Песочница, или Как-то встретились в корчме… (СИ) - Серченя Анна - Страница 23

Демон осклабился. Вызов принят.

Нирхор не ожидал, что ангел попадет в номер. Наложенное на дверь заклятие было самовосстанавливающимся, так что разрушить его было практически нереально. Однако истинный сделал это. Или нет? «Какой я идиот. Окно!» Но жалеть было поздно. Отшвырнув падшую, как сломанную куклу, он принял боевую стойку. Ангел напротив бешено следил за ним. Магия искрила вокруг. «Вот это злость! Сколько энергии он собрал!» — весело восхитился инкуб. Он любил сражаться не меньше, чем наслаждаться жизнью. А что он ненавидел, так это тратить зря время, поэтому, резко вытянув вперед руку, демон атаковал. Ангел лишь отмахнулся, и выпрыгнувший из его руки заряд скрестился с красной молнией Нирхора, осыпав все вокруг искрами. Битва началась.

Белые и красные молнии, не переставая, срывались с рук противников. Заклятия сталкивались, и разлетались, ломая все вокруг. Но инкуб заметил одну странность: ему все ангельские молнии приходилось отбивать вручную, а вот сам ангел даже не чесался насчет обороны. Он был сосредоточен сугубо на атаке (и надо сказать весьма успешно: инкуб упускал все больше заклинаний в свою сторону; видимо, жетон карателя парень носил по праву), и вдобавок все демонские заклинания отлетали от него и летели точнехонько в самого Нирхора.

— Да кто ты такой?! — разъяренный, но уже уставший демон решил отвлечь врага разговором. — Зачем ты в это вообще влез? Кто она для тебя? Ты же истинный. Имей гордость!

— Да, я истинный, а ты просто помойная крыса, которая родилась на помойке и на ней же сдохнет. Так почему бы мне не обеспечить тебя более приличным местом кончины?

В отличие от Нирхора Диего говорил тихо. Он тратил слишком много сил на эту битву. Как бы хорошо он ни сражался, его противник был весьма неплох и, что хуже, любил биться. Небольшой морок с хлопком слетел с парня, и волосы его затрепыхались, то открывая, то закрывая глаза ангела. Нирхор стиснул зубы: в одном из них он видел малиновые всполохи, а другой был абсолютно черный, без белка и зрачка. «Наполовину падший? Что за чушь я несу! Такого не бывает!»

Диего довольно оскалился в ответ на непонимающий взгляд инкуба:

— Что, страшно?

Он поднял руки вверх, и перед ним поднялся столб из белых молний. А затем резко сел, и там, где он уперся ладонями, пол вскипел. Словно змеи, молнии стремительно поползли в сторону Нирхора. Остановившись в полуметре, «змеи» сгруппировались, став плотнее и превратившись в одну крупную королевскую кобру. Демон смотрел на нее из-за выставленного еще в начале представления щита. На большее он уже не был способен: битва его истощила даже сильнее, чем ангела, ведь в полной мере воспользоваться источником своей силы он так и не успел.

Змея резко прыгнула вперед, заставив лже-Агвареса отшатнуться. Ненадолго завязнув «зубами» в щите, она таки перекусила его. Раздался оглушительный взрыв, но и он не смог остановить «пресмыкающееся», и она перепрыгнула на демона. Нирхор жутко завопил. Диего поспешно отвернулся.

Пограничник Джордж как раз подходил к Фрэнку с двумя бутылками воды, когда руку кольнуло, да так сильно, что он выпустил бутылки и схватился за место «укола».

— Эй, ты чего? — Фрэнк еле успел поймать воду и обеспокоенно глянул на напарника.

Джордж закатал рукав и уставился на свою кисть: метка Джокера налилась багровым, на ней появился новый персонаж: карикатурный красноволосый парень, в сердце которого был воткнут кинжал. Капли крови, до этого просто изображенные на метке, стекли по руке. Еще раз кольнуло, убитый парень вдруг подмигнул, и метка исчезла в ярко-алом свете, ненадолго ослепив склонившихся над рукой стражников, заставив их отмаргиваться от красных бликов.

— Слышь, Джордж, если я правильно помню особенности клятвы Джокера, то ты…

— Господин Джордж, вам пришло письмо из Столичного банка, — молоденький мальчик на побегушках быстро поклонился пограничникам, сунул Джорджу письмо в руки и шустро удалился. Спорщик быстро вскрыл конверт и развернул письмо: «Уважаемый г-н Джордж ..., на Ваш счет зачислено десять золотых рунков. Отправитель неизвестен. С уважением, Столичный банк Триара».

