Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 1388

Пилот наверно что-то заметил в глазах Проктора, потому что следующие его слова прозвучали почти скороговоркой:

— Послушайте, я ничего не видел. Она поднялась на борт в Шенноне и вполне держалась на своих ногах. А когда мы добрались сюда, она уже была мертва, ее вынесли на носилках, — он прервался. — Пока мы готовились к посадке, тот мужчина… он… натаскивал нас. Объяснял, что нужно сказать чиновникам и сотрудникам аэропорта. Он сказал, что у девушки было какое-то сердечнососудистое заболевание. С такими людьми… на большой высоте иногда случаются приступы… приводящие к летальному исходу.

— А блондинка? С ней — что? Кто она?

— Я не знаю, — пилот начал вращать головой, пытаясь освободиться. — Прошу вас, успокойтесь и не давите так сильно…

Проктор подумал, что и впрямь стоит взять себя в руки. Он отпустил воротник пилота. Тот облегченно вздохнул и кивнул в сторону взлетно-посадочной полосы, раскинувшейся за лобовым стеклом самолета.

— Вон тот сотрудник. Он опрашивал нашего пассажира.

Проктор разглядел невысокого человека в форме, на вид ему было около шестидесяти. Он стоял у входной двери в терминал, и мимо него проходило множество людей.

— Он знает больше всех о случившемся, — настаивал пилот.

Проктор пристально воззрился на него долгим суровым взглядом, после чего молча развернулся и покинул самолет.

Когда Проктор подошел к людному терминалу, сотрудник аэропорта тут же вопросительно взглянул на него. У этого мужчины были усталые, но добрые глаза, волосы он стриг очень коротко и они уже успели поседеть добела.

Завидев Проктора, большинство людей предпочло обойти его стороной, словно ощущая исходящую от него угрозу.

— Goeienaand[666], — поздоровался мужчина.

— Goeienaand, — отозвался Проктор, тут же представившись. Он знал, что официально в Намибии говорили по-английски, но большинство местных жителей свободно владело африкаанс[667]. В прошлом Проктору доводилось участвовать во множестве спецопераций, в которых был задействован этот язык, и благодаря этому он слегка поднаторел в нем.

— Praat Meneer Afrikaans[668]?

— Ja,’n bietjie. Praat Meneer Engels[669]?

— Да, — ответил мужчина, мгновенно переключившись на английский, в котором все же слышался местный акцент.

— Baie dankie[670] — Проктор оглянулся через плечо и взглянул на «Бомбардир». — Я хотел спросить вас о молодой женщине, которую… сняли с того самолета.

— Меня зовут Мазози Шона. И я здесь главный управляющий, — мужчина покачал головой. — Грустно. Очень грустно.

— Что произошло? — спросил Проктор.

Шона внимательно взглянул на него.

— Простите, а что у вас за интерес в этом вопросе?

Проктор на секунду задумался.

— Моя дочь. Это моя дочь… была на том самолете.

Лицо мужчины — и без того печальное — помрачнело окончательно.

— Мне очень жаль. Соболезную. Она умерла. Умерла в полете.

Проктор почувствовал, что что-то в нем надломилось. Он не спал уже почти тридцать шесть часов — с того самого момента, как выбежал из особняка на Риверсайд-Драйв. Почти все это время он находился в состоянии повышенной боевой готовности и под воздействием постоянного груза тревоги не чувствовал усталости. Но теперь она навалилась на него. Он не плакал с шестилетнего возраста, но, заговорив, он услышал, как его голос предательски дрогнул, и почувствовал, как глаза увлажнились от подступивших слез. Догадавшись, что сейчас эта сцена лишь сыграет на руку его спектаклю, он позволил слезам сбежать по щекам.

— Пожалуйста, — пролепетал он. — Пожалуйста, вы должны мне помочь! Я… я старался угнаться за ними… но прилетел слишком поздно. Asseblief[671], мне нужно знать, что там произошло. Вы понимаете? Мне нужно это знать!..

