Пришествие (СИ) - Руш Роман - Страница 31

— Святоши, — зло процедил юноша. — Дай хоть костыль, мне по нужде надо!

— Сын мой, а чем тебя не устраивает утка или ночной горшок? — монах лукаво улыбаясь указал кончиком посоха на вышеуказанные предметы туалетной утвари.

— Клянусь всеми святыми, я придушу тебя, монах. Хватит издеваться и дай мне этот чертов костыль, — терпение Дилана дошло до предела и, если бы не слабость, он точно бы попытался дотянуться до святого брата чтобы придушить на месте.

Аркаис расхохотался, но не зло, а как-то по-доброму, от чего гнев, поглотивший Дилана, будто смыло холодной водой. Глядя на смеющегося монаха ему и самому захотелось рассмеяться.

— Прости, мой друг, — повинился священнослужитель. — За эти пару недель я забыл на сколько ты не любишь нашу братию, но костыля я дать тебе не могу. Не потому что не хочу, а по причине того, что его попросту нет в вашем гарнизоне. Мужчина извиняясь развел руки в стороны, — но у меня есть кое-что получше.

Он протянул Дилану короткий, не более полутора метров, посох, который до этого располагался в углу комнаты. Юноша внимательно осмотрел полученный предмет. Дерево было гладким, отшлифованным до блеска. Оба конца посоха были окованы металлом. Навершья опоясывал текст написанном на руноглифе. Боясь, что тонкий на вид шест не выдержит его веса, Дилан навалился на него всем телом, но тот лишь слегка изогнулся, а после того как нагрузку сняли, вернулся в изначальное состояние.

— Не пойму, что за дерево, не похоже ни на бук, ни на граб, ни на тис, да и для дуба слишком легкий, — юноша взвесил в руке посох, покрутил им и пристроив под мышкой поднялся с постели.

— Это посох боевого братства, выполненный из Сивойского дуба, — пояснил монах.

— Ого, — присвистнул Дилан. — Так роща на священной горе Сивой, где по легенде завершил свой путь святой Йенс не выдумка.

— Многие так считают, но ведь посох же существует, и ты держишь его в руках, — многозначительно улыбнулся монах, явно не собираясь давать прямого ответа.

Аркаис сделал приглашающий жест, пропуская молодого человека вперед. Они накинули теплые камзолы и вышли на свежий воздух. За те две недели, что Дилан пробыл без сознания, морозы заметно ослабли. Чернецы во множестве заполонившие двор ходили, выполняли физические упражнения, боевые тренировки и хозяйственные работы в одних лишь утепленных. Они даже частично успели разобрать сгоревшее здание штаба. Увидев все происходящее Дилан застыл в дверях казармы, изумленный деятельность святых братьев.

— Я смотрю, что в святой церкви дисциплина и физическая подготовка монахов на более высоком уровне, чем в регулярной армии, — сказал он идущему следом Аркаису, посмотрев на него другим, оценивающим, взглядом.

— Только в нашей братии, в монастырях все более миролюбиво, — пояснил монах, приветливо кивая идущим на встречу братьям по вере.

— К чему вы готовитесь, к войне с Хойрис? — Дилан остановился около взвода монахов, выполнявших тренировку с боевыми посохами, может это и не был взвод, но так ему было проще охарактеризовать для себя эту группу. — Похоже ребята знают за какой конец держать эту палку.

— Да ты прав, мой друг, мы готовимся к войне, но не с Хойрис, к войне за этот мир. И к моему великому сожалению это бой будет проходить не на шестах. Физические упражнения — это лишь малая крупица в подготовке к этому, — Аркаис придержал дверь, для того чтобы Дилан мог без особых затруднений зайти внутрь казармы гвардии, служившей новым штабом. — Иди куда тебе было нужно, а потом приходи в кабинет лекаря на осмотр. Я буду ждать тебя там.

— Аркаис, почему ты не отправил людей на ее поиски? — молодой человек пристально посмотрел на монаха, желая понять, чем руководствуется тот в своих решениях.

