В другой раз повезет - Хилтон Кейт - Страница 21

— Тем более нечестно тратить мое время на отношения, которые ни к чему не ведут, — отвечает Элоиза.

— Понять не могу, как мы до такого договорились, — вздыхает Беата. — А я думала, у нас такой милый романтический уик-энд.

— Я в последнее время много чего не понимаю.

— Например?

— Для начала — зачем ты наврала Оскару про отца. Зачем придумала эту историю с банком спермы? Она ведь глупая. Знала же, что рано или поздно Оскар спросит тебя напрямик.

— Я тебе уже сказала: я просто не заглядывала вперед. Молодая была. Обнаружила, что беременна. С Уиллом мы были почти не знакомы. Никому не сказала, потому что боялась: меня будут уговаривать прервать беременность — не только Уилл, но и друзья и родные. Проще было выдумать историю, которая пресечет все вопросы.

— А когда мы начали встречаться и ты узнала, что я дружу с Уиллом? И не подумала тогда рассказать все начистоту?

— А что я могла рассказать, Элоиза? Я поступила так, как, мне тогда казалось, будет лучше для Оскара.

— Правда? Знаешь, я замечаю у тебя привычку смешивать интересы Оскара со своими собственными.

— Ты меня обижаешь.

— Да? — Элоиза стряхивает крошки с халата. — А мне так не кажется. Зато у меня возникает ощущение, что тебя не очень-то сильно волнуют чужие чувства.

У Беаты перехватывает дыхание.

— Ты говоришь гадости.

— Я говорю как есть. Поскольку так все и есть. Ты мне давала понять, что Оскар будет шокирован, если узнает, что у тебя отношения с женщиной, — ладно, я не настаивала. А потом выяснилось: единственное, что его не устраивает в наших отношениях, — это то, что ты ему не доверяешь и ничего не рассказываешь. И вот теперь я гадаю: ты действительно боялась, что он не так отреагирует, или водила меня за нос, чтобы выиграть время?

— Я понятия не имела, как Оскар отреагирует. Слишком психовала.

— А Уилл Шэннон? Ты без всякого предупреждения обрушила на него это его отцовство, — он, надо сказать, проявляет неслыханные великодушие и здравомыслие. Тебе не кажется, что пора признать: если бы ты в самом начале сообщила ему о существовании Оскара, он бы тебе помог — и лучше было бы вам всем? Я пыталась сохранять нейтралитет, и все же ты, Беата, допустила ошибку и должна ее признать.

— А я не просила тебя сохранять нейтралитет. Элоиза встает.

— Вот как? Потому что я по уши вляпалась в эту твою историю, так что имею право на собственное мнение.

— Тебе никто не запрещает, — скованно произносит Беата.

— Я сама себе запрещала! Постоянно себя останавливала, ходила по битому стеклу, пыталась оставаться участливой подружкой. Все, хватит. Я хочу, Беата, чтобы ты определилась — и в самом ближайшем времени. Потому что пора уже хоть кому-то подумать о том, как будет лучше для меня.

АПРЕЛЬ

ГЛАВА 12

Марианна

Cпасибо, что согласилась подвезти, — говорит Марианна, запрыгивая на пассажирское сиденье.

— Спасибо, что согласилась выступить, — улыбается Зоя. — Кстати, может, будет и не скучно.

— Главное, что заплатят, на остальное мне наплевать.

— В этом не сомневайся, — успокаивает ее Зоя. — Как там дела с Гармонией? Виделась с ней вчера?

— Да. Выслушала ее предложение.

— Здорово!

— Ага.

— И?

Марианна смотрит в окно.

— Пойми меня правильно. Место отличное, и я очень тебе признательна. Просто я впервые в жизни иду на работу только потому, что мне нужны деньги.

— Многие назвали бы тебя везучей, — замечает Зоя. — Но я тебя понимаю. Правда. И это же не навсегда, Марианна.

— Может, и навсегда. — Марианна чувствует, как в уголках глаз щиплет от слез. — Я одинокая женщина с двумя маленькими детьми. В смысле любых непредвиденных расходов рассчитывать на Дева я не могу. А если у кого-то из девочек возникнут проблемы со здоровьем или им понадобится особое образование? Все только я. Не могу я больше позволить себе такой роскоши, как работа на пользу общества.

