"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Кащеев Денис - Страница 1087

— При чем тут репутация?! Репутация — это то, что о тебе думают другие. Лорды плевать хотели на других. Честь — это, грубо говоря, что о них думает семья и они сами. Вот это для них вроде священной реликвии. Объект для молитвы.

— Что-то я не заметил, чтоб Саф молился на свою семью.

— Ага, только если его отец, к примеру, сочтёт тебя недостаточно родовитым, на обед с лордами своего уровня Санджиф тебя не позовет. Не потому что твой друг так уж слушается папы, а потому что честь семьи и всё такое…

— Ты о них много знаешь. Врага надо знать в лицо?

— Да нет. — Она слегка смутилась. — Просто в любом историческом романе обязательно про лордов, а я эти романы очень люблю.

— Не слишком-то там льстиво изображена знать, как я понимаю.

— Льстивый роман не может быть гениальным, он недолго проживет! — пылко бросила Мирним.

О литературе она могла говорить до бесконечности.

— Если ты так любишь романы, я могу тебе показать мамину библиотеку, — предложил ей Санджиф, когда они против обыкновения отправились прогуляться вчетвером по той части парка, которую накрывал магический купол, и там всё длилась и длилась осень, почти безлистная, но очень тёплая. — Можно хоть прямо сейчас. Только давай вдвоём, потому что к маме неудобно всей компанией являться, она не слишком хорошо себя чувствует.

— Так, может, как-нибудь попозже?

— Что же ты тогда будешь читать сегодня вечером? Пойдём, ничего. Илья, не возражаешь?

— Конечно, нет! Маш, пошли белок посмотрим. — И юноша потянул соотечественницу в глубь осенней части парка, где действительно обитало очень много белок, серых со светло-буренькой опушкой, похожих на палую листву, которая под ногами прохожих уже почти слилась с землей, но ещё сохранила какие-то намеки на былую роскошь.

Они шли, хрустя ветками, попадающимися им под ноги. Девушка задумчиво молчала, но рядом с ней Илья не чувствовал себя неудобно, как обычно со сверстницами-молчуньями. С этой можно было и помолчать с комфортом, и поболтать без опасения, что будешь понят неправильно.

— Маш, а ты откуда?

— Из деревни Кепино. Это далековато от Архангельска, если на работу добираться на попутках. А если по карте смотреть, то недалеко.

— А как ты узнала о существовании магии? Ты из магической семьи?

— Нет. Откуда у нас маги, — усмехнулась она. — Была одна ведунья, но я даже не уверена, что она по магической части. Может, просто талантливая травница.

— Так кто-то же из магов в поселке должен был быть! Кто-то же тебя углядел.

— Один приезжий родственник. Мы все там в деревне в родстве. И у нас часто бывают гости, на рыбалку, за грибами приезжают, за огурцами. Меня в тот день кое-что здорово разозлило, так у сарая крышу снесло. Все побежали смотреть, не придавило ли кого и в чём вообще дело, а он на меня уставился. А потом ещё пару раз приезжал. И в конце концов меня с собой увез. Сюда.

— Так у тебя были эти… спонтанные проявления?

— Ага. Сказали, что надо работать над тем, чтоб магия не выходила из-под контроля. Ну и сейчас меня госпожа Оринет только так шпыняет.

— Она всех шпыняет, — успокоил ее Илья. — Обычное дело. А что говорят? Способности есть?

— Вроде есть. Но надо много работать.

— А потом собираешься в университет?

— Если поступлю. Конечно. Потом вернусь обратно в Архангельск. Говорят, там есть вакансии для магов.

— Хе, будешь магическим Ломоносовым.

— Ломоносов родился в Холмогорах.

— Да какая разница, главное, что на севере. Я вот тоже собираюсь в университет. Обязательно. Но не знаю, где потом буду работать. Ещё не думал. Главное — выучиться.

— Ой, какая милая! — фыркнула Маша, присаживаясь на корточки. Одна из белок — та, что посмелее — подобралась к ней вплотную и попыталась разжать её пальцы, чтоб добыть спрятанные там орехи. От удивления девушка открыла ладонь, и добыча немедленно оказалась у белки.

