Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 1436

«Я выполнила все твои поручения. Целиком и полностью. Все прошло, как и было запланировано. Тебе не нужно ни о чем беспокоиться, потому что я исполнила все именно так, как ты меня и просил, не оставив никаких следов. Только при этом пришлось использовать более жесткие методы, чем ты санкционировал, вот и все. Я расскажу подробности при встрече, и надеюсь, что она произойдет, как можно раньше.

Когда и где? Я многое хочу тебе рассказать. Пожалуйста, дай мне знать, время и место, где мы сможем встретиться».

Нахмурившись, Диоген дважды перечитал письмо. Записка была весьма навязчивой, и она только усилила беспокойное чувство, которое он испытывал уже в течение некоторого времени. Он встал, разорвал письмо и конверты пополам, отнес их в небольшой кирпичный камин, где поджег спичку и поднес ее к краям бумаги. Он так и стоял, наблюдая за тем, как обрывки занялись и, в конце концов, оказались полностью охвачены пламенем. Когда горение прекратилось, он взял кочергу, и пошевелил пепел, превращая его в пыль.

Констанс прогуливалась по песчаной дорожке, идущей сквозь мангровые заросли, которые закончились лугом на южной оконечности острова. Она уже давно миновала «коттедж садовника» и бунгало мистера Гурумарры, затерянное в роще платанов. Это был красивый луг, окаймленный низкими дюнами и пальмами и заканчивающийся белым пляжем, который изогнутой косой опоясывал южный берег острова. Она смогла рассмотреть несколько сооружений, которые высились среди раскачивающейся травы и были сгруппированы вокруг тонкоствольного, полумертвого дерева гамбо-лимбо[788].

Это оказались старые викторианские хозяйственные постройки, сложенные из красного кирпича — выветренного и крошащегося. У одной из них была дымовая труба, которая поднималась вверх примерно на двадцать футов и была вся обвита лозами. Ведомая любопытством, Констанс направилась к этим зданиям. На первом и самом большом из них — того, что был увенчан трубой — висел старый знак, прикрепленный к кирпичному фасаду, сильно потускневший, но на котором она смогла разобрать слово «ГЕНЕРАТОР». Далее Констанс подошла к разломанной оконной раме, чтобы заглянуть внутрь, и группа ласточек с громкими криками вылетела из покосившейся двери. Присмотревшись, Констанс увидела обломки механизмов, затянутых лозами. По ее соображениям, это, должно быть, была старая электростанция острова, которую явно давно забросили. За этим зданием стояли три ряда сверкающих новых солнечных панелей, а рядом с ними высилось новое здание без окон и с металлической дверью.

Снедаемая любопытством, Констанс подошла к нему и повернула ручку. Дверь оказалась не заперта и поддалась. Внутри находилась одна комната заставленная рядами батарей, которые были опутаны толстыми пучками проводов — новый источник энергии острова.

Отступив, она закрыла дверь. Рядом было еще одно маленькое кирпичное здание, очень старое, с позеленевшей дверью обшитой медью, а ее наклонная крыша почти достигала земли — этот путь явно вел в некое подземное помещение. Она подошла к двери, на которой было написано «РЕЗЕРВУАР», подергала ее и обнаружила, что та заперта.

Приложив ухо к замочной скважине, Констанс прислушалась и различила слабый гул машин и отдаленный звук текущей воды.

Оставив позади себя все эти постройки, она подошла к оконечности острова. Здесь два великолепных пляжа встречались, образуя длинную песчаную косу, которая уходила в бирюзовую воду. Констанс почувствовала усталость от прогулки, и, как это ни странно, необъяснимую вялость.

Ее посетила мысль, что освежающее купание в море поможет ей взбодриться. Тем более, здесь, на этих бескрайних морских просторах она наверняка сможет насладиться недавно приобретенным умением плавать. В этот момент память услужливо подсунула ей образы другого пляжа — а именно песчано-галечного побережья Эксмута, и трагедии, произошедшей там, которая и побудила ее научиться держаться на воде. Но девушка резко тряхнула головой, прогоняя нежеланные образы. Случившегося уже не изменить, прошлое должно остаться в прошлом, сейчас ей необходимо сосредоточиться на настоящем.