— Марианна. — Зоя заезжает на парковку, выключает зажигание. — Ты о чем? Что-то еще случилось?

Марианна вытирает глаза.

— Я взяла-таки в газете их отступные.

— Но ты ведь давно этого ожидала?

— Давно. Теперь есть чем заплатить адвокату и выкупить у Девлина его часть дома. А именно это мне и нужно.

— И?..

— По ощущению — как второй развод. Моя любовь к журналистике куда старше любви к Девлину Келли. Я либо журналист, либо никто.

Зоя стискивает ее руку.

— Ты по-прежнему журналист. Это от тебя никуда не уйдет. Твоя личность ведь не сводится к твоим должностным обязанностям.

Марианна вытирает глаза.

— Наверное.

— Точно. Марианна, я знаю, тебе сейчас кажется, будто тебя списали в утиль. Со мной тоже такое было, причем совсем недавно. Рождество вспоминаю как ад. Нормальное самоощущение возвращается не сразу, однако оно вернется. А пока можешь просто притворяться, что оно вернулось. — Зоя роется в сумочке. — Давай для начала подправим тебе макияж.

Зоина клиентка Хлоя ждет их у дверей.

— Можно мне Зою на минутку? — говорит она. — А вы пока пообщайтесь.

— Не вздумай, — отрезает Зоя. — Хлоя, мы же это обсуждали. У нас тут не прием, чтобы все ходили и общались. Даже не произносите такие слова. Наше дело — дать возможность прекрасным людям, которые в данный момент остались без пары, с приятностью и пользой провести время среди своих единомышленников, а заодно повысить свой культурный уровень на замечательном литературном мероприятии. Вот как это нужно подавать. Весело, бодро, без всяческого нажима. Понятно? — Хлоя кивает, выпучив глаза. — Ну, это же совсем несложно.

Хлоя отводит Зою в сторонку, а Марианна принимает от проходящего мимо официанта бокал вина. Нужно собраться с мыслями. Если ей и удастся сохранить хоть остатки былого статуса, то только через участие в подобных мероприятиях. Хочешь не хочешь, а нужно показываться на людях.

— Марианна, — поворачивается к ней Зоя, — возникло несколько технических проблем, мне нужно с ними разобраться. Можешь пока подготовить выступающего к вопросам и ответам?

— Разумеется. — Марианна приняла твердое решение действовать так, будто в мыслях у нее полный порядок, — причем приняла его не только ради Зои. — Сколько у нас времени до начала?

— Полчаса. Набросайте сценарий в самых общих чертах, ладно? Пусть остается загадка. Не хочу, чтобы все выглядело прописанным заранее.

— Зоя, не волнуйся, я умею брать интервью. Врожденный талант, видимо. Иди и занимайся, чем там тебе нужно.

— Умница. Тим — вон тот долговязый в красной рубашке. Седые волосы, очки.

Она указывает пальцем.

— Цель захвачена, — рапортует Марианна. — Иду на сближение.

На самом деле Тима Карвера она и так уже опознала: видела фотографию на обложке его книги.

— Тим? — говорит она, протягивая руку. — Я — Марианна Голдштейн-Хеннесси. Буду сегодня вести встречу.

— Очень приятно, — откликается Тим. — Спасибо вам. Презентации всегда проходят живее, когда есть собеседник.

Марианна краснеет при мысли, что будет собеседником Тима с его ямочкой на подбородке, ласковыми глазами с густыми ресницами, — он наверняка женат. Черт, она, похоже, стосковалась по мужикам.

— Многое зависит от взаимной склонности, — говорит Марианна.

— И как у нас с вами на этот счет?

— Для работы сойдет, — отвечает Марианна.

— Вы читали мою книгу?

— Какой вы прямолинейный.

— Я психотерапевт, — напоминает Тим. — Профессиональная привычка.

— Прочитала, причем с удовольствием. Хотите, чтобы я задала вам какой-то конкретный вопрос?

— Да нет, — отвечает Тим. — Просто полюбопытствовал. Спрашивайте что хотите.

— То есть вы любите неожиданности? — уточняет Марианна.

— Люблю. А вы?

— Ненавижу.

— Занятно, — говорит Тим.

— Занятно с точки зрения психотерапии или вежливой болтовни?

Тим смеется.