Гастон. История любви и коварