"Фантастика 2023-93". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Артемьев Юрий - Страница 708

С верхнего этажа неудобно целиться из арбалета, и я спускаюсь на второй, где снимаю с плиты кастрюльку и сковороду со шкворчащим мясом, успеваю еще ухватить кинжалом самый сочный кусок, как слышу сильный грохот и удары топором по дереву.

Здоровенный мужик к кольчуге размашисто врубается боевым топором в дверь башни, стоя на стене перед ней и является очень хорошей мишенью, до него не больше двенадцати метров. Я тщательно целюсь и вжик… болт входит в спину богатыря между широких плеч и пробивает кольчугу на раз с такого расстояния.

Крепыш роняет топор на замахе и сам валится со стены во двор замка.

А то, понимаешь, размахался тут! Собрался на полном серьезе Норля победить!

Двое кнехтов, один причем с арбалетом, толпившиеся за ним, сразу же убегают по стене обратно к спуску. Никуда они не денутся, теперь все воинство в ловушке и это здорово, что в нужном нам позарез замке стало на двадцать стражников меньше.

Но, глухие удары продолжаются и, выглянув в сторону ворот башни я совсем не удивился, увидев шестерых приезжих кнехтов, пытающихся слабым подобием тарана выбить двери в башню. Шестеро героев стукают, пока без особого успеха, а четверо стрелков, прикрываясь щитами, сторожат бойницы над ними от моего товарища.

Сначала я целюсь в удобно стоящего ко мне арбалетчика, лучше понизить дальнобойную мощь противника перед рукопашной схваткой. От меня до цели метров восемь всего и болт прилетает ровно туда, куда я и мечусь, в затылок первого ко мне арбалетчика.

Пока я натягиваю руками и спиной очень тугую тетиву и потом выглядываю в другую бойницу, стрелки переместились под сам донжон, только один из них стоит за углом казармы и пытается контролировать окна донжона.

— Это рисковое занятие, — сообщаю я ему, попав в этот раз только в плечо, но, после этого выстрела желающих контролировать донжон больше уже не видно в поле зрения.

Невидимый враг — самый опасный!

Таран продолжает стучать по воротам, но, только до первого удачного выстрела кому-то из кнехтов в спину, и они разбегаются, бросив небольшое бревнышко около ворот.

Теперь руки развязаны у Норля и по вскрику внизу я понял, что его выстрел не пропал даром. Потом мы маневрируем по своим объектам, пытаясь высмотреть новые цели, пара болтов, пущенные наугад, влетают в бойницы второго этажа и по башне стреляют время от времени оставшиеся арбалетчики.

Стрелки засели в казарме, где спрятались остальные — не видно. По моим подсчетам мы уже перебили всю местную стражу, но, двадцать кнехтов уже мертвого орта еще живы и готовы дорого продать свои жизни.

Отличным вскоре мне кажется зрелище быстро бегущих крестьян и наших наемников. Кучковавшиеся недалеко местные мужики стремительно исчезают, увидев такую вооруженную толпу и я кричу приятелю через бойницу:

— Норль! Норль!

— Чего тебе! — отзывается он, осторожно выглядывая снизу недорубленной двери из башни.

— Там наши бегут!

— Вижу!

— Пусть щитами прикроются от арбалетчиков, их там еще пятеро осталось и пятнадцать обычных стражников! — ору я и мои слова помогают Норлю сориентироваться и выдать мудрые указания. Наши разбегаются по деревне, несколько минут выламывают жерди из заборов и все, что связано с досками, вяжут себе щиты и стаскивают их в башню.

За это время я успеваю ранить в плечо еще одного кнехта, после чего ворота во двор распахиваются и под прикрытием щитов крестьяне залетают в сам замок. Ловят несколько болтов в щиты и наваливаются на противника.

Десяток бежит в казарму, еще три десятка к дружинникам из соседнего замка и многоголосый вой надолго зависает над двором. К нашим постоянно подбегает подмога, мои охранники держатся сзади, как я им и сказал, и почти у всех в руках арбалеты. Только стрелять со двора не в кого, спины наших крестьянских бойцов полностью закрывают потенциальные мишени, поэтому они возвращаются в башню и вскоре бегут по стене, где сразу же находят, в кого стрелять, вставая для этого на колено.

