ботинками. И мельтешила на периферии зрения паутинными нитями, натягивая нервы до состояния гитарных струн.

И когда что-то сцапало Влада за куртку, струна не выдержала. Звон, с которой она оборвалась, оглушил и выбил все мысли, оставив лишь голые рефлексы. Влад экономичным движением вытащил нож, который сразу лёг в руку боевым хватом, развернулся, вмазав коленом по чему-то мягкому и продолжил движение, впечатывая противника в ствол ближайшего дерева. Мягкое захрипело, совершенно по-человечески матюгнулось и Влад пришёл в себя. Его локоть упирался в чужой подбородок, заставив поверженного врага неудобно задрать голову, а остриё ножа дрожало в опасной близости от яремной вены.

— Мужик, ты совсем дикий? — сипло выдохнул противник.

— Это ты больной, на Изнанке со спины к людям подкрадываться! — рыкнул Влад, отпуская свою жертву и отступая на пару шагов.

Самоубийца оказался практически его ровесником. Ниже ростом, уже в плечах, с нелепым коротеньким хвостом вьющихся русых волос, он казался сбежавшей из офиса кабинетной крысой и на Изнанке смотрелся инородно. Стоял, растерянно лупал глазами и выглядел так, словно заблудился в лесу. Влад едва удержался, чтоб не сплюнуть. Растение доморощенное.

— Я просто обрадовался, увидев здесь человека, — растерянный от проявленной агрессии, парень отступил на шаг и вздрогнул, когда его лопатки снова коснулись злополучного дерева. И только теперь Влад заметил на собеседнике яркую оранжевую спецовку работника метрополитена.

Злость резко схлынула. Бедолага и правда заблудился. Случайно забрёл в разлом и, растерявшись или перепугавшись, не смог вернуться в реальность. Именно это парень сбиваясь и отчаянно жестикулируя попытался донести. Продолжая при этом со здоровой опаской косить на зажатый в ладонях поисковика нож. Влад, поймавший эти затравленные взгляды, убрал оружие в поясные ножны. Видимой опасности от найдёныша не исходило.

— Меня Жорой зовут, — ставя точку в своём коротком монологе, парень неуверенно протянул ладонь для скрепления факта знакомства.

Влад скривился. Он терпеть не мог, когда коверкали его собственное имя, а понять человека, который добровольно называет себя дурацкой сокращённой формой было выше его сил.

— Что мне с тобой делать, Георгий? — намеренно игнорируя необходимость представиться в ответ, поинтересовался Влад.

Жора растерянно моргнул по-бабски длинными ресницами, опуская протянутую руку и осторожно пожал плечами. Видимо, парень и сам не мог решить, что для него сейчас безопаснее — идти в жуткий, увешанный ловчими сетями тоннель в поисках разлома, или оставаться наверху с дëрганным и вооружённым психом.

Изнанка не любила долгие передышки и бесконечные рассусоливания на пустом месте. На её земле царил вечный хаос и беспрерывное движение. Если люди хотели прожить здесь подольше, следовало подстраиваться под бодрый темп. Из тоннеля раздалось щёлканье и наружу посыпались вспуганные прядильщики. Чёрные тела глянцево мерцали в отблесках небесного сияния, два ходовых комплекта лап шустро переступали, унося тварей подальше от чего-то, потревожившего их спокойствие. Под ложечкой засосало от нехорошего предчувствия. О том, что может жить в глубинах изнаночных туннелей Влад имел лишь смутное представление. Сам он старался не соваться настолько глубоко, но братство поисковиков иногда делилось страшилками из недр метрополитена.

Влад некстати вспомнил, что разлом открыт только в одну сторону. Если нечто захочет подняться из подземной норы, оно даже не заметит искажения реальности.

От мыслей отвлёк отбившийся от товарищей прядильщик, слепо ткнувшийся бронированной головой поисковику в лодыжку. Влад даже не сразу среагировал, ошалев от подобной наглости. Иномирная тварь цапнула хватательный конечностью Владову штанину, прежде чем он пинком послал еë в полëт. Поделённое на сегменты бронированное тельце приземлилось ровнёхонько у входа в нору. Сети, заграждающие проход, зашевелились. А следом зашевелились волосы на голове Влада.

Сначала ему показалось, что из норы высунулась змеиная голова. Серебристая, отчëтливо заметная на фоне чëрного нутра тоннеля, она повернулась в профиль и оказалась полой. Звено потянуло за собой соединëнные с ним колечки и щупальце змеëвника поднялось в полный рост, с лëгкостью доставая кончиком до верхушки ближайшего дерева.

— Морена и все твари Изнанки, — ошарашенно пробормотал Влад, глядя как щупальце молниеносным рывком обвивается вокруг ветки. Послышался придушенный клëкот вещницы и Влад, наконец, отмер.

Вопросы, как змеëвник умудрился вырасти до такого размера, можно было отложить на попозже, когда пропадёт угроза быть сожранными. Влад уже обернулся к притихшему товарищу, чтобы озвучить последнюю мысль, но тут мир пришёл в движение.