Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 1335

На этом Констанс опустила голову, и с ее губ вырвался слабый эмоциональный всхлип.

— Я понимаю. Правила должны соблюдаться. Но просто… я не хочу потерять свою сестру из-за этой… этой викканской религии.

Последовало долгое молчание.

— Ну, я думаю, мы можем сделать исключение. Позвольте, я возьму записи в моем офисе.

Когда она ушла, Констанс на мгновение склонила голову, позволив маленькой улыбке скользнуть по ее лицу. Досада, которую она испытывала при симулировании эмоций, которых она никогда в реальной жизни не испытывала к другому человеку, была оставлена в тени благодаря успешному введению в заблуждение этой самоуверенной женщины. Сделав спокойное лицо, Констанс снова подняла голову, поместила пластиковую картотеку перед собой и извлекла первую папку с надписью «Новый Салем».

Внутри находилось несколько желтоватых бумажных документов. Она положила первое на сукно и осторожно открыла его. Он состоял приблизительно из дюжины страниц, исписанных разборчивым тонким подчерком.

«Записи, описывающие открытие древнего поселения Новый Салем, давно потерянной колонии ведьм в Эксмутских заболоченных землях.

Джедутан Саттер, эсквайр.

Член научного общества антикваров Бостона, исследователь остракона Синухе.

Автор «Fasciculus Chemicus» и «Ключей милосердия и секретов мудрости».

В третий день июля 1871 года я, Джедутан Саттер, эсквайр, после многих недель исследований Эксмутских Болотных Земель, обнаружил поселение ведьм Новый Салем в пустынном месте вдали от жилых домов. Я выяснил расположение Квинкунса, который указывал на церемониальный алтарь в деревне, где совершались кровавые ритуалы и мерзости колдовства. Поэтому, определив местоположение центрального алтаря, я начал копать и обнаружил камень, который являлся богохульным объектом поклонения, в котором содержатся эти дьявольские откровения и мерзости. Это я совершил с благим намерением, согласно велениям Духа Господня, который знает все, и служит предупреждением для всех. И теперь я, Джедутан Саттер, собираюсь уничтожить Мерзкий камень из Нового Салема, чтобы зло, заключенное в его сущности и способное перейти из этого места в другое, больше не могло навредить Миру. Но сначала сделаю выписку знаков, обнаруженных на камне, записываю эти символы для потомков, как они есть, оставляю их во имя Знания и Понимания Господа Бога, который дает мне свою защиту от Зла, которое они содержат».

Квинкунс. Констанс было известно об этой странной схеме, как о массиве из пяти точек, расположенных, как на игральной кости. Квинкунс, как она знала из книг, имел мистическое значение для многих религий.

Она обратила внимание на следующий документ: свернутый, крупногабаритный двойной лист бумаги. С осторожностью она развернула его и увидела тонко прорисованные контуры того, что могло быть только Тибейнским Камнем, по-видимому, реального размера с надписями — теми же пятью символами, которые она видела на теле историка, мистера МакКула.

Она достала свой мобильный телефон и начала фотографировать, вблизи и издали, со вспышкой и без вспышки, работая быстро. Когда она закончила, то просмотрела остальные бумаги, но ничего интересного больше не обнаружила — например, никаких указаний, где было найдено поселение, или почему Саттер искал его в первую очередь. Вместо этого записи состояли из многочисленных цитат из Священного писания и других религиозных бредней. Саттер, как заметила библиотекарь, несомненно, был чудаком. Но даже чудаки совершают интересные открытия.

Миссис Джоб вернулась с листом бумаги.

— Это список наших посетителей, которые приходили за последние шесть месяцев. У нас также есть камера видеонаблюдения, скрытая в том значке «EXIT». Это, конечно, конфиденциально, обычно мы не сообщаем об этом посетителям.

— Большое вам спасибо, — сказала Констанс, беря список. — Я взгляну на него позже. Во-первых, я должна расшифровать эти записи.