— Было слишком поздно, — мужчина отвел взгляд в сторону. — Братия подошла только спустя три дня после вашего ухода. У меня же даже снаряжения не было, чтобы подняться туда раньше. Удивителен сам факт того, что к этому моменту ты не умер от обморожения, хотя этому как раз-таки есть объяснение, как мне кажется…

Дилан еще секунду посмотрел на монаха, и не увидев признаков того, что тот врет, направился по коридору в сторону ближайших уборных.

***

— Ну что, мой друг, готов собираться, — Аркаис без стука вошел в комнату Дилана, когда за окном еще стояли глубокие сумерки.

Накануне лекарь снял гипс и позволил отправляться в путь. Монах сообщил, что молодого человека в столице для беседы ждет преподобный Ульрих и им срочно нужно отправляться в путь. С ними отправлялись еще три десятка монахов-воинов, для обеспечения безопасности. Остальная же часть братии оставалась здесь, для контроля границы до прихода частей регулярной армии.

На удивленный вопрос Дилана на тему того, для чего и от кого им вообще защищаться монах поведал много интересных и тревожных новостей. Оказывается, с того дня, как неизвестная энергетическая волна прошла по всему Миройсу, дела в империи шли по наклонной. Черные твари, которых святой брат назвал некроморфами, повсеместно нападали на людей, приходя по ночам, либо скрываясь в темных подвалах и на чердаках. Помимо них, приходили мертвые колдуны — личи, управляющие зеленым пламенем, высасывающие жизненные соки и наносящие удары звуковыми волнами, рвущими барабанные перепонки. Это были скелеты со свисающими кусками истлевшей плоти, внушающие ужас одним только своим видом, не говоря уж о мерзкой извращенной магии, которой они владели.

Святые братья выяснили, что и некроморфами, и личами стали пропавшие в день Катастрофы силовики и маги. В первую ночь после прохождения темной волны все они ушли из домов и перевоплотились. Так же волна уничтожила все статуи святого Йенса, взорвав энергетические камни, которые изображали кулон, покоящийся на его груди.

Все эти события не прошли бесследно для империи. Правящая семья, высшие слои дворянства, гвардия и верховный совет мейстеров исчезли полностью. Боеспособность армии упала, практически до нуля. Сообщение между отдельными частями сейчас осуществлялось только по средствам вестовых. В данный момент структура армии срочно перекраивалась. Повышались на одно, два, а то и три звания младшие командиры размера ВЭС которых раньше едва-едва хватало только для вступления в армию, не говоря уж о высоких чинах. Срочно пополнялись личный состав рядовых бойцов, набираемых из крестьян и горожан.

— А кто командует, кто управляет империей? — Дилан никак не мог уложить у себя в голове, все то что услышал. Веками устоявшиеся законы и правила, рушились на глазах и из них рождалось нечто новое и нелепое. Ответ, который он услышал поверг юношу еще в больший шок, чем все поведанное ему монахом ранее.

— Преподобному Ульриху пришлось принять на себя это тяжелое бремя, — скорбно покачал головой Аркаис, — он противился этому, но совет кардиналов избрал его для этой трудной стези. Случилось так, что боевая братия, стала единственной структурой, которую не в коей мере не затронул Катаклизм. Вот на наши плечи и лег груз ответственности за восстановление государства. Монахи, которых ты видел латают собой все дыры во всех структурах. А так как преподобный Ульрих является главой и духовным лидером боевой братии верховные чины духовенства не стали искать кого-то нового на пост временного главы государства, не желая сеять сумятицу и раздор.

— Ого, — присвистнул Дилан, — так вот почему нам нужно ехать именно в столицу, а не в Садах. Слушай, а какова же численность братии?

— К сожалению, не так велика, — вновь скорбно вздохнул монах, — до Катаклизма было десять тысяч посохов. За две недели в боях с монстрами и бандитами погибло практически полторы.

— Да ты прав, не так уж и много, если задуматься, — Дилан закончил собираться в дорогу и закинул на плечи небольшую суму, — но для чего я нужен преподобному Ульриху? Он не писал мне с учебки, я думал, что он забыл про меня.

— Ну это он поведает тебе самостоятельно, мой юный друг, — одними глазами улыбнулся Аркаис.

***