Меч теней (ЛП) - Гастрейх Карин Рита - Страница 65

Оставшиеся солдаты толкали друг друга, выстраиваясь в ряды, пока все не встали с обнаженными мечами и настороженными лицами, глаза сияли в свете факелов, взгляды были устремлены на темную дорогу.

Наступила тишина, столь же зловещая, как и крики, посеявшие хаос несколько мгновений назад. В начале перевала сохранялась жуткая завеса огня. Деревья начали греметь и трястись. Ледяной туман поднялся над землей.

Дростан глубоко вдохнул, привязывая свой дух к сердцу горы.

Экату. Сепуэнем ал мелан думэ, Эрехай абнам ал шуэ.

Земля дрожала, словно под напором тысячи лошадей. Дростан осмотрел область под Хребтом Фаэлона, но все было окутано тьмой. Каждый звук, каждый инстинкт указывал на быстрое приближение сырнте, но факелов не было видно.

— Маги, — позвал он. — Эн эхан!

Воины выпустили янтарные дуги, которые зажгли кусты и деревья, осветив дорогу в тридцати шагах впереди. Высокие ветки протестующе загудели, листья и хвоя зашипели, когда огонь превратил их в парящий пепел.

— Рехорнем энем!

Прежде чем пылающие деревья успели повалиться, из тьмы впереди выскочила орда демонов. Монстры бросились на засеки и очистили их одним прыжком, вытянув длинные конечности, когда они ворвались в центр линии Дростана.

Люди в ужасе разбегались, а их товарищи были схвачены и разорваны на части. Демоны атаковали с кошмарной яростью, черные когти затмили свет горящих деревьев.

Дростан пригнулся, когда демон пролетел над ним, приземлился и развернулся. Монстр поднялся с вытянутыми светящимися руками и ударил рыцаря по голове. Дростан увернулся от удара и ринулся вперед, низко взмахнув мечом. Лезвие погрузилось в живот, словно проглоченное вязкой жидкостью. Существо вскрикнуло и отшатнулось, размахивая руками, а из раны сочились тени.

На глазах ошеломленного рыцаря монстр оправился, его плоть стала целой.

Демон Наэтер снова атаковал. Дростан прыгнул в сторону, его меч вонзился в плечо демона и отсек ему руку. С пронзительным воем существо покатилось прочь, оставив ампутированную конечность, бьющуюся в конвульсиях, у ног Дростана.

Наем антаэ!

Белое пламя вырвалось из ладони Дростана и поглотило руку с черными когтями. Рыцарь прыгнул на искалеченного монстра, нанося удары по голове и конечностям, разбрасывая куски и поджигая их магией.

— Расчлените их сталью! — крикнул он воинам-магам поблизости. — Сжигайте останки.

Слово распространилось. Дростан двигался среди своих людей, подгоняя их, пока они рубили и поджигали своего врага. С растущей уверенностью они продвигались вперед, пока вторая стая наэтерских демонов не принесла новую волну ужаса.

Самый большой из них упал на Дростана, вбив его в землю, рассекая броню и разрывая обнажённую плоть. Рыцарь вскрикнул, когда боль пронзила его тело. Меч был выбит из его рук.

Призвав чары, Дростану удалось выползти из-под монстра. Он пробирался по корням и опавшим листьям, но защита не выдержала. Холодные когти глубоко вонзились в бедра Дростана. Существо оторвало рыцаря от земли и швырнуло его в большой ствол.

Оглушенный, Дростан упал на землю. Вдохи обжигали его ребра. Он заставил себя встать на ноги, прислонившись к старому дереву. Горячая кровь текла по его спине и ногам. Его пронзила сильная дрожь. Демон Наэтера вскочил.

Эхекату, фэом думэ!

Сила вырвалась из его ядра, сбив демона Наэтера с ног. Дростан рухнул на колени, чувствуя головокружение от силы заклинания и быстрой потери крови. Лес колебался на краю его сознания.