Мужчина по имени Шона взял его за руку.

— Мне очень жаль. Я расскажу вам все, что знаю, то есть почти ничего.

— Что… что сделали с ее телом?

— Ее увезли, сэр. На частном транспорте.

— А что насчет дознания? Медицинской экспертизы? Почему ее не отвезли в больницу… я хотел сказать, в морг?

Мужчина покачал головой.

— Все было организовано еще до посадки. Врача вызвали встречать самолет. Там он и провел первичный осмотр, подписал документы.

Проктор прикусил губу и опустил голову. Его собеседник сочувственно передернул плечами.

— Вы должны понимать. Я главный управляющий… но я не несу ответственности за… это.

Проктор понял. Это была не Америка. Здесь вполне возможно было обойти протоколы, если к делу примешивалась солидная сумма денег.

— Но моя дочь, — покачал головой Проктор. — Моя маленькая девочка… вы абсолютно уверены, что она была мертва? Как я могу знать наверняка, что это действительно была она? Может, это был кто-то другой…

Услышав это, мужчина слегка оживился.

— О, я могу помочь вам удостовериться…

— Я на все готов!

Управляющий поколебался.

— Вам может быть нелегко.

Проктор лишь отмахнулся от его слов. Шона кивнул.

— Тогда следуйте за мной.

Управляющий провел Проктора в терминал, после чего они миновали целый ряд распахнутых дверей и прошли по весьма потрепанному служебному коридору. В конце Шона открыл еще одну дверь и жестом пригласил Проктора войти внутрь. В комнате находилось несколько столов и с полдюжины видеомониторов с процессорами. Двое мужчин в рубашках с короткими рукавами взглянули на вошедших. Перемолвившись с Шоной несколькими словами на африкаанс, эти двое безропотно покинули помещение.

Шона смущенно взглянул на Проктора.

— А теперь, боюсь, я должен просить вас… о некоторой… компенсации. Поймите, это не для меня, а… — и он опустил голову, не в силах продолжить, лишь жестом указав в ту сторону, куда удалились сотрудники безопасности.

— Разумеется, — Проктор опустил руку в сумку и извлек оттуда небольшую пачку купюр.

Шона забрал деньги и так же смущенно кивнул в сторону одного из мониторов.

— Информации немного, но…

Шона сел за стол, а Проктор стал позади него. Несмотря на небольшой размер и потрепанное состояние этой комнаты, система видеонаблюдения аэропорта пребывала в отличном состоянии и была относительно современной. Шона придвинул к себе клавиатуру, набрал несколько команд, вытащил DVD-диск из ближайшего компьютера, сверился с записями — на диске была сделана пометка красным маркером — и вставил его в дисковод.

Он набрал еще несколько запросов, после чего на экране монитора появилось зернистое изображение с временной меткой. На видео показался «Бомбардир» Диогена. Дверь пассажирского отсека была открыта, трап был уже подан. Проктор наблюдал, как человек в льняном костюме поднимается в самолет по его ступенькам — очевидно, это был врач. За ним следовало двое санитаров в униформе. Прошло еще немного времени. Шона ускорил воспроизведение — не было никакого смысла смотреть на просто стоящий самолет. Затем появился доктор, держа в руке бумаги. За ним следовала молодая блондинка, которую Проктор не узнал. Даже на столь некачественном видео он сумел разглядеть ее четко очерченные скулы и светлые глаза. За нею шли два санитара, с некоторым трудом несущие носилки. На носилках находилось чье-то тело, накрытое тканью. Проктор, едва не задыхаясь, наблюдал, как санитары бережно спускали носилки из пассажирского отсека самолета. Как только они достигли нижних ступенек, один из санитаров оступился, из-за чего носилки дернулись и тело, лежащее на них, сдвинулось. Ткань сползла с лица.