Разбойничья злая луна - Лукин Евгений - Страница 56

– Да ладно вам! – отмахнулся полковник. – Дальше!

– А собственно, всё. Я рассуждал так: если голос действительно берёт информацию из официальной прессы, то сегодня его жертвой станете вы. Вообще-то, я надеялся успеть сюда до поступления газет в продажу… Гнусная машина этот «лемминг», но на военной я лететь не решился – голос их приземляет.

– Вы вели самолёт сами?

– Что вы! – сказал гость. – Летел с пилотом. Но вы не беспокойтесь – это мой сотрудник. Сейчас он опрашивает лётчиков…

«Скверно… – подумал полковник. – Вечно нам, из Старого Порта, не везёт…»

– Так я слушаю вас, – напомнил контрразведчик.

Пришлось рассказывать. Поначалу гость понимающе кивал, потом вдруг насторожился и бросил на полковника быстрый оценивающий взгляд. Дальше он уже слушал с откровенным недоумением. Дождавшись конца истории, усмехнулся:

– Негусто…

– У меня создаётся впечатление, – холодно сказал полковник, – что вы сомневаетесь в моих словах.

– Правильное у вас впечатление, – нимало не смутясь, отозвался гость. – Именно сомневаюсь.

– И, позвольте узнать, почему?

Контрразведчик снова взглянул в глаза и тихо, ясно произнёс:

– Говор Старого Порта ни с каким другим не спутаешь. А ведь вы даже словом не обмолвились, что он ваш земляк.

«Ну вот и влип, – подумал полковник. – Конечно же, им всё это известно…»

– Да… – в затруднении проговорил он. – Да, разумеется, мне показалось, что… но, знаете, это, в общем-то, мои домыслы… А я старался излагать факты…

В эти мгновения полковник был противен сам себе.

Полковой священник вошёл в кабинет без стука и сразу поднял руку для благословения. Полковнику и контрразведчику пришлось встать.

– Дети мои… – прочувствованно начал священник, что, как всегда, прозвучало несколько комично. Уж больно он был молод – моложе полковника.

Забавный малый – он, наверное, в детстве мечтал стать военным. Сутана слегка перешита, отчего в ней появилось нечто щеголевато-офицерское, держался он всегда подчёркнуто прямо, проповеди читал, как командовал, и рассказывали, что однажды, повздорив с приходским священником, обозвал того шпаком.

– Дети мои, – в тяжком недоумении вымолвил он. – Как могло случиться, что я среди вас оказался?

Его качнуло вперёд, и в три вынужденных шага он очутился перед столом.

– Свидетельствую! – с отчаянием объявил он. – Слышал глас Божий и свидетельствую!..

– Вы где взяли спирт, святой отец?

Юноша в сутане смерил полковника презрительным взглядом.

– Екиспок, – с достоинством изронил он. Озадаченно нахмурился.

– Что? – брезгливо переспросил полковник.

Лицо священника прояснилось.

– Епи-скоп… меня сюда поставил… А не вы, сын мой.

– Как вы смели напиться! – процедил полковник. – Вы! Пастырь! Что вы там себе напридумывали! Какой глас Божий? Это террорист! Против него ведётся следствие!

Священник вскинул голову.

– Опять? – с ужасом спросил он. Полковник понял, что сболтнул лишнее, но тут вовремя вмешался гость.

– Святой отец, – смиренно, чуть ли не с трепетом, обратился он к священнику, – вы слышали глас Божий?

– Слышал, – глухо подтвердил тот.

– И что он вам сказал?

– Он сказал… – Священник задумался. – Он сказал: истребители-бомбардировщики – дьявольское наущение…

– Да не говорил же он этого! – перебил полковник, но гость жестом попросил его умолкнуть.

– А вы не помните, святой отец, кто закупил эти истребители-бомбардировщики?

– Дьявол, – твердо сказал священник.

– Нет, не дьявол, – ласково поправил его гость. – Их закупил Президент. Кесарь, святой отец, кесарь.

Юноша в сутане недоверчиво уставился на контрразведчика.

– Голос… – пробормотал он.

– Да! – с неистовой страстью проповедника возгласил гость. Полковник вздрогнул. – Голос! Чей голос может учить: «Не отдавайте кесарю кесарево»? Чей, если Господь учил нас совсем другому?

