Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 1303

Адвокат сел в машину, Пендергаст и Констанс помахали ему, машина тронулась и вскоре исчезла из виду. После этого Пендергаст обошел дом. С задней его стороны была старая конюшня, выкрашенная в белый цвет и превращенная в гараж на несколько машин. Сбоку на эвакуаторе стоял подготовленный к отправке новому владельцу винтажный «роллс-ройс-сильвер-рейт», отполированный, как бриллиант.

Констанс перевела взгляд с Пендергаста на «роллс», потом снова на Пендергаста.

— Два мне ни к чему, — сказал он.

— Дело не в этом, — возразила Констанс. — Ты и мистеру Бартлетту, и мистеру Огилби сказал, что позаботился о нашем возращении в Новый Орлеан. Неужели ты имел в виду, что мы поедем на эвакуаторе?

В ответ Пендергаст направился к гаражу, открыл ворота одного из боксов и подошел к машине, укрытой брезентом, — единственной остававшейся здесь, если не считать «роллса». Он стащил с машины чехол.

Под брезентом оказался красный родстер, низкий, с убранным верхом. Он слабо поблескивал в темном боксе.

— Хелен купила его перед нашей свадьбой, — сказал Пендергаст. — «Порше-550-спайдер» тысяча девятьсот пятьдесят четвертого года.

Он открыл пассажирскую дверь для Констанс, сел на водительское место, вставил ключ в замок зажигания, повернул — и оживший двигатель взревел.

Они выехали из гаража. Пендергаст вышел из машины, чтобы закрыть бокс.

— Интересно, — сказала Констанс.

— Что интересно? — спросил Пендергаст, садясь за руль.

— Ты избавился от всего, что было куплено на деньги Езекии.

— Да, в той мере, в какой смог.

— Но у тебя еще осталось немало всего.

— Верно. Многое я получил от моего деда, чью могилу должен посещать каждые пять лет. Это позволит мне сохранить квартиру в «Дакоте» и вообще жить и дальше так, как я привык.

— А особняк на Риверсайд-драйв?

— Его я унаследовал от моего двоюродного деда Антуана. Твоего «доктора Еноха». Естественно, вместе с немалыми инвестициями.

— Естественно. И все же как это занятно.

— Не могу понять, к чему ты клонишь.

Констанс лукаво улыбнулась:

— Ты отказался от имущества одного серийного убийцы — Езекии, но не хочешь расставаться с имуществом другого — Еноха Ленга. Верно?

Несколько секунд Пендергаст взвешивал услышанное.

— Если выбирать между лицемерием и бедностью, то я предпочитаю лицемерие.

— Но вообще-то, если подумать, рациональное зерно в этом есть. Ленг свои деньги сделал не на убийствах, а спекуляциями на железных дорогах, нефти и драгоценных металлах.

Брови Пендергаста взметнулись.

— Я этого не знал.

— Ты еще многого про него не знаешь.

Они сидели молча, слушая урчание двигателя. Пендергаст помедлил, затем повернулся к Констанс и заговорил с некоторой неловкостью:

— Я не уверен, что надлежащим образом отблагодарил тебя и доктора Грин за то, что вы спасли мне жизнь. Причем подвергая свою жизнь такой ужасной опасности…

Она заставила его замолчать, приложив палец к его губам:

— Пожалуйста. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь. Не смущай меня, заставляя повторяться.

Несколько мгновений казалось, что Пендергаст хочет что-то ответить, но он лишь добавил:

— Я выполню твою просьбу.

Он дал газ и вырулил на подъездную аллею, усыпанную белым гравием. Огромный особняк медленно уменьшался в размерах у них за спиной.

— Машина прекрасная, но не очень удобная, — сказала Констанс, оглядывая салон. — Мы что, поедем в ней до Нового Орлеана или до самого Нью-Йорка?

— Может, предоставим самой машине это решать?

И, выехав из пестрой тени великолепных дубов на главную дорогу, Пендергаст нажал на педаль газа, и двигатель откликнулся ревом, который эхом разнесся по заводям и мангровым болотам Сент-Чарльз-Пэриш.

