Счастливая жизнь для осиротевших носочков - Варей Мари - Страница 18

– Не уходи, я закончил! Намасте.

– Намасте, – отвечаю я, не зная, обращается он ко мне или к коврику.

Пока Крис выуживает свои очки из миниатюрного дзен-садика, на котором лежит айпад, я успеваю изучить вдохновляющие цитаты на фоне заснеженных гор, висящие в рамках на стенах: «Те, кто грезит днем, осведомлены о многих вещах, которые ускользают от тех, кто грезит лишь ночью, Эдгар Аллан По». «Люди, которые не знают, куда идут, потом удивляются, что пришли не туда, Пьер Дак».

– У меня отличные новости! – объявляет Крис. – Я организовал еженедельный сеанс медитации для сотрудников! Будем проводить их по четвергам в двенадцать ноль-ноль!

– Крис, не знаю, видел ли ты те одиннадцать писем, которые я отправила тебе на прошлой неделе, но ты не ответил ни на одно. Нужно одобрить смету консультанта по налогам.

– Ах, это… – бормочет Крис с таким видом, будто я говорю о какой-то ерунде. – Никто уже не смотрит почту, на дворе не девяностые. Если есть вопросы, пиши в «Слак». Но я доверяю тебе, Алиса. Ты хорошо знаешь свою работу.

Только это не моя работа, хотя в наивной вере Криса есть что-то трогательное. Я пытаюсь мягко объяснить:

– Кристоф, нельзя соглашаться на все подряд, даже не проверив цену. Учитывая сумму, которую вы с Джереми вложили в «ЭверДрим», и учитывая наши фиксированные расходы, компания продержится на плаву всего несколько месяцев. Мы рискуем обанкротиться еще до выхода приложения…

– Джереми обещал, что приложение выйдет в течение месяца.

Я не знаю, как втолковать Крису, что без приложения нет прибыли. У Реда, который должен заниматься продвижением продукта, нет продукта, который нужно продвигать, ему скучно, он коротает время в соцсетях или за игрой в «Кэнди краш».

– Тебе следует поговорить с Джереми. Пока приложения нет, деньги мы не заработаем. Пора ему взяться за дело всерьез.

Крис корчит гримасу – ни дать ни взять ребенок, которого отчитали, – и отвечает:

– Не волнуйся, Алиса. Уже в первый месяц наше приложение скачают десять тысяч людей! Ты сама видела бизнес-план! Стремиться к меньшим целям – значит принять посредственность, а мы в «ЭверДрим» с ней боремся!

Это заявление меня не успокаивает: то, что Крис гордо именует «бизнес-планом», представляет собой презентацию с непонятным графиком и случайным набором чисел. Стоит ли говорить, что ни один инвестор не воспримет такой «бизнес-план» всерьез?

– Это не посредственность, а здравый смысл… Мы должны ограничить расходы, по крайней мере, до официального релиза приложения. Хорошо?

– Да, мам, – насмешливо отвечает Крис. – У тебя все?

Колеблюсь, чувствуя неловкость.

– Я хотела попросить об услуге… Можно взять у тебя машину в следующую субботу? Знакомая устраивает вечеринку, и ей предстоит много покупок…

– У меня нет машины. Извини. Я мог бы спросить у своей подруги, но она сейчас в Нормандии…

В следующую секунду Крис дважды стучит по правому блютус-наушнику, отвечая на звонок:

– Крис Лемуан слушает.

Я понимаю, что разговор окончен, и выхожу из кабинета.

Ближе к полудню в офис врывается Джереми. Он не один. Его сопровождает девочка лет пяти или шести с прозрачно-голубыми глазами – такими же, как у ее отца. Джереми пересекает помещение, одну руку засунув в карманы куртки-бомбера, а другой ведя девочку, которая радостно бормочет что-то под нос. Усадив девочку в угол с книжкой, Джереми скрывается у себя в кабинете.

Крис отказывается принимать меры, поэтому у меня нет выбора, кроме как принять их самой. Встаю и, подойдя к кабинету, понимаю, что Джереми разговаривает по телефону. Из открытой двери доносится его низкий голос. Обычно спокойный, сейчас он звучит сухо и раздраженно. Я невольно слышу часть разговора:

– Дело в другом! Хватит давать пустые обещания. Ей семь, черт возьми! Пойми, ей больно, когда ты клянешься взять ее в отпуск, а потом уезжаешь на две недели одна, даже не предупредив!