Демон Наэтер восстановил свою опору, чтобы снова противостоять ему. За ним рухнуло всякое подобие порядка. Десятки мужчин лежали мертвыми. Горстка воинов-магов все же стояла. Другие кричали от мучений, когда демоны разрывали их груди и с пылом пожирали их сердца.

Они уже были разбиты, и Дростан не мог знать, сколько еще таких монстров ждет недалеко.

— Бегите! — голос рыцаря был хриплым, но он разносился по всему хаосу и вторил немногим оставшимся мужчинам. — В долину, а оттуда в Римсавен!

Солдаты бежали пешком или на лошадях. Воины-маги повалили последние из горящих деревьев и призвали форму Совы, чтобы улететь.

Остался только Дростан, его ноги были слишком слабы, чтобы бежать, его магия была почти истощена.

Демон присел перед Дростаном, раскачиваясь в терпеливом ритме. В его огромной пасти Дростан увидел пустынные глубины тюрьмы Подземного мира, царства истощенной магии и медленного разложения. Вокруг него столпилось еще больше таких же, смерть светилась в черных бездне их глаз.

Пройдя вперед, Наэтерский Демон прижал рыцаря к стволу за горло. Дыхание Дростана оборвалось от непрекращающейся боли. Тени прорезали его зрение. Монстр сорвал с него нагрудник, дрожа от злобного и голодного мурлыканья.

Дростан закрыл глаза и потянулся к сердцу старого дерева за его спиной.

Эхекат, нэом энем.

Боги ответили. Щупальца могучего духа дуба скользнули в вены Дростана, пополняя дыхание, которого его лишили. Когда ледяной коготь демона вонзился ему в грудь, Дростан стал единым целым с лесом. Его плоть не раскрылась, а превратилась в грубый слой коры. Его ствол расширился, захватив когти Наэтерного Демона и проглотив его руку.

Монстр жалобно завыл, пытаясь убежать.

Ветви Дростана росли, скручивались, стонали и падали на Демонов, опутывая их сетью древесных лоз, вознося их к неумолимым небесам, пока дерево не содрогнулось под тяжестью стольких смертей. Живое дерево почернело. Ветки засохли и увяли. Ствол раскололся с громовым треском. Древний дуб упал, его крона с грохотом рухнула на дорогу, в оставленные позади пылающие деревья. Ветви и листья вспыхнули в одно мгновение, пожирая демонов в огненной хватке.

Пока широкий ствол трещал и дымился, дух Дростана выскользнул из дуба. На другой стороне пропасти он услышал зов своих братьев и сестер, манивший его к месту, где усталые воины могли, наконец, найти свой покой.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Прошение Ришоны

Сырнте с триумфом вошли в долину Эрунден под голубым небом, усеянным белыми облаками. Знамена алого и золотого цвета трепетали на ветру, наполняя узкую равнину цветом и движением.

Люди были в хорошем настроении. За последние недели они понесли мало потерь, а власть Ришоны над демонами Наэтер соблазнила их иллюзией несокрушимости. Они обменивались смехом и непристойными шутками, когда возводили палатки, и кланялись в почтении всякий раз, когда Сан'иломан проходили среди них.

Несмотря на радостное настроение армии, Ришона ехала с подавленным духом. Когда она в последний раз вошла в Эрунден, ее надежды на корону Мойсехена рухнули. После поражения Эрнана Мехнес забрал ее на земли Сырнте, на верную смерть.

Теперь она снова стояла здесь, ее армия была больше, чем когда-либо. Боги дали ей второй шанс. За это она была благодарна. За этой долиной ждали драгоценные рудники Селкинсена, железные холмы Мойсехена и реки магии, протекавшие под Селен. Победа была в пределах ее досягаемости, а вместе с ней и корона ее убитого отца.

По ее плечам пробежала дрожь.

«Эрунден — хранитель моей судьбы».

Она слышала шепот Говорящих Голосов, но закрыла свой разум от их бормотания, опасаясь того, что еще они могут сказать.