Благодарности

За постоянные поддержку и помощь мы хотим поблагодарить Митча Хоффмана, Линдси Роуз, Джейми Рааба, Калли Шамека, Эрика Симоноффа, Клаудию Люльке и Надин Уоддел. А также наша глубочайшая признательность Эдмунду Куану, доктору медицинских наук.

Дуглас Престон, Линкольн Чайлд

БАГРОВЫЙ БЕРЕГ

Линкольн Чайлд посвящает эту книгу своей дочери Веронике.

Дуглас Престон посвящает эту книгу Эду и Дарии Уайт.

1

Когда раздался стук в дверь, Констанс Грин резко остановила игру на фламандском вирджинале[542], и библиотека погрузилась в напряженную тишину. Она перевела взгляд в сторону специального агента А. К. Л. Пендергаста, сидящего совершенно неподвижно у затухающего камина в тонких белых перчатках. В руках он держал освещаемый пламенем манускрипт. Рядом с ним, на боковом столике стоял наполовину опустошенный стакан Амонтильядо. Констанс вызвала в памяти последний случай, когда кто-то стучал в дверь дома номер 891 по Риверсайд-Драйв — такие оказии в особняке Пендергаста считались весьма редкими. Сейчас воспоминание о том ужасном моменте миазмами распространилось по комнате.

Проктор, шофер Пендергаста, его телохранитель и главное доверенное лицо, возник в библиотеке.

— Следует ли мне посмотреть, кто пришел, мистер Пендергаст?

— Будьте так любезны. Но не впускайте этого человека. Просто узнайте его имя, цель визита и сообщите мне.

Проктор вернулся три минуты спустя.

— Это мужчина по имени Персиваль Лейк, и он желает нанять вас для частного расследования.

Пендергаст поднял ладонь с намерением отмахнуться от этого обращения, однако помедлил.

— Он упоминал характер преступления?

— Нет, он отказался вдаваться в подробности.

Пендергаст, казалось, впал в задумчивость, его тонкие пальцы тихо постукивали по корешку манускрипта.

— Персиваль Лейк… знакомое имя. Констанс, будь так добра, найди сведения об этом человеке на том сайте… как же его? Он еще был назван в честь очень большого числа.

— Гугл?

— Ах, да. Поищи информацию о нем в Гугле для меня, пожалуйста, если тебя не затруднит.

Констанс подняла руки с пожелтевших старых клавиш из слоновой кости, отодвинулась от инструмента, затем открыла небольшой шкафчик, достала оттуда ноутбук и поставила его на передвижной столик. Буквально за мгновение она набрала запрос на клавиатуре.

— Это имя принадлежит скульптору, создающему монументы из гранита.

— Как я и думал, имя явно знакомое, — Пендергаст сорвал перчатки и отложил их в сторону. — Пригласите его.

Как только Проктор покинул помещение, Констанс, нахмурившись, повернулась к Пендергасту.

— Наше финансовое положение настолько плачевно, что ты вынужден подрабатывать?

— Разумеется, нет. Но работа этого человека — пусть и довольно старомодная — вдохновляет. Насколько я помню, его скульптуры восстают из камня подобно «Пробуждающемуся Рабу[543]» Микеланджело. Посему меньшее, что я могу для него сделать, это устроить ему аудиенцию.

Через несколько мгновений вернулся Проктор. Прямо за ним в дверном проеме замер мужчина с довольно яркой внешностью: ему на вид было около шестидесяти пяти лет, голову его окружала копна седых волос, и внешне только волосы прибавляли ему возраста и наводили на мысль о том, что это пожилой человек. Ростом посетитель был около шести с половиной футов и обладал мужественными красивыми чертами лица, его кожа имела бронзовый оттенок загара; мужчина был статен и отличался атлетическим телосложением. На нем был синей блейзер поверх накрахмаленной хлопчатобумажной белой рубашки и коричневые брюки. На вид он казался энергичным и здоровым человеком. Руки его выглядели довольно массивными.