На скулах, покрытых темной щетиной, играют желваки, а светлые глаза потемнели от злости. Впервые вижу, чтобы Джереми проявлял столько эмоций! Делаю шаг назад, смущенная тем, что подслушала этот личный разговор, но Джереми оборачивается и видит меня сквозь стеклянную стену.

– Ты ко мне? – спрашивает он, убирая телефон от уха.

– Это не срочно. Я загляну попозже.

– Нет. Подожди секунду. – И продолжает в трубку: – Все, мне пора работать.

Он без дальнейших предисловий отключается и кладет телефон на стол.

Я подхожу поближе, и Джереми смотрит на меня пронизывающим взглядом, от которого мне каждый раз становится не по себе. Понимая, что я не вовремя, прочищаю горло и говорю:

– Мне важно знать, правда ли приложение будет готово в течение месяца.

– Сегодня утром мне позвонил Крис и сказал, что, по твоим словам, мне пора «взяться за дело всерьез».

Ирония в его тоне говорит о том, что он истолковал мои слова превратно. Если так подумать, я и правда выразилась не лучшим образом. Кусаю губу.

– Я не хотела действовать за твоей спиной, но я уже не знаю, что делать: трат у нас много, а доходов нет и не будет, пока не появится приложение. Мы не можем позволить себе ходить в караоке и заниматься йогой в обеденный перерыв…

– Я понимаю твое недовольство, Алиса, но нам спешить некуда. Стартап – это не инвестиционный банк. Здесь нужен другой подход.

Видно, что Джереми пытается сохранить самообладание, но после телефонного разговора его желваки по-прежнему напряжены. Я выдавливаю улыбку.

– Да, возможно. Но без денег ни одна компания не сможет остаться на плаву. Это касается как банка, так и стартапа. Крис говорит мне набраться терпения, но…

– Крис – твой начальник, – отрезает Джереми. – Тебе следует его слушать. Так это обычно работает.

Сжимаю кулаки, пытаясь сдержать раздражение.

– Видимо, вы с Крисом можете позволить себе открыть еще один стартап. Я рада за вас. Но что будет с Реда и Виктуар, если через полгода они снова окажутся без работы? – резко спрашиваю я, обиженная властным тоном.

Джереми раздраженно приподнимает бровь, однако мой аргумент действует: тон он смягчает.

– Разработкой приложения занимается Виктуар. Она не такая опытная, как утверждала, поэтому ей нужно время.

– А ты не можешь ей помочь?

– У меня других дел хватает.

С этими словами Джереми снова берет в руки телефон и, раздраженно хмуря лоб, прокручивает экран. Пораженная такой флегматичностью, издаю недоверчивый смешок.

– За что именно ты получаешь здесь деньги? – вырывается у меня.

Чувствую, как ногти впиваются в ладони. Я понимаю, что этот разговор не приведет ни к чему хорошему, понимаю, что должна уйти, пока еще не поздно, и помалкивать, но одна мысль о том, что я останусь без работы, пугает меня до чертиков.

Джереми убирает телефон и возводит глаза к потолку.

– Для специалиста по финансам ты плохо осведомлена. Я партнер и владею долей в компании, но денег не получаю, пока нет прибыли. Поэтому у меня есть и другие проекты. Прошу меня извинить.

– Джереми, – говорю я, пытаясь побороть злость, – создание приложения, которое сведет осиротевшие носки, – это не разработка лекарства от рака. Оно давно должно было быть готово.

– А давно ты стала экспертом по разработке мобильных приложений?

– Нет, но я поспрашивала об этом остальных.

Некоторое время Джереми равнодушно взирает на меня, потом складывает руки на столе и, не сводя с меня взгляда, спокойно продолжает:

– После собеседования ты сказала, что наша идея – несусветная чушь. Так почему теперь рвешься спасать тонущий корабль?

Замираю, словно меня оглушили, и через мгновение прихожу к неоспоримому заключению: Джереми плевать на осиротевшие носочки. Не знаю, почему он вложился в проект, но точно не потому, что верит в его успех. Его вопрос закономерен: теоретически мне должно быть все равно. Я устроилась в «ЭверДрим» потому, что мне нужна была работа. Любая работа. Впервые услышав о бизнес-идее, которую они собираются реализовать, я сочла ее полным бредом. Но теперь, когда я узнала Криса, Реда и Виктуар поближе, я чувствую на себе ответственность. Я даже не заметила, как оказалась вовлечена в проект. Наверное, у меня на лице отражается целая гамма чувств, потому что Джереми наблюдает за мной так внимательно, словно пытается понять, что происходит в моей голове.