— Если это послужит какое-нибудь утешением, — сказала архивариус, — я не удивлюсь, если надписи окажутся бредом. Вздором. Как я уже сказала, Саттер был фантазером.

— У вас есть другие файлы о колдовстве, которые могут помочь мне понять эти символы или определить, являются ли они подделкой?

— У нас есть описание всех ритуалов Салемских ведьм — на микрофишах, потому что оригиналы слишком хрупкие, а также прекрасная коллекция редких книг о колдовстве и демонологии в месте, которое мы называем «Клеткой». Но я не уверена, что это поможет вам найти вашу сестру.

Констанс взглянула на нее, нахмурив лицо.

— Я должна понять их, и только тогда я пойму, почему моя сестра была вовлечена в эту… мерзость. Видите ли, миссис Джоб, цель этих Печатей — поддельных или настоящих — это совершение злодейства, которое является истинным злом этого мира. Но если они действительно поддельные, это может помочь делу с моей сестрой… когда я ее найду.

Два часа спустя Констанс откинулась на спинку стула, моргая. Машина для просмотра микрофишей представляла собой чудо устаревшей технологии 1980-х годов, созданная, по-видимому, для того, чтобы вызывать слепоту после длительного ее использования. Почему здесь не были установлены компьютеры, учитывая, что Историческое общество, очевидно, хорошо финансировалось, оставалось загадкой. Возможно, они просто не хотели облегчать задачу просмотра этих ужасных ритуалов?

Но даже, несмотря на все это, описания ритуалов Салемского колдовства оказались тупиковыми. Стало очевидно, что ведьмы, которые представали перед судом, были невиновными. Однако было несколько случаев, в которых — читая между строк — Констанс ощутила подавляющее впечатление, что там присутствовали настоящие ведьмы, причем как мужчины, так и женщины, участвовавшие в ритуалах колдовства: только не в качестве обвиняемых, а в качестве обвинителей, судей и охотников на ведьм. Это имело определенный смысл: не это ли самый лучший способ посеять страх и ненависть в обществе, и в то же время скрыть свою собственную связь со злом?

Пришло время посетить «Клетку».

Она позвала миссис Джоб, которая показывала путь. «Клетка» располагалась в подвале здания — это было небольшое хранилище, пол, стены и потолок которого были построены из стальных балок — с одной запирающейся дверью. Внутри располагались две полки старинных книг, по одной вдоль каждой из стен, а в центре стоял маленький стол и лампа. Воздух оказался прохладным и сухим, и Констанс слышала, как работает система кондиционирования. На соседней стене размещались различные экологические и атмосферные мониторы и циферблаты, в том числе вращающийся барабан, который, без сомнения, регистрировал температуру и влажность. Это было темное и зловещее помещение, которое — хоть в высшей степени и устаревшее — было украшено современными цифровыми инструментами.

Архивариус заперла Констанс внутри с повторным предостережением носить перчатки на протяжении всего времени. На полке с надписью «Оккультное и Разное» находилось мало книг, не более трех десятков. Большинство из них она узнала по библиотеке Еноха Ленга в доме 891 по Риверсайд-Драйв, которая имела обширную секцию по ядам и колдовству. Она начала изучать заголовки, используя мысленный каталог: здесь был знаменитый «Malleus Maleficarum», «Formicarius» [604] Нидера, «Разоблачение колдовства» Реджинальда Скотта, Французская классика «De la Démonomanie des Sorciers»[605], невероятно темная «Lemegeton Clavicula Salomonis[606]»; и страшный, мрачный призрак «Некрономикон» в переплёте (хотя, без сомнения, миссис Джоб не знала об этом) из человеческой кожи. Констанс уже была знакома с их содержанием и знала, что они не содержат ничего, что могло бы помочь ей расшифровать Печати Тибейна — если действительно существовала дешифровка, которую можно было бы найти.