Дорога к призванию. История русской студентки, которая мечтала увидеть Америку - Холов Любовь - Страница 24

– Вика, ты знаешь, кто такие хиппи? – зачем-то задала она мне встречный вопрос.

– Мама говорила, что отец был хиппи в молодости. У нас есть фотографии, где он в широких расклешенных штанах. Это все, что я знаю о хиппи.

Официантка по-доброму улыбнулась:

– Ты еще ребенок. Конечно, ты не знаешь… А для нас это была жизнь. Кажется, как будто вчера я первый раз сбежала из дома с моим первым парнем. Тогда все было впервые. Мы хотели просто быть свободными, бродить по Америке, слушать рок-н-ролл и заниматься сексом. Статус, деньги – все это было не важно.

– А у вас тогда не было такого понятия, что секс возможен только после свадьбы? – перебила я ее эйфорические воспоминания. Я была воспитана именно так. И в мои 22 года этот вопрос все больше и больше волновал меня. Тем, кому нравилась я, обычно меня не интересовали, а вот такие как Влад, которые нравились мне… Постоянно была какая-то нестыковка, и я покорно оставалась девственницей.

– You have to try it before you buy it! – ответила официантка. (Оставлю ее ответ на английском. Мне кажется эта фраза очень хорошо звучит именно так. Это означает: «Ты должен попробовать перед тем, как что-то купить»). – Ты же не хочешь потом всю жизнь жалеть о том, что приобрела?

Я залилась багрянцем:

– Я просто спрашиваю…

– В сексе нет ничего предосудительного, Вика. Это наслаждение, это полет… зачем себе в этом отказывать? Особенно если рядом горячий мужчина, который тоже не против полетать. Приведет это к свадьбе или нет, это уже другой вопрос, но ожидание принца на белом коне может оказаться очень долгим и мучительным, – она говорила это так легко и открыто. Рядом стояли не только женщины, но и мужчины, и я сгорала со стыда только слушая ее.

Для этих людей разговоры о сексе были все равно, что разговоры о погоде. Они рассказывали о том, сколько оргазмов у них было за ночь. Если кто-то был не в настроении, другие просто говорили: «Не обращай внимания, у нее просто вчера не было секса».

Сцена 32. ЧТО ДЕЛАТЬ?

– Вик… – шепнула Мила.

– А? Ты почему шепчешь? – тоже шепотом спросила я.

– Не хотела тебя напугать, – уже громче заговорила Мила, – ты так засмотрелась на звезды. Замечталась, наверное?

– Да, представила, как может все выглядеть после года жизни в Америке. Мы учимся в Американском ВУЗе, работаем в какой-нибудь компании по специальности, свободно разговариваем на английском…

– Ну, давай еще раз. Плюсы и минусы Америки и России, – перебила меня Мила.

– Ой, Мил, я уже замучалась об этом думать.

Каждый день после работы в 11 – 12 ночи мы покупали две банки пива и шли к бассейну. Основной темой бесед был вопрос, оставаться нам в Америке или нет. У нас была куча фактов и примеров. И кто первым что сказал, мы уже и не помнили.

– Вик, вопрос серьезный. Мы должны прийти к какому-то внятному заключению! – логика Милы, как всегда, работала на пять с плюсом.

Сегодня выдалась красивая звездная ночь, и мне так не хотелось говорить. Хотелось просто лежать и смотреть на звезды. Может быть, даже уснуть на этом удобном лежаке. Но я знала Милу: ей такие высказывания как «давай завтра» никогда не нравились. Я приподнялась и приняла сидячее положение, чтобы серьезно начать участвовать в дебатах.

– Итак, плюсы Америки: это страна широких возможностей, – начала я.

– Давай сразу уточнять, каких именно возможностей, – докапывалась Мила.

– Возможностей устроиться на работу без связей, – уточнила я.

– Согласна, что еще?

– Еще английский – международный язык, и если мы будем хорошо его знать, нам открыта дорога во многие крупные предприятия в России.

– Так, подожди сейчас не про Россию. Давай все-таки чисто про Америку.

– В Америке высокая степень безопасности. Полиция и скорая приезжают за несколько минут. Американцы – законопослушный народ, никому не нужно платить взятки, все тебе улыбаются, на улицах стерильная чистота… Вроде все, – остановилась я.

