Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 1486

— Это всего лишь домыслы, лейтенант. Моя компания может — не побоюсь этого слова — похвастаться строгими порядками и железной дисциплиной. Все мои сотрудники проходят проверки не менее тщательные, чем рекруты ЦРУ — если не более тщательные. Так что могу вас заверить, что, если вы считаете членов компании замешанными в этом преступлении, то вы идете по ложному следу. К тому же вы, должно быть, понимаете, что такая компания, как наша, должна защищать конфиденциальную информацию о наших сотрудниках. Вот, почему ваша просьба встречает на своем пути некоторые сложности.

Как же д’Агосту раздражал тон этого парня!

— О’кей, Ингмар, вы что, выбираете более трудный путь? Если вы сейчас же не начнете сотрудничать, то мы скоро вернемся с ордером и тогда получим ваши записи о персонале, вплоть до дня рождения Джорджа Вашингтона! А затем притащим вашу задницу на допрос в главное управление полиции.

Он остановился, тяжело дыша, но на Ингмара его пылкая речь впечатления не произвела — он всего лишь окинул его прохладным взглядом.

— Вперед и с песней. Ваши пять минут истекли, джентльмены. Мистер Блаунт покажет вам выход.

Энергичный хипстер появился как из ниоткуда, но в этот момент Пендергаст, который до этой минуты хранил молчание и выглядел так, как будто ему совсем неинтересен текущий разговор, обратился к д’Агосте.

— Могу я взглянуть на ваш экземпляр «Пост», лейтенант?

Д'Агоста протянул ему газету, агент развернул ее и продемонстрировал Ингмару. Д’Агоста замер, задержав дыхание, пытаясь понять, какого дьявола творит Пендергаст.

— Вы же наверняка читали сегодняшний выпуск «Пост»?

Ингмар с презрением взял газету из рук агента, взглянул на нее и отбросил в сторону.

— Но вы не прочитали статью Брайса Гарримана на первой полосе!

— Меня подобные истории не интересуют. Блаунт, покажите им выход.

— А должны бы интересовать, потому что на завтрашней первой полосе будет представлена ваша компания — и вы лично.

Опустилась гнетущая тишина. Через минуту Ингмар заговорил.

— Вы угрожаете мне утечкой информации в прессу?

— Утечкой? Ни в коем случае. Это обычная публикация. Общественность желает знать информацию об убийстве Кантуччи. Мэр Де’Лилло обеспокоен. Органы правопорядка несут ответственность перед общественностью и обязаны держать ее в курсе расследования. А вы и ваша компания в кратчайшие сроки станете его лицом.

— Что вы имеете в виду?

— Ведущей версией расследования этого дела является то, что убийца работал в вашей компании. Вашей компании. Это делает вас подозреваемым. Вам не нравится это слово, «подозреваемый», верно? Так легко поделиться этими мрачными предположениями, так много мутных намеков можно сделать — при этом фактически почти ничего не сказав.

Д'Агоста увидел, что с лицом Джонатана Ингмара произошла весьма замечательная и приятная перемена: прохладный, высокомерный взгляд исчез, и от ярости на его шее вздулись вены, а кожа лица приобрела багровый оттенок.

— Это явная клевета. Я буду судиться с вами до конца ваших дней.

— Это только предположение, если не правда, как таковая. И если взглянуть на факты, то это выглядит правдой: вы не производите впечатления человека, действительно заинтересованного в этом расследовании, особенно после вашего грубого отказа с нами сотрудничать. Не говоря уже о том, что вы заставили нас ждать сорок пять минут в вашей приемной, где компанию нам составила только семья Кардашьян!

— Вы мне угрожаете?

Пендергаст весьма раздражающе усмехнулся.

— Какой вы догадливый.

— Я звоню своему адвокату.

Но прежде чем Ингмар успел, что-либо предпринять, Пендергаст достал свой сотовый телефон и набрал номер.

— Это отдел местных новостей? Я хотел бы поговорить с мистером Гарриманом, пожалуйста.

— Подождите! Хватит. Положите трубку.

Пендергаст прервал вызов.