Сверху хорошо видно, что сначала сплоченные и обученные стражники не особо подпускают наших крестьян к себе, за одного своего забирают пару жизней нападающих. Но, дружная стрельба из арбалетов со стены и постоянное прибытие подкреплений быстро переломили ход битвы, вскоре против десятка кнехтов оказалось пятьдесят крестьян, наши стрелки еще каждую минуту выбивают кого-то из стражников меткими выстрелами.

Даже я стрельнул, но, болт скользнул по шлему, зато воткнулся в ногу кому-то из второго ряда кнехтов.

Еще минута и на ногах осталось пятеро кнехтов, тридцать секунд и их тела, уже исколотые копьями исчезают под морем распаленных схваткой мужиков.

Все, победа! За явным преимуществом! И замок целый, все ворота на месте и вся обслуга жива.

Сорок профессиональных вояк убиты, почти половина — на нашем с Норлем счету, но и охранники с крестьянами уработали двадцать кнехтов, теперь будут ожесточенно спорить и делить трофеи с тел.

Трофеи — дело хорошее, надеюсь, азарт от сегодняшней победы не закончится уже завтра, тем более, мне есть, что предложить всем выжившим бойцам.

Теперь обыскиваются все хозяйственные постройки. В двери донжона уже агрессивно стучат, и я сообщаю своим рыком народу, что укрепление захвачено и врагов тут нет, после чего открываю дверь и сразу же ставлю пару охранников охранять саму башню.

Народ разносит по кучам своих убитых, перевязывает раненых и неистово спорит, кто кого поразил и кому что снимать с покойников.

Я нахожу командира приданного мне отряда, говорю ему, что не претендую на добро с тех кнехтов, которых убили сами крестьяне:

— Пусть договариваются сами. Или разыграют доспехи с оружием. Да, и скажи своим, что это не последний замок, который мы будем брать. Ладно, сам скажу вечером, пока выкатывайте бочонки из погреба и готовьте еду.

Охранники под руководством Норля стаскивают трупы из башни и еще тех, кого отправили на тот свет наши болты на мародерку. Чувствую, скоро потребуется еще пара подвод, чтобы перевозить накопленное добро, что не может не радовать.

Пришлые кнехты поголовно в дорогих и качественных кольчугах, при хорошем оружии и в кошелях у всех немало золота имеется. От такого богатого прихода и великолепия у вчерашних крестьян сносит головы и споры становятся слишком ожесточенными, свой командир не может справиться с бойцами, как я вижу и мне приходится послать на утихомирение спорщиков самого авторитетного здесь Норля.

Трубный рев приятеля и шлепки суровых подзатыльников становятся доминирующими звуками на какое-то время при дележке трофеев и скоро приятель зовет меня решать вопросы со спорными мертвецами. Теми, кого и наши подстрелили, и крестьяне копьями затыкали.

— Всех спорных выкладываем отдельно, снимаем с них все добро, делим на две кучи, примерно равные и по жребию дальше разбираемся! — командую я. Довольные крестьяне шумно поддерживают мое решение.

Остались, конечно, недовольные, однако такой спор иначе не решить, это все понимают. Главное, что к приезду высокого начальства все окажется поделено надежно и попрятано по мешкам участников эпической битвы.

Итоги, конечно, радуют.

Захватить настоящий замок с сорока профессиональными воинами, защищавшими его, потеряв только десяток своих крестьян и одного из моих наемников, случайно словившего болт в самом конце схватки — это очень крутое достижение.

То, что почти все провернули мы с Норлем, на этом я пока не стану заострять вопрос.

Главное, что все участники сражения видят, мы с приятелем — крутые воины и добыча сыплется на наших сторонников золотым дождем.

Значит, когда я кину клич вступать в мой отряд, многие с радостью отзовутся. На такое приглашение.

Пока готовится та же каша с мясом и делятся трофеи, я завожу приятеля в донжон и при нем выпускаю повариху из заточения. Сразу вижу стойку, которую выдает приятель, оценив формы и румянец широкой тетки.

— Так, ты тут сам присмотри за донжоном, пока наши делят трофеи. За нашу долю я спокоен. Мы с тобой можем уже полсотни народа в кольчуги одеть и вооружить достойно, даже на плату пару месяцев есть монета. Это, не считая еще того тайника на берегу Каны, — придерживаю я его по дороге.