Далекие странники (ЛП) - Сяо Тяньтянь "Прист" - Страница 18

Чжоу Цзышу покинул дом Чжао без предупреждения и был уверен, что его уход остался незамеченным. Он совершенно не предполагал, что на лесной тропинке в одном ли от поместья наткнётся на человека, всем видом выражавшего нетерпение от ожидания его персоны. Глянув на этого человека, Чжоу Цзышу ощутил уже привычный укол раздражения. Вэнь Кэсин улыбнулся и сложил руки в приветствии:

— Ах, какая приятная случайность, Чжоу-сюн! Судьба снова свела нас. Сколько раз мы ненароком сталкивались под светом луны? Наши сердца и души связаны — не иначе.

Чжоу Цзышу изобразил радость от встречи и согласился:

— Поистине случайное совпадение! Не так ли, Вэнь-сюн?

А сам подумал: «Совпадение? Скорее, чума[64] на мою задницу!».

Вернув приветствие коротким кивком, Чжоу Цзышу покрутил головой и не удержался от вопроса:

— Ты сегодня без девы Гу?

Вэнь Кэсин ответил прямо:

— Девчонка слишком медленно ходит — лишняя помеха в пути! Таща её за собой, я рисковал разминуться с выдающейся фигурой… С выдающимся и необычайно неуловимым Чжоу-сюном.

Улыбка Чжоу Цзышу застыла. После долгого молчания он всё же откликнулся:

— Если этого бесполезного нищего называть выдающимся, кем тогда являются такие люди, как Древний Монах с горы Чанмин, Король Ядов из дворца Гуаньинь Южного моря или Хозяин Долины призраков с хребта Цинчжу?

Вэнь Кэсин многозначительно посмотрел на него:

— Древний Монах отрёкся от мирских дел — ему важен исключительно путь совершенствования. Король Ядов, говорят, растворился в цзянху, даже след простыл. Хозяин Долины призраков — не менее сомнительная и скрытная фигура. Неясно, можно ли отнести его к «людям» и стоит ли учитывать?

Вслед за этим они наградили друг друга пристальными взглядами и приторными улыбками.

Чжоу Цзышу первым отвел глаза.

— Этот Чжоу[65] всего-навсего бедный бродяга! Не понимаю, почему Вэнь-сюн решил неотступно следовать за мной. Я определенно недостоин столь пристального и безраздельного внимания.

Вэнь Кэсин ответил с такой радостной беззаботностью, словно встретил старого друга на весенней прогулке средь бела дня:

— Правда? Тогда почему бедный бродяга Чжоу-сюн не захотел отдохнуть подольше в богатом поместье Чжао? Тайху знаменит красивыми пейзажами, бродить здешними тропами одно удовольствие. А ты спешишь убраться подальше, даже не осмотревшись!

— У меня было время насладиться местными видами, — заверил Чжоу Цзышу. — Я не хочу злоупотреблять чужим гостеприимством и доставлять лишние хлопоты главе Чжао. Что может быть общего у благородного героя и безродного скитальца вроде меня? Я оказал услугу за кусок серебра, это не должно перерасти во что-то большее, — он выдержал паузу, а потом добавил для ясности: — Сопровождение молодого господина Чжана имело целью накопление добродетелей. Надеюсь, в загробном мире Яньван чуть смягчит за это мою кару. О большем и не мечтаю.

— Накопление добродетелей — поистине достойное занятие, — уважительно покивал Вэнь Кэсин. — Как славно, что Чжоу-сюн разделяет со мной это высокое устремление! Так уж повелось, что мои единомышленники всегда блистали исключительной красотой. Теперь становится ясно…

От слов «становится ясно» у Чжоу Цзышу запульсировало в висках. Он уже собрался оборвать бессмысленный разговор, но в этот миг ночную тишину прорезал мучительный вопль. Звук донёсся из глубины леса за спиной Вэнь Кэсина. И он, и Чжоу Цзышу застыли посреди дороги.

— Смотри, моя прекрасная родственная душа, появился новый шанс заработать добродетели! — Вэнь Кэсин указал в сторону, откуда раздался крик.

Чжоу Цзышу колебался пару мгновений, но в итоге пошёл на звук, раздражённо бросив через плечо:

— Проблемы с глазами — очень серьёзная вещь, Вэнь-сюн! Тебе нужно скорее обратиться к врачу.

Чжоу Цзышу так превосходно владел цингуном, что мог передвигаться по снегу, не оставляя следов. Несмотря на это, Вэнь Кэсин в два счёта сократил расстояние и пристроился за ним, сохраняя небольшую дистанцию. Кто угодно другой во время такого резвого перемещения замолчал бы, чтобы не утратить концентрацию. Но Вэнь Кэсин шутливо продолжил прерванный разговор:

— Чжоу-сюн безусловно прав. Мне стоит посетить врача, и не одного, как только представится возможность получить должное лечение. Я ведь ещё так молод, а зрение ухудшается с каждым днем! Иначе почему я до сих пор не могу найти изъянов в маскировке Чжоу-сюна? Какой позор!

Чжоу Цзышу с удовольствием превратил бы «ухудшающееся зрение» назойливого спутника во вполне реальную слепоту. Однако, дважды подумав, он решил, что пока недостаточно изучил противника.[66] А необдуманные действия были несвойственны рациональному, сдержанному бывшему главе Тяньчуана.

Передвигаясь с невероятной скоростью, двое охотников за добродетелями быстро оказались в глухой чаще, где обнаружили труп.

На мертвеце были чёрные одежды. Маска, закрывавшая его лицо, раскололась надвое. В распахнутых глазах застыл ужас, что наводило на подозрения о мучительной смерти. Издалека силуэт человека показался Чжоу Цзышу знакомым. Подойдя ближе, он наклонился, чтобы получше рассмотреть покойного, и мрачно пробормотал:

— Разве это не господин Му, глава поместья Дуаньцзянь?

Только сегодня утром этот человек битый час изводил его дурацкой болтовнёй! Кто мог подумать, что глава Му обратится «ночной совой»? Мёртвой «ночной совой», но тем не менее…

Вэнь Кэсин тоже подошёл, с любопытством потирая подбородок:

— Тёмная ночь, чёрная одежда. Возможно ли, что…

Чжоу Цзышу повернулся, чтобы выслушать его предположения.

—… господин Му собирал здесь цветы?[67]

Чжоу Цзышу отвернулся с ровным лицом, хваля себя за выдержку.

На трупе и поблизости не было следов крови, однако губы Му Юньгэ посинели… Чжоу Цзышу раскрыл ворот чужой рубахи и увидел на груди чёрную отметину в форме ладони.

Примечание к части

∾ Мечник Цюшань — дословно: Мечник с Осенней горы (秋山剑客).

∾ Школа Хуашань — гора Хуа (华山) в Шэньси (центральный Китай), одна из пяти священных гор даосизма.

∾ Поместье Дуаньцзянь — дословно: поместье Сломанного меча (断剑山庄).

∾ Все имена героев намекают на людей, которые говорят претенциозно, чтобы ничего не сказать. Юй Тяньцзе (于天杰, досл. «с небом герой») — омофон «объясняться с небом». Му Юньгэ (穆云歌, досл. «спокойная песня облаков») — омофон от «петь облакам». Цзян Че (蒋彻, дословно «проникающий») — омофон «слишком много говорит»).

∾ Братство нищих (丐帮) — одна из самых многочисленных организаций улиня, в которой встречаются мастера кунг-фу, но их сильные стороны: сбор сведений и широкий охват территорий.

∾ «Исполинами синими горы, изумрудными водами реки» — строки из поэмы Бо Цзюйи (772—846) «Вечная печаль», означает печаль от разлуки, которую не может развеять красота природы. Фраза используется при прощании и часто дополняется словами «ещё свидимся».

∾ Полосатый котёнок — дракон Ли (китайская ли хуа), порода кошек.

∾ «Совпадение? Скорее, чума…» — бог чумы (瘟神) — wēnshén, где wēn — омофон фамилии Вэнь Кэсина.

∾ Этот Чжоу — Чжоу-моу, старомодный вид формального обращения, заменяет собственное имя.

∾ «Недостаточно изучил противника...» — в оригинале используется отсылка к фразе из «Искусства войны» Сунь Цзи: «познай себя и противника».

∾ «Собирать цветы» — слэнг, означающий сексуальное насилие.

Том 1. Глава 10. Преисподняя

Чжоу Цзышу долго смотрел на отпечаток руки, прежде чем внезапно перевернул тело. Освободив торс от одежды, он обнаружил на спине трупа идентичную отметину.

— Как думаешь, его приняли за лепёшку, которую надо обжарить с двух сторон? —вздохнул Вэнь Кэсин. — Или удар был сквозной?

Чжоу Цзышу рассуждал хладнокровно:

— Никто не стал бы тратить время на игры с покойником. Атака прошла насквозь. Я могу припомнить единственного человека, который использовал подобную технику в последние пятьдесят лет, это…