Долина ужаса - Брайт Камли - Страница 21

Тот взял сверток и взвесил его на руке. Все ожидали, что эливенер сразу развернет ткань, но он молча повернулся и пошел к дому. Все потащились за ним, включая и мартышку Койю.

Лишь усевшись на пол веранды и подождав, пока все остальные тоже устроятся поудобнее, брат Лэльдо осторожно размотал длинную темную ленту. Да, в свертке было третье стекло — точно такое же, как два первых. Эливенер посмотрел на него, а потом обвел всех задумчивым взглядом.

— Как ваши экраны? — негромко спросил он.

Экраны ментальной защиты молчали.

— Почему это так — то они реагируют, то нет? — спросил озадаченный Иеро.

— Не знаю, — с тяжелым вздохом ответил брат Лэльдо. — Этого учитель не объяснил. Не успел. Койя, может быть, ты знаешь, как действует эта штука?

Мартышка подскочила к брату Лэльдо, осторожно протянула руку к темному стеклышку и коснулась его пальцем. Подумав, приложила к стеклу ладошку. Подождала, прислушиваясь к чему-то внутри себя, а потом покачала головой:

— Нет, не знаю. Я никогда ничего подобного не видела.

— Мой учитель сказал, что и по одиночке эти приборы очень сильны, а если у нас окажутся все три, мы без труда вырвемся отсюда. Он имел в виду виварии. Но как действуют стекла — он тоже не успел сказать.

— Через виварии? — задумчиво повторила Койя. — Ну да, вам поневоле придется прорываться через один из них. А в какую сторону вам нужно идти, вы хоть знаете?

— Да, — ответил ей эливенер. — Мы должны идти строго на восток.

— Ну, ты умеешь выбирать! — восторженно взвизгнула Койя. — На восток — самый большой виварий, вам придется переть сквозь него пять километров, это если по прямой, да ведь там по прямой не пройдешь, там полным-полно всяких ловушек для монстров! А дальше… ох, ну ты даешь!

— Что дальше? — резко спросил Иеро.

— Да этот зверь в яме, который тут всем командует, когда просыпается! Если потащитесь на восток — вам его не миновать!

— Что за зверь в яме? — сердито фыркнув, спросила Лэса. — Ты не могла бы выражаться более понятно?

— Да уж куда понятнее! — вдруг засмеялся брат Лэльдо. — Ты ведь говоришь о Безымянном Властителе, да, Койя?

— Да, местные жабы его именно так называют, — кивнула мартышка.

— Ну, тем более, нам нужно как раз туда, — твердо сказал эливенер. — И дальше.

— Насколько дальше? — поинтересовалась Койя.

— Нам нужно пройти на восток пятьдесят километров, — ответил брат Лэльдо, уже понявший, что бояться этого крошечного существа незачем. Койя была вся на виду.

— Ну, вроде бы и немного, — вдруг совершенно серьезно сказала мартышка, — но сомневаюсь, чтобы вам это удалось. За вами обязательно пустится погоня — по земле и по воздуху. Это раз. А второе — на всем этом дурацком Плато нет места, где не торчали бы какие-нибудь стражники или наблюдательные аппараты.

— Но вокруг этого дома никого нет, — напомнил Горм.

— Нет, конечно, потому что не нужно, — пояснила Койя. — Как только вас сюда привели — кольцо вивариев замкнули. А летать вы не умеете. Вот и вся петрушка с сельдереем.

И в это мгновение Иеро понял наконец, что мучило его с того самого момента, как на окружающей дом стене появилась эта смешная малышка.

— Койя, — осторожно спросил он, — а ты где вообще-то живешь?

Мартышка визгливо захохотала и, подскочив к священнику, изо всех сил хлопнула его крохотной ладошкой по колену.

— Сообразил, умник! — завопила она. — Сообразил! Вот умник! Ой, не могу!

Иеро, переглянувшись с братом Лэльдо, терпеливо ждал, пока Койя угомонится и снова примется говорить всерьез. Горм, Лэса и Клоц тоже внимательно смотрели на маленькое вертлявое существо. Всем было интересно — как Койя проходит через виварии? Ведь было совершенно очевидно, что она обитала где-то по другую их сторону.