Полковнику показалось, что ещё секунда – и священник потеряет сознание.

– Не вы первый, – проникновенно, тихо произнёс гость. – Вспомните Антония, святой отец! Сатана многолик, и он всегда искушает лучших.

– Что-то плохо мне… – совершенно мальчишеским голосом пожаловался священник, поднося ладонь к глазам.

– Вызовите кого-нибудь! – шепнул гость полковнику. – Пусть уложат спать и проследят, чтобы глупостей не натворил…

Священника вывели под руки.

– Спасибо, – искренне сказал полковник. – Ума не приложу, как это я мог о нём забыть! Конечно же, он пошёл к механикам и надрался.

– Зря вы с ним так жестоко, – заметил гость. – Встреча с голосом – это ведь не шутка. Не у всех нервы такие крепкие, как у вас. Были случаи – стрелялись люди… А то при нынешней обстановке нам только и не хватало какой-нибудь новой секты с политической программой.

– Ловко вы всё повернули, – сказал полковник. – Дьявола – в бога, бога – в дьявола…

– Работа такая, – отозвался гость, и тут кто-то пинком отворил дверь.

В кабинет шагнул коренастый технарь с сержантскими нашивками на рукаве серого комбинезона. Выражение лица – самое свирепое.

– Вы арестовали священника? – прорычал он.

Полковник резко выпрямился в кресле и прищурился. Под этим его прищуром коренастый злобно заворчал, переминаясь, и по истечении некоторого времени принял стойку смирно.

– Вы арестовали священника! – угрюмо повторил он.

– Так это вы его напоили? – осведомился полковник.

– Так точно! – с вызовом сказал коренастый. – Но я же не знал, что ему одной заглушки хватит!

– Заглушки? – с проблеском интереса переспросил гость.

– Это такая крышечка с резьбой, – пояснил полковник.

– Мало ли что он вам тут наговорил! – выкрикнул коренастый. – Он же ничего не соображал! Он мальчишка! Он жизни не видел! За что тут шить политику?

– Да вы, я вижу, и себя не обделили, – зловеще заметил полковник. – Заглушки три-четыре, а? Кто ему шьёт политику? Его отвели проспаться. А вот вы сейчас пойдёте к дежурному и скажете, чтобы он записал вам две недели ареста. И вообще пора бы знать, что в таких случаях начинают не со священников.

Коренастый сержант вздрогнул и вдруг двинулся с исказившимся лицом на контрразведчика.

– Попробуйте только тронуть полковника, – с угрозой произнёс он. – Вы с аэродрома не выберетесь…

– У вас, полковник, огромная популярность среди нижних чинов, – кисло заметил гость. – Я начинаю опасаться, что мне здесь в конце концов размозжат голову.

– Я же знаю, что вам нужно! – почти не скрывая злорадства, бросил сержант. – Все уже знают! Вам нужно найти голос, да? Что вам тут говорил священник? Что он слышал Бога? А я вам точно могу сказать, чей это был голос. Сказать?

– Ну скажите… – нехотя согласился гость. Он выглядел очень утомлённым.

– Это был мой брат! – хрипло проговорил сержант.

– Ну и что? – вяло спросил гость.

Сержант растерялся. Он ожидал совсем другой реакции.

– Вам это… неинтересно?

– Нет, – сказал контрразведчик. – Но вы же все равно от меня не отвяжетесь, пока я не спрошу, кто такой ваш брат и где его искать.

– На кладбище, – сдавленно произнёс сержант. – Пятое солдатское… Одиннадцатая могила в третьем ряду… Он погиб четыре года назад…

Внезапно полковнику стало страшно.

– Ваш брат, – запинаясь, спросил он, – жил в Старом Порту?

– Никак нет, – глухо ответил сержант. – Мы жили в столице.

– Понятно… – в растерянности сказал полковник и обернулся к гостю. – Сержант вам ещё зачем-нибудь нужен?

– Да он мне как-то с самого начала не очень был нужен, – брюзгливо отозвался тот.

– Можете идти, – поспешно сказал полковник.

Дверь за сержантом закрылась без стука.

– Я бы, конечно, мог отдать его под трибунал… – У полковника был крайне смущённый вид.

– И весь техперсонал в придачу? – проворчал гость. – Теперь, надеюсь, вы понимаете, что это такое – голос?