Дорога к озеру Коцит (СИ) - Каратаев Кирилл - Страница 65

— А может, всё лишь началось, — тревожные морщины легли на её высокий лоб, — ведь до заката ещё так долго, а рассвет я, кажется, проспала. И ведь ещё многие отвернутся, если спросить их об этом. А может, я и сама отвернусь, а может и ударю. Ведь иногда становиться так страшно. Ведь верно, мастер?

— Верно, крылатая, верно, — признаться, я мало понял из сказанного, — но, нам пора, здесь слишком много льда.

— Веди, мастер.

Это была длинная лестница. Неведомо кем вырезанные во льду ступени упрямо устремляли вверх и мы, соперничая с ними упрямством, поднимались всё выше и выше, вырываясь из-под тяжёлого взгляда Коцита. Разговаривать сейчас было не очень, да и, честно говоря, не очень хотелось. Все силы уходили на этот проклятый подъём, который должно быть был в дальнем родстве с вечностью. Но, только в дальнем, ибо в итоге кончился и он.

Я не сдержал торжествующего возгласа, когда мои ноги, наконец, ступили на более-менее безльдистую поверхность. Элати отделалась ещё одним тяжёлым вздохом. Заставив рвущееся вдаль тело отдохнуть десять коротких минут, я поспешил оставить лёд Коцита как можно дальше от моей и без того изрезанной души. Каждый шаг заставлял меня всё выше и увереннее поднимать усталую голову. Каждый шаг трепетно улыбался вместе с моим сердцем. Грустить и переживать будем потом, когда под ногами будет не лёд, а влюблённая во все дороги пыль.

— Стойте!

Громкий повелительный окрик резко развернул меня в сторону его, уже ненавистного мне хозяина. Рукояти мечей радостно легли в ладони. Разум привычно очистился, настраиваясь на очередную битву. Хотя до битвы дело доводить крайне не хотелось. К нам уверенным быстрым шагом приближались уже безприветливо знакомые Стражи льда.

— Стойте, — повторил, видимо, тот же дьявол, что и разговаривал с нами ранее. Они встали вокруг нас упругим полукругом, в руках опасно блестели все те же ледяные копья.

— Стоим, — я всё ещё мечтал решить дело миром, вот только опыт говорил о том, что опять придётся убивать.

— Пускай твой спутник покажет лицо, — лицо самого говорившего было наполнено холодным и, как вероятно ему казалось, праведным гневом, — немедленно.

— Он показал его Коциту, и Коцит остался доволен, — я уже начал прощупывать холодные Пути Стражей.

— Коцит слишком милостив к оскорбляющим его величие, — копья прицельно смотрели на нас. — Нам было дано право увидеть на его блистающе-вечном льду презренное тело небесной твари. Пусть твой спутник покажет лицо!

Больше разговаривать было не о чем. Предрекаемый итог встречи ехидно плюнул мне под ноги. Их было пятеро. Пятеро слуг Великого Коцита, обладающие дарованной им силой, уверенные в своей правоте и в своей победе. Пятеро детей огня, в душах которых обитал лёд. Они разлетелись в стороны, словно всего этого никогда и не было. Их Пути поддались мне с той же покорностью, как и любые другие. Я не ожидал, что будет так просто, и как выяснилось через секунду, ожидал не зря.

Пронзающий морозом вихрь тараном ударил в грудь. И пришёл этот вихрь как раз с тех Путей, которые я так легко разбросал в стороны. Он сорвался с них разом, в последнее мгновение перед тем, как я собирался отпустись их. Этот вихрь не опрокинул, но пригвоздил меня к месту, парализуя и разрывая моё в миг заледеневшее тело на крохотные части. Но, как известно, вихрям свойственно непостоянство и меньше чем через минуту терзающий меня ураган унёсся искать себе другое развлечение. У меня же развлечений хватало и здесь.

Первый пришедший в себя после незапланированного полёта Страж, уже бежал ко мне, делая огромные прыжки и занося копьё для броска. Отбрасывать его снова я не рискнул, понимая, что если мне снова придётся застыть, то я стану не слишком опасным противником для остальных, ещё недобиравшихся до меня слуг Коцита.

Сверкающей молнией копьё устремилось мимо меня в стоявшую с обнажённым мечом и холодным блеском в глазах Элати. Я успевал только оглянуться. Копьё врезалось в грудь ангела, взорвавшись россыпью слепящих осколков и не оставив на жрице и следа своего пребывания. Оружие Коцита не могло причинить вреда его избраннице, той кому он отдал часть себя, той кому подарил свою душу и свои глаза.

