Борьба за Мальвию (СИ) - Сергеевич Константин - Страница 17

— Кто успел тот и съел! — раздался его затихающий голос из коридора.

Компания из четверых спутников расположилась в дальнем углу таверны. Старший Лоттерн и Лаки сели лицом в сторону входа, чтобы иметь возможность контролировать входящих людей, в то время как Каллен и принц за обе щеки уминали славное жаркое. Лаки с неподдельным интересом наблюдал, как в Каллене исчезает одно блюдо за другим, одобрительно кивая, когда Каллен переходил от одного к другому.

— Вот это по нашему. Икусство набить пузо не каждому дано. Никогда не знаешь, куда заведет тебя дорога, так что уметь подкрепиться — это святое! — восторженно говорил Лаки, обгладываю кость за костью.

Эддрик старался не отставать от Каллена, попутно шепотом донимая героя о его похождениях. Лаки отшучивался и травил байки, от которых у юношей текли слезы из глаз со смеху.

— И я ей значица говорю, натягивая сапоги: «Сударыня, а с чего вы изволили решить, что я герцог?» А она мне говорит: «Помилуйте, вы сами вчера таковым мне представились!» Я ей: «Видимо мой рассудок помутился от вашей красоты и выпитой бутылки настойки накануне вечером.» — с хохотом рассказывал герой.

— Еле ноги унес в тот вечер, сущая дьяволица оказалась. — поделился Лаки подмигивая юношам.

Пунцовый принц, поперхнулся сидром, но с интересом продолжал слушать. Даже на лице старшего Лоттерна расплылась улыбка. Непосредственная манера общения Лаки оказала благотворное воздействие на всю компанию. После последних дней сдеть вот так в таверне, представлялось для Каллена лучшим из всех возможных времяпровождений.

— Ладно, Лаки, завязывай со своими байками, а то еще чуть чуть и парни подавятся едой и придется тебе опять тащить кого-нибудь на спине. — в шутку пригрозил Лоттерн. — Я обошел аккуратно центральную часть городка, вроде бы все спокойно. — Продолжил Брэндон. — Никаких намеков на орденцев не видно. Четверка средненьких лошадей уже в стойлах конюшни у таверны, так что вечером будем выдвигаться в путь. — на этих словах старшего Лоттерна дверь в корчму приоткрылась.

Каллен, сидящий спиной к двери, увидел, как лица Лаки и Брэндона напряглись, но буквально через мгновенье от былой настороженности не осталось и следа, и они продолжили разговор, чуть понизив голос. За спиной Каллена зашаркали шаги и в поле его с принцем зрения появились две фигуры в знакомых одеяниях. Первой мыслью Каллена, было одно слово — Орден. Спокойный взгляд отца успокоил Каллена и присмотревшись к вошедшим повнимательнее, юноша понял, что это не братья ордена. Больше всего новоприбывшие были похожи на служителей одного из культов, коих немерено расплодилось по всему материку в последнее время.

— Нам бы комнату на двоих и и две тарелки похлебки. — раздался довольно молодой голос.

— Десять медяков. — буркнул трактирщик. — Что-то многовато ваших в последнее время тут проходит. Сборище у вас какое, али как? — поинтересовался он, протирая деревянную кружку.

— Времена нынче не легкие, потому все братья и собираются поближе к друг другу. Такова воля Спящего. — почтительно ответил молодой человек, откидывая капюшон.

Взору Каллена открылась лопоухая голова и молодое веснушчатое лицо. Спутником молодого монаха, оказался древний старик с белесыми, чуть ли не белыми глазами. Он стоял молча, рукой держась за веревку на поясе молодого служителя.

— Спящий, это еще кто такой? — поинтересовался трактирщик, отсчитав сдачу монахам и уставившись на странного старика.

— Спящий — наш благодетель, несущий свет, который защитил род людской от тьмы в давние времена, и который проснется вновь, чтобы защитить нас снова. — ответил юноша.

— Ясно. — хмыкнул трактирщик. — Последняя комната справа на втором этаже. — дал ключ юноше трактирщик. — Хорошенько вам выспаться, служители Спящего. — хохотнул он, довольный своей шуткой.

— На все воля Спящего. — смиренно склонил голову монах и отправился за свободный столик. Странный старик следовал за ним, следуя за веревкой.

— Служители Спящего, странные ребята. — шепотом произнес Лаки. — Выползли будто бы из ниоткуда несколько месяцев назад. Раньше я о них вообще не слухом ни духом. А я пол королевства исколесил, будьте уверены.