— А по-моему, наглая. Обалдеть! — воскликнул поражённый юноша.

Да ладно, просто она любит орехи. Вот, держи ещё. Интересно, как думаешь, её можно забрать с собой?

— Зачем?

— Ну так… У тебя Тема, а у меня будет белка Прасковья.

— На виверне, когда он вырастет, можно будет летать. А на ней? Особо не поездишь.

Они оба посмеялись. Но Маша всё-таки подставила белке ладонь, и когда та, привлечённая орехом, забралась к ней на руку, аккуратно придержала зверька.

— Всё-таки возьму. Если Санджиф не будет против.

— Вряд ли он пожалеет тебе белку. А что, собираешься прикопить денег и усовершенствовать ей интеллект?

— Я об этом не думала. Да и правильно ли это…

— Брось, тогда от неё хоть толк будет! Тапки там принести, столбиком по команде постоять. Крошки хвостом смахнуть со стола…

Им болталось легко и просто. В холле жилого корпуса замка они столкнулись с Санджифом и Мирним, которая несла целую стопку книг. Илья поспешил перенять у неё ношу. Бледнокожая красавица из Оборотного мира с подозрением посмотрела на Машу, но архангельчанка уже демонстрировала белку сыну лорда, а тот обещал раздобыть для зверька подходящую клетку.

Предстоял общий семейный обед — единственное, чего в этом замке Илья не любил. Ему всегда страшно было попасть впросак, взять не тот прибор, положить его не так, и, хотя ему никто не делал замечаний и даже не смотрели косо, чувствовал себя стеснённо. Но и отказаться было бы немыслимо — ведь это такая грубость. Его принимают с таким радушием, а он не хочет посидеть за одним столом с хозяевами!

Зато девушки держались с неколебимым спокойствием. Маша по натуре была такой (да к тому же, как оказалось, прилично умела управляться с ножом и вилкой), а прекрасные манеры Мирним казались врожденными. Казалось, она и сама выросла в замке. Может быть, именно поэтому хозяева обращали на неё так мало внимания. Зато Маше его доставалось побольше. Если б Илья не запомнил слов подруги о том, как мало внимания уделяют представители знати связям с низкорожденными девушками, он решил бы, что родители Санджифа присматриваются к потенциальной невестке.

Однако девушка из Архангельска смущалась мало. Она смотрела на незнакомую ей манеру сервировки детским любопытством, и если ошибалась, какой именно прибор брать, сама над собой посмеивалась искренне и свободно. Илье трудно было судить, но ему показалось, что мать Санджифа госпожа Межена и его мачеха госпожа Кендрет в целом оценили Машу положительно, мнение же самого лорда немыслимо было угадать по его лицу или каким-то иным признакам.

На балу, устроенном в замке на пятый день после приезда четверых школьников, оказалось повеселее, чем в прошлый раз. Лорд пригласил в основном сверстников сына, что оживило обстановку, а может, в этом была заслуга девушек, которые воспринимали это светское развлечение совсем иначе, чем молодые люди. Чувствовалось, как они наслаждаются своим новым обликом (для обеих были подобраны изысканные платья, в которых девушки выглядели непривычно и по-настоящему восхитительно), роскошью обстановки и фуршета, музыкой и танцами. Илью очаровали изящество и грациозность Мирним — она и раньше-то казалась ему самой красивой девчонкой из всех, которых ему случалось видеть, а сейчас просто поразила воображение.

Маша держалась не так уверенно, вся обстановка слишком уж отличалась от того, к чему девушка была привычна. Санджиф старался не отходить от неё ни на шаг, тянул танцевать, но выбирал танцы попроще и почти не обращал внимания на Илью. Впрочем, тот и сам уже знал, что ему делать, где брать угощение и на кого можно пялиться, а кого лучше обходить любопытствующим взглядом. К тому же у него была Мирним, на которую не надоедало любоваться и с которой можно было обсудить почти любую тему.

— Интересно, как выглядят балы в вашем мире, — проговорила девушка, рассматривая отпрысков знатных семейств, большинство которых учились в престижных закрытых магических школах, и теперь они бурно обсуждали между собой школьную жизнь, во многом отличающуюся от уинхалльской и потому малопонятную для Ильи и его спутницы.