Вероятно, факт такой явной неудачи изрядно смутил несостоявшегося метателя копий и он изумлённо остановился, не сводя глаз с осколков своего некогда грозного оружия. Эти замечательные секунды я употребил на то, чтобы подойти к Стражу на расстояние его смерти. Мечи, как всегда не подвели, щедро накормив их, дремлющую на остриях, ненасытную хозяйку.

Ледяные иглы впились мне в тело, еще когда клинки не завершили свой кровавый взмах. Лёд оскорблено ворвался мне в сердце, но сейчас там властвовала смерть и её боль была и сильнее и старше. Лёд отступил, проклиная и обещая вернуться. И, пожалуй, стоило принять его обещания всерьёз. Ещё двое Стражей быстро бежали к месту начавшейся схватки.

— Леди, — неожиданная неуязвимость ангела к оружию слуг ледяного озера пришлась весьма кстати, — лови!

Я устремил обоих уже изготовившихся для броска дьяволов прямо на грозно вращающийся клинок ангела. Первый из них, с глубоким шрамом на щеке прилетел как раз на него. Меч разрубил тело так и не осознавшего своего экстравагантного перемещения Стража на две слабо дёрнувшиеся части. Его кровь брызнула прямо в глаза второму, который проявил несколько больше хладнокровия и уже заносил копьё для смертельного удара. Элати не стала полагаться на защиту Коцита, её клинок принял на себя резкий выпад дьявола. Увы, это копьё, даже не треснуло, и они оба привычно закружились в весёлом танце битвы.

Всё это я наблюдал в том же терзающем ледяном оцепенении, что и несколько минут назад. И на этот раз было ещё больнее. Сердце резали безжалостным ножом сдержанно хохочущего мороза, не давая и нескольких секунд на желанную передышку. И почему-то предательски молчал подарок Риар-Шагота, на который я признаться возлагал некоторые надежды. Как видно, во владениях Коцита не было места для осколков пламени.

Когда я, наконец, пришёл в себя, то с сожалением увидел, что оставшиеся два Стража подобрались ко мне непозволительно близко. А поскольку Элати всё ещё сражалась с настойчивым в своей ненависти дьяволом, то с этими двумя разбираться предстояло исключительно мне. Можно было конечно снова отшвырнуть их на максимально возможное расстояние, но я не без оснований боялся, что следующей пытки хранящим их льдом мне, возможно, пережить не удастся.

Вместо их Путей я дёрнул свой, мгновенно оказываясьв непосредственной близи от их копий, прагматично не давая атаковать меня на расстоянии, резонно рассудив, что меня от прямого попадания такого копья Коцит защитит вряд ли. Не сильно удивившись такому манёвру, Стражи почти синхронно сделали по быстрому выпаду в мою сторону. Не без труда, но всё же моим клинкам удалось сдержать их воинственный порыв. Ледяной ветер вновь на секунду ворвался в моё тело, но на этот раз, слава огню, он был относительно терпимым. Правда, если схватка продлиться больше нескольких минут, то мне вполне хватит и этого ветерка.

Вдруг внимание одного из врагов перенаправилось на что-то за моей спиной. Он, резко ушёл в сторону и бросился вперёд, заново нацеливая копьё для безжалостного броска. Как видно, ангел представлял для них гораздо больший интерес, нежели усталый Мастер Дорог, что, в общем, было вполне логично и в данной ситуации меня полностью устраивало.

Случайным взглядом мне удалось рассмотреть, что Элати благополучно расправилась с первым своим врагом и теперь довольно прохладно встречала следующего, который после потери разбившегося об ангела копья, выхватил из ножен такой же ледяной меч. Но у меня была своя битва, и даже с учётом уполовинивания противников лёгкой она вряд ли планировалась.

Копьё, с щедро подаренной силой, ринулось в моё лицо, удар я отбил, но это был уже не первый отбитый удар, и каждый новый дарил всё больше замораживающей боли, а мне так и не удалось провести ни одной успешной контратаки. У Элати дела шли тоже не так успешно, как ранее, последний враг оказался редким мастером боя, который как минимум ни в чём не уступал жрице. Ситуация опасно устремлялась в тупик и мне не оставалось ничего другого, как вновь вспомнить, что я сам говорил толстому любителю загадок про риск. И сейчас наступал как раз тот момент, когда стоило рискнуть.