Внимание Каллена и его спутников переключилось на Лаки и они продолжили обсуждать свои дальнейшие действия. В итоге сошлись на том, что выступают сегодня вечером верхом до Ривервейза, на путь уйдет пару дней, а затем сядут на речное торговое судно и отправятся в сторону герцогства Эддингстон. В городе Ройтхель, неподалеку от начала владений Бэррита, их должны будут дожидаться люди герцога, согласно установленному плану на такой случай.

— Раз с этим решено, предлагаю вернуться в свои комнаты и хорошенько отдохнуть перед дорогой. — подытожил старший Лоттерн. — Лаки закажет у трактирщика необходимой снеди нам в дорогу, заберем как будем выдвигаться.

Предложение объевшимися товарищами было принято одобрительно и все, отяжелевшие от обильной пищи, двинулись наверх. Каллен делил свою комнату с принцем, а старший Лоттерн и Лаки расположились в номере ровно напротив них.

Юноши еще немного поболтали, но плотный обед дал о себе знать и в скорости юношей сморило в сон. Проснулся Каллен рывком, пробуждение было не из приятных. В голове кружился образ кричащего брата Фармина и непроглядной тьмы, в которой юноша бесконечно тонул. Смахнув остатки сна, резко встряхнув головой, юноша потянулся и встал с матраса. Принц все еще сладко посапывал на соседней кровати, совсем не по-королевски пустив слюну. Каллен, стараясь не создавать лишнего шума, чтобы не разбудить венценосного товарища, оделся и покинул комнату, решив зайти к отцу и Лаки. Остановившись у двери, юноша собирался было уже постучать, когда приглушенные голоса старшего Лоттерна и Неуязвимого заставили его замереть на месте.

— Значит артефакт Мордека, чуть не вытянул из него душу? Я тоже почувстовал нечто странное тогда, но в горячке боя не смог явно выявить что. Значит этот безумец заполучил темный артефакт Древних, иного варианта быть не может. — Каллен услышал голос отца.

— Дак да, я о тебе о чем и толкую, король мне так и сказал. С этим Мордеком нужно держать ухо востро. Его артефакт пропитан тьмой, как пить дать. — ответил Лаки. — Кстати, насчет тьмы. Что будешь с мальцом делать? Я такого в жизни не видал, чтобы человек просто в прах рассыпался, до сих пор жутко от его воя.

Каллен замер, не дыша, сконцентрировавшись на происходящем в комнате.

— Я... я боялся, что подобное рано или поздно случился. Надеялся, что наш светлый Дар окажется сильнее, но, видимо, моим надеждам не суждено было сбыться. — с досадой промолвил Лоттерн.

— Это может быть опасным для парнишки и даже для нас. Тебе нужно научить его контролировать Дар. Если он сумеет контролировать это, тогда у нас у всех будет шанс.

— У нас нет другого выхода. — печально согласился Брэндон.

Рука Каллена, так и продолжавшая висеть в воздухе для стука, медленно опустилась вниз. И юноша тихонько на цыпочках вернулся в свою комнату. Сердце быстро стучало, а сам юноша был крайне взволнован. Теперь сон про брата Фармина обрел смысл. Тем, кто покончил с орденцем был не Лаки, это был сам Каллен, дошло до юноши. Каллену было стыдно за то, что он подслушивал отца, но будучи в шоке от услышанного зайти в комнату к отцу и признаться было выше его сил. Улегшись на кровать и обдумывая то, что он услышал, Каллен и сам не заметил, как опять погрузился в объятия сна.

Вечером четверо путников собрались двигаться в путь. Каллен чувствовал себя на удивление замечательно, рана на ноге превратилась в тоненький шрам, ссадины на руке полностья зажили и даже при глубоком вдохе пропал дискомфорт в ребрах. Видимо плотный обед, орденские зелья и крепкое здоровье, еще растущего организма сделали свое дело. Юноши, полностью собранные направились в конюшню подготовить и взнуздать лошадей, Лаки отправился за подготовленной снедью, а отец решил переброситься напоследок с трактирщиком парочкой слов. За хорошую плату, тот должен быдет навсегда забыть о четрых путниках, останавливавшихся на его постоялом дворе. Каллен выбрал себе молодого вороного жеребца, мысленно усмехнувшись, что тот подходит ему больше всего. Принц взял себе резвую светло-серую кобылу и что-то шептал ей на ухо, поглаживая короткую шерсть, задабривая ту хрустящим яблоком. Будучи занятыми лошадьми юноши и не заметили, как помимо них в конюшне оказался еще один человек. Давешний странный старик с белыми глазами стоял позади них. Его слепой взор был направлен на принца, а старое сморщенное лицо было озарено гримасой фанатичного обожания.