Констанс осмотрелась. Рядом никого не было, дом находился на другом конце острова, спрятанный за мангровыми зарослями, и отсюда Констанс видела только его смотровую башню. Лодок в поле зрения тоже не наблюдалось.

Как будто вся вода, раскинувшаяся перед ней вплоть до горизонта, была ее личной ванной.

Почувствовав всплеск независимости и свободы, она сняла туфли, расстегнула платье, выскользнула из него, и полностью обнаженная замерла на несколько мгновений, погрузив в воду только пальцы ног. Еще раз украдкой оглянувшись, она бросилась в воду и отошла довольно далеко от берега, прежде чем глубина стала достаточной, чтобы она смогла полностью окунуться. Она лежала на спине, смотрела в голубое небо и пыталась успокоить свой разум, просто существуя: без мыслей, без воспоминаний, без опасений, без страхов и без криков внутреннего голоса.

В смотровой башне главного дома, прильнув к объективу телескопа, Диоген неотрывно любовался бледной фигурой Констанс, плавающей в зеленовато-голубой воде. Его дыхание ускорилось, и он почувствовал, как в груди неистово бьется сердце. В конце концов, приложив неимоверные усилия, он заставил себя оторваться от раскинувшегося перед ним зрелища.

45

Центр Специальных Операций[789] занимал почти половину этажа Федерал-Плаза. Это был хаотичный лабиринт из стекла и хрома, освещенный прохладным флуоресцентным синим светом и заставленный разномастным оборудованием. Здесь можно было найти рабочие станции, контрольные устройства, экраны спутникового слежения, плоские дисплеи всевозможных размеров, терминалы для управления дронами типа «Предатор»[790] и «Рипер»[791] и многое другое. Многочисленные изолированные комнаты позволяли полевым агентам планировать операции, налаживая спутниковое слежение или просеивая терабайты данных сообщений электронной почты, а федеральным компьютерным специалистам проводить взлом сотовых телефонов или применять алгоритмы дешифрования на конфискованных ноутбуках. Все помещения заполнял тихий фоновый шум: звуковые сигналы электроники, шепот серверов, неразборчивое бормотание и переговоры. Сейчас большая часть настоящей деятельности была сосредоточена на одном единственном задании: обработке огромных объемов данных в попытке обнаружить местонахождение Диогена Пендергаста.

В комнате со стеклянными стенами — в одном из углов центра за закрытой стеклянной дверью — Пендергаст и Говард Лонгстрит сидели за столом для совещаний. Аппарат, генерирующий белый шум, оберегал их разговор от посторонних ушей. Хотя эта комната служила одним из многочисленных вспомогательных офисов Лонгстрита в Федерал-Плаза, она была пустой, за исключением двух ноутбуков и телефона, размещавшихся на столе, а также одного настенного дисплея.

— Твоя поездка в Эксмут оказалась весьма полезной, — заметил Лонгстрит. — Благодаря арендодателю у нас теперь есть описание внешности как Диогена, так и его соучастницы.

— Я не придавал бы большого значения внешности Диогена, — предостерег Пендергаст, — так как считаю, что у него есть, как минимум, еще две личности — два неких долгосрочных «аватара», таких как «Хьюго Мензис» — которые он тщательно поддерживает и которые смогут выдержать любую официальную проверку. А также несколько одноразовых имен, как те, на которые он арендовал коттедж в Эксмуте и нанял чартер, который, как я предполагаю, преследовал мой помощник Проктор. На них не стоит тратить время расследования. Его долгосрочные личности — вот, что нам нужно искать в первую очередь. Я не уверен в том, сколько он еще намеревается их использовать, но после того, как он потерял личность Мензиса, и после того, что произошло в Стромболи, я сомневаюсь, что у него их много осталось. На данный момент поддержание двух, трех или четырех параллельных жизней, может быть для него обузой.