— … выиграл в связи со смертью второго спорщика, — хрипло закончил Фрэнк.

Лексана медленно приходила в себя. Она лежала на кровати, вокруг была незнакомая комната. «Где я?.. А, не важно…» Восстановив в памяти произошедшее, она невольно прикусила губу, сдерживая слезы обиды. Просто ради забавы Нирхор сломал ей позвоночник. Наверное, он наигрался с ней, пока она была без сознания. Пусть так. Хорошо, что она не помнит. А если нет? Что, если он специально ждет, пока она очнется? Лексана с силой выдохнула, не давай панике захватить себя. Со времен своего бегства она ни разу не была в столь унизительной и безвыходной ситуации. Да и в бегство она подалась из-за кого? Из-за него же, Нирхора. В точности, как и сейчас. Оранжевые глаза потемнели от ненависти, а руки непроизвольно сжались в кулаки, моментально окутавшись черным пламенем. «Что? Он снял браслеты? Да что ему от меня надо тогда?! Или поиграл и выкинул, а энергию пожалел тратить на сломанную игрушку? Но почему тогда я сейчас не в канаве?»

— Лексан, прекрати. Мне щекотно, — сонно пропыхтели с левой стороны, затем кто-то ткнулся ей в подмышку, закинул на нее руку, а через мгновение еще и ногу.

«Нирхор?!»

Падшая резко повернула голову и с размаху уткнулась в копну белых волос.

— А-а-а-ап-чхи! — звонко чихнула она в затылок Диего, тюкнувшись в него носом.

— Ну что тебе надо, неугомонная? — высунулась из своего «укрытия» недовольная моська ангела.

Мгновенно сообразив, что раз Диего спокойно спит рядом, значит, опасность миновала, преступница облегченно вздохнула:

— Все обошлось? Где Нирхор?

— Вот же, — посетовал парень, — нормальные раненые отключаются на несколько суток, а ты…

— А я?

— А ты на несколько часов! Даже выспаться своему спасителю не даешь.

— А смог бы ты, спаситель, помочь мне еще раз?

Диего застонал:

— Ты же только что очнулась, что тебе прямо сейчас-то понадобилось? Я, чтобы тебя спасти, силу в конце битвы уже из ауры черпал. Как думаешь, каково мне сейчас, уставшему, истощенному и невыспавшемуся?

— Видимо, неплохо, раз силы жаловаться еще есть, — повела плечом падшая. — В общем, ты сможешь меня вылечить? Мой позвоночник.

— Может и могу. Но вообще ты можешь постоянно летать, — задумчиво зевнул истинный.

Лексана опешила. Никогда бы Диего не стал так разговаривать с тем, кто действительно в беде. Или он все время притворялся? Да и что это за предложение! Как она сможет летать, если крылья тоже прикреплены к позвоночнику? Лексана глянула на Диего, который, лежа на боку и положив голову на согнутую в локте руку, добродушно смотрел на нее. Нет, не притворялся. А это может значить, что он уже ее вылечил! Лексана медленно попыталась дернуть ногой, потом второй, потом села и расправила крылья: тело ее слушалось!

— Спасибо, — благодарно выдохнула она и посмотрела на истинного. — Правда, большое спасибо. Я не забуду.

Диего улыбнулся.

— Просто больше не попадай в такие ситуации.

— Да уж, не хотелось бы, — фыркнула девушка. — Где Нирхор?

— Ну, — замялся Диего, — его больше нет. Я его убил.

Падшая удивленно искривила бровь:

— Убил? А ты что, умеешь?

Диего уже хотел было сказать, что это не смешно, но тут понял, что она действительно считает его неспособным на убийство. И тут застопорился: с одной стороны, это не плохо, а очень даже наоборот; а с другой, ему почему-то казалось, что его только что оскорбили. «Дожил…»

— Если ты забыла, я ангел-каратель, — наконец выбрал он сторону. — И я привел в исполнение приговор, который вынес Нирхору Верховный суд Феары.

Приговор и правда был вынесен Нирхору еще лет шестьдесят назад. О том, что Диего вспомнил об этом уже после битвы, говорить падшей он не стал.