— Итак, мистер Ингмар, как вы думаете, мы можем рассчитывать на то, что вы уделите нам всего несколько минут — или, может быть, несколько часов? Начнем с сотрудников, которые устанавливали систему Кантуччи. Мне было так приятно услышать, что вы проводите проверки на уровне ЦРУ. Пожалуйста, предоставьте досье проверок всех этих сотрудников. О, и нам понадобится досье и на вас лично.

— Черт побери, так просто вам это с рук не сойдет. Попомните мои слова!

На это ему ответил Д'Агоста. Его мрачное настроение резко улучшилось.

— Ждем, не дождемся, Ингмар. Как вы там нам сказали? «Вперед и с песней»? Спасибо, мы именно так и поступим. Так что найдите эти досье — и найдите их немедленно.

14

Карри довез Пендергаста до «Дакоты» — агент ФБР выдал своим напарникам из полиции какое-то странное, расплывчатое объяснение тому факту, что он не сможет сопровождать их до Пирмонта, чтобы поговорить с отцом убитого мальчика. Высадив Пендергаста, д’Агоста и Карри продолжили свой путь по шоссе Вест-Сайд через Мост Джорджа Вашингтона и далее по Палисейдс-Паркуэй. Городок Пирмонт, штат Нью-Йорк, располагался у шоссе 9W на западной стороне реки Гудзон, недалеко от границы Нью-Джерси.

Карри был самым молчаливым из всех сержантов, с которыми д’Агосте приходилось работать, и сейчас он был искренне за это благодарен. Пока Карри вел машину, д’Агоста просматривал досье, копии которых они получили от «Шарп и Гунд».

Систему для Кантуччи устанавливали двое техников. Один все еще работал в компании и казался довольно примерным работником. Второй уволился четыре месяца назад. Точнее, его уволили. Парня звали Лешер, и его личное дело, с момента как он устроился на работу в эту компанию пять лет назад, было кристально чистым. Но в прошлом году ситуация изменилась и его поведение резко ухудшилось. Досье пестрило предупреждениями и выговорами за опоздания, нарушениями политики политкорректности и записями двух непристойных комментариев, которые он отпустил в адрес женщин-коллег — после чего они обе подали на него жалобы. Досье заканчивалось докладом, в котором описывалась вспышка ярости Лешера. Подробностей не приводилось, но его «яростная напыщенная речь», как здесь было сказано, привела к его немедленному увольнению.

Откинувшись на сидении, пока Карри притормозил из-за небольшой пробки, д’Агоста почувствовал, как настроение его существенно улучшается. Этот парень — Лешер — вполне тянул на роль главного подозреваемого в деле об убийстве Кантуччи. Он производил впечатление недовольного придурка, который точит зуб на компанию, которая его уволила. Возможно, Лешер сам убил Кантуччи. Или помогал тому, кто убил его, предоставив доступ к охранной системе. В любом случае, это была чертовски хорошая зацепка, и д’Агоста собирался лично проследить за тем, чтобы допрос этого парня состоялся как можно скорее.

Сейчас он был, как никогда уверен, что эти два убийства между собой никак не связаны, и их следует рассматривать как отдельные случаи. Доказательством этого служило то, что в двух этих делах были выявлены совершенно разные зацепки, и расследование велось по совершенно разным направлениям. Отец мертвого мальчика Джори Боуг — которого они как раз собирались навестить — явно был человеком, заинтересованным в убийстве Озмиан. Для него это могло быть двойной победой — фактически убийством двух зайцев одним выстрелом. Если и это не принесло ему облегчения, то уже ничто не принесет.

Д’Агоста повернулся к Карри.

— Позволь я просвещу тебя насчет этого парня в Пирмонте, Боуга. Погибший ребенок был его единственным сыном. Грейс Озмиан, смерть которой мы расследуем, сбила мальчика и скрылась с места преступления. После смерти мальчика семья распалась. Мать стала алкоголичкой и, в конечном счете, покончила жизнь самоубийством. Отец некоторое время провел в психиатрической лечебнице и лишился своего бизнеса в Беверли-Хиллз, связанного с ландшафтным дизайном. Полгода назад он перебрался на восток. Сейчас работает в баре.