— В общем, ребята, дело обстоит так, — сказала Койя, насмеявшись вдоволь. — Я, конечно, живу по другую сторону всех этих грандиозных зоопарков. Но там, где пройду я, не пройдете вы. Слишком вас всех тут раскормили. Да и уродились вы не мелкими, и тут уж ничего не поделаешь. Ну, и не забывайте главного: я родилась здесь. Меня тоже слепили по кусочкам, к тому же совсем недавно, и поэтому твари в вивариях в общем-то принимают меня за свою. Так что я просто проскальзываю по верху решеток, разделяющих секторы, и все. На решетках — чары невидимости, и я переношу невидимость на себя. Твари меня чуют, конечно, но никогда не пытаются достать. Даже не шумят. Но, конечно, жабы знают, что я лазаю туда-сюда, это не секрет.

— А на нас ты не можешь перенести эти чары? — спросил Горм. — Станем невидимыми и проскочим через зоопарк!

— Не могу, — с сожалением сказала Койя. — Не умею.

— Ну, как бы то ни было, нам все равно придется идти, и идти именно на восток, и уходить сегодняшней ночью, — подвел итог обсуждению Иеро. — Так что давайте собираться. День не такой уж длинный. Койя, а ты не хочешь пойти с нами?

— Нет, — покачала головой мартышка. — Я не герой. Мне и здесь хорошо.

— А может, надумаешь все-таки? — спросила иир’ова. — Неужели тебе не хочется вырваться на свободу?

— А чего мне там делать, на этой свободе? — поинтересовалась Койя. — Кто меня будет кормить? Где я буду жить? Я ведь одна такая, эти придурки слепили единственный экземпляр, так что будут на меня смотреть, как на урода! Нет, не хочу.

— Ну, во-первых, ты не урод, а очень даже хорошенькая, — передал Клоц, и в его мысленном голосе прозвучала искренняя нежность, — а во-вторых, если бы ты видела, какие существа живут на юге! Да и на севере тоже. Подумай!

— Не хочу, — твердо сказала Койя. — Я только провожу вас до решетки, а дальше — как знаете. Кстати, а вы умеете стрелять молниями из пальца?

Пленники все разом посмотрели на эливенера. Тот покачал головой.

— Нет, Койя. Мы умеем только зажигать огоньки для освещения.

— О! Вот это классно! — завопила мартышка. — Значит, я вас сейчас научу! Это отличный фокус, и некоторых тварей в зоопарке можно так отпугнуть. Жаль только, что молнии слабенькие. Ну, все равно пригодятся. Хотите?

— Еще как! — дружно ответили пленники.

Глава 5

Обучение стрельбе из пальца заняло совсем немного времени, поскольку оказалось сродни зажиганию огоньков. Клоц научился пускать сразу два десятка маленьких молний из своих ветвистых рогов, и Койя визжала от восторга, видя этот фейерверк. Пленники успели справиться с уроком еще до того, как явились нагруженные корзинами черепашки, — которые, кстати, почему-то пришли немного позже обычного. И снова в их желтых немигающих глазах вроде бы что-то светилось… словно черепашки упорно пытались то ли понять пленников, то ли сказать им что-то.

Мартышка спряталась в доме, когда появились неуклюжие носильщики, не желая слишком уж демонстрировать свое неповиновение властвующим на Холмистом Плато жабам.

Но когда обе черепашки застыли перед верандой, уставив неподвижные взгляды на Иеро и брата Лэльдо, Койя вдруг выскочила из коридора и тихо пискнула:

— Ну, дают!

— Ты их понимаешь? — вздрогнул священник.

— Само собой, — кивнула мартышка.

— Что они хотят сказать?

— Просят или взять их с собой, когда будете убегать отсюда, или убить.

— Что?! — вскрикнул Иеро, и тут вдруг заметил, что молодой эливенер присел на корточки и пристально смотрит в глаза одной из черепашек. — Лэльдо, — негромко окликнул его священник, — ты что, услышал их наконец?

— Да, — шепнул в ответ эливенер. — Не очень отчетливо, но слышу. Какой ужас… Но мы не в силах им помочь!

— Да в чем дело? — сердито ворвалась в их разговор Лэса. — Чего они добиваются?

— Говорю же тебе, хотят или сбежать, или умереть, — прошипела Койя.

— Но почему умереть? — спросил Горм.

Никто ему не ответил, и медведь тоже стал всматриваться в черепашек, пытаясь уловить их мысленную речь. Но у него ничего не получилось.