– Ну а, соответственно, противоположное этим плюсам: трудно найти работу без связей; никогда не знаешь, когда приедет полиция или скорая, если, не дай Бог, что-то произойдет; сделал шаг – плати взятку, сделал два – плати взятку; грязь; грубость – все это минусы России, – на одном дыхании выпалила Мила.

– Логично! – согласилась я, – Мил, давай теперь ты перечисляй плюсы России.

– Давай. Россия, да? – задумалась Мила. – Россия – щедрая душа!

Кто так говорил?

– Мил, давай по делу, – теперь я была в роли критика.

– Так я и по делу. Я имею в виду, что в России все щедро, душа у людей широкая. Гулять так гулять, стрелять так стрелять. Так Розенбаум поет. Вот!

– Да, Розенбаум – классный мужик! – вспомнились мне песни под гитару, которых в Америке я пока ни разу не слышала.

– Здесь все индивидуалисты. Вспомни, как тебе одна из официанток в ресторане рассказывала, что когда ей не хватало на что-то денег, никто ей не предложил занять, все сделали вид, что даже не слышат ее. А ей нужно было лишь пару сотен, – напомнила мне Мила.

– Ты права, здесь все рассчитывают только на себя. Но мы-то есть друг у друга.

– Мы есть, но мы же сейчас общие черты рассматриваем. Так вот дальше. В России бесплатная медицина, и когда нужно вызвать скорую, ты не боишься, что потом тебе придется весь следующий год работать, чтобы оплатить счет за лечение. Даже если эта скорая приезжает не так быстро, как в Америке, – Мила разгорячилась.

– А еще прикинь. У мужа одной из официанток случился инфаркт, она вызвала скорую, послали вертолет, но все равно не успели, муж скончался. И ей после этого прислали счет на 15 000 долларов. Им даже не пришлось ничего делать. Он уже умер, когда они прилетели. Она сейчас оспаривает этот счет, но сам факт!

– Не дай Бог такого… В Америке лучше не болеть, а то потом еще больше заболеешь, когда увидишь счет от врача, – качала головой Мила.

Мы обе замолчали. Флоридская ночь была спокойной, легкий ветерок создавал небольшие волны в бассейне. В наших же душах волнения были гигантские. И хочется и колется, и непонятно, как будет лучше. Никого, кроме нас, возле бассейна не было. В два часа ночи все нормальные люди давно спят.

– И еще в России рядом родственники и друзья. Все говорят на родном языке. Не нужно каждый раз напрягаться, чтобы понять, что тебе только что сказали, – добавила Мила.

– Да, но ты же знаешь, если находиться в зоне комфорта, роста не будет.

– Знаю, Вик, знаю…, но когда это просто фраза из книги, с ней соглашаешься намного охотнее, чем когда это происходит в твоей жизни. Гарантий-то нет, что этот выход из зоны комфорта принесет тебе пользу. Может, просто искалечит.

Сцена 33. МГНОВЕННАЯ СМЕРТЬ

…прошло четыре месяца с момента моего приезда в Америку.

Я лежала на кровати в нашей флоридской квартире и тупо смотрела в потолок. Он был белым. Стены тоже. На моем сердце только что появилась еще одна кровоточащая рана, и я не понимала, зачем мне оставили эту белизну вокруг. Забрали бы уже и ее. Чего уж там?

«Хорошо бы взять черную краску, закрасить все вокруг, выключить свет и просто исчезнуть, – думала я. – Братик, я тебя люблю! Илюш, нет… вернись! Господи, почему? Илюш, как я без тебя? Кааааааак? Неужели, это правда произошло? Господи, ну почему у нашей семьи такая судьба? Что мы делаем не так? Илюш, воскресни! Чудеса же происходили, почему бы и сейчас… Господи, что мне делать с этой жизнью, которая мне тобой дана? Мне всего лишь 22, а я чувствую себя на 50. Никита, ему 20, мама… Что отдать, чтобы им было хорошо? Я готова отдать все! Правда, что у меня есть?.. Жизнь? А есть ли она у меня? Все такое игрушечное, мы – пешки. Наши жизни, чувства, страдания – это всего лишь чей-то план на земле. Я понимаю, что так нельзя говорить, но если так оно и есть!?! Конечно, я не знаю, с какой целью все это делается, но это безумно жестоко!»