Леонард и Голодный Пол - Хешин Ронан - Страница 54

Грейс сняла крышки с тарелок и принялась за свой первый завтрак замужней дамы, спихнув грибы в тарелку Эндрю, а у него забрав картофельные оладьи.

Вдруг она повернулась к нему:

— Давай все это съедим, а потом опять нырнем в постель. Идет?

Эндрю чокнулся с ней яблочным соком и полил медком свою предкоитальную овсянку.

Хелен сидела у себя в номере перед старинным бюро с деревянной шторкой, пила кофе и смотрела в окно на туманное утро. Питер еще спал, опять прохрапев всю ночь из-за усилившейся аллергии на пшеничное пиво, которое пил на свадьбе. Он все сделал прекрасно. Хелен всегда знала, что он замечательно проводит презентации на работе, но сама она последний раз слышала его выступление много лет назад на их собственной свадьбе. Как искренне он говорил об их семье, о том, что она для него значит! Как он говорил о Хелен! «Единственная истинная любовь моей жизни», — сказал он. И это слова экономиста!

Вчера был особенный день. И значит, не зря в предыдущие недели велись бесконечные телефонные разговоры с Грейс — все обговоренные мелочи сложились в великолепный, лишенный суеты праздник. Хелен знала, что ей будет не хватать этих разговоров. Грейс скоро надолго уедет в свадебное путешествие, а из Японии звонить недешево. И кто знает, что будет потом? Грейс немного задержалась с замужеством, поэтому они захотят поскорее завести детей. «Самое приятное — это попытки», — когда-то сказал ей отец в аналогичной ситуации.

После того как Голодный Пол накануне вечером поведал ей о своей новой работе и возможности иметь отдельную комнату, положенную ему как администратору, Хелен не могла не признать зарождающееся в ней ощущение нового этапа в жизни, понимание, что ей скоро придется стоять перед важными решениями и делать определенный выбор, хотя пока можно и подождать. Странно, что, столько лет стараясь вырастить самостоятельных детей, она теперь испытывает боязнь вновь обрести независимую жизнь. Но такова родительская природа. Жизнь детей не принадлежит родителям. С первого же дня ты постепенно, шаг за шагом, отдаешь им ее обратно, пока они не начинают сами двигаться дальше.

Хелен посмотрела на спящего Питера. Человека, которому она отдала свою жизнь и которого очень любила. Столько воды утекло, с тех пор как у них были свободные, ничем не обремененные отношения. Они часто говорили об этом: строили планы путешествий, романтических ужинов без детей, порой даже сокращали расходы и выкраивали какие-то деньжата. Она с трудом признавалась себе, что внутри у нее холодеет при мысли, что теперь они остались вдвоем, только вдвоем.

Допив кофе, она опять улеглась в постель. У нее немного замерзли ноги, и, когда она стала их греть о ноги Питера, он чуть-чуть шевельнулся, тихонько привлек ее к себе, и они лежали, словно два сложившихся кусочка пазла. И так было всегда на протяжении всех совместно прожитых лет.

Глава 27

Сэндвичи в мертвом зоопарке

Дела на работе у Леонарда шли медленно. Иллюстраторы, работавшие дома, занимались своими детьми, потому что были каникулы и новые эскизы на проверку Леонарду не присылали. Макет книги о римлянах находился в стадии подготовки и ожидался только через две недели, не раньше. Было сказано, что на подходе еще пара проектов, но пока ничего определенного ему не поручали — предполагавшаяся, по слухам, книга о мировых религиях была отложена в долгий ящик как «слишком специальная». Его админ держался на уровне современных требований, и Леонард убил двадцать минут времени, меняя обои на экране своего стационарного компьютера и экспериментируя с запутанными настройками. Все шло настолько плохо, что он решил переговорить с «компьютерным гением» Грегом.

— Привет, Грег! Занят?

Грег разрезал у себя на столе тридцатисантиметровый багет, начинка для которого из разнообразных перемешанных ингредиентов уже ждала своего часа. В общем, это были обычные ингредиенты для сэндвича с салатом, но Грег измельчил их в блендере до такой степени, что начинка стала похожа на заразную гнойную массу.

— Делаю заключительные штрихи к этому шедевру. Тело мое — храм, Леонард, мой желудок — его алтарь. Путь к сердцу мужчины точно лежит через желудок, — сказал он, повысив голос и явно обращаясь к Маргарет, бывшей коллеге Шелли, которая разговаривала по телефону с каким-то несчастным клиентом. Маргарет, не глядя, запустила в Грега ручкой.

— Что привело тебя в мою исповедальню, Леонард? Говорят, цветы любви увяли в твоих штанах. Как печально это слышать! Видимо, такие люди, как мы с тобой, просто не могут поймать за хвост удачу. Загруженность работой — предтеча одиночества, — сказал он, вновь направив свой голос в сторону Маргарет.

— Ну, не все так плохо. Не знаешь, скоро придут новые цветные картриджи для принтеров? Мне надо кое-что распечатать, чтобы посмотреть, как это будет выглядеть.

— Незачем тебе распечатывать порно из интернета, Леонард. Для таких любителей непристойных картинок, вроде тебя, есть специальные мужские журналы. И порнографические книги.

Грег разинул рот, готовясь наброситься на багет. На лице посмотревшей на него Маргарет застыла гримаса отвращения. Леонард вынужден был признаться, что ему и самому стало любопытно, съест Грег всю эту гору еды или нет.

«Компьютерный гений» не разочаровал.

Он издал победоносный вопль, показал им поднятые большие пальцы обеих рук и, дожевывая последние крошки багета с открытым ртом, затрясся, как стиральная машина на заключительном этапе стирки.

— Ладно, я лучше пойду, — сказал Леонард.

— Молодой соперник удаляется, — заговорил Грег голосом диктора фильма о животных, — побежденный альфа-самцом, который сейчас отпразднует удачную охоту со своим гаремом.

Запущенный в него степлер на этот раз ударил больнее.

Вернувшись на свое место, Леонард обнаружил имейл от Марка Бакстера, бакалавра образования:

Леонард отправил ему быстрый ответ, поблагодарив за попытку помочь, пожелав удачи в работе над новым проектом и выразив надежду, что когда-нибудь они снова вместе поработают. Само собой разумеется, он предположил, что Марк Бакстер, бакалавр образования, захочет обратить внимание на вышесказанное.

Естественно, он был слегка разочарован. В эту книгу он вложил все, но и многое благодаря ей получил. Хотя, если быть до конца честным, когда он решил писать книгу для Патрика, ему уже было неважно, прочитает ли ее кто-то еще. Иногда такое случается, думал он, мотив становится ясен после совершившегося факта.

Ленивое утро медленно подползло к обеду. Леонард взял куртку и пошел встречать Шелли. Для совместного обеда она выбрала Музей естественной истории, и Леонарду было приятно думать, что в ее выборе прозвучали негромкие нотки компромисса. Она даже пообещала угостить его вегетарианским блюдом, хотя ему подумалось, что это жест, в общем, бессмысленный, учитывая, что фактически они будут обедать в помещении, забитом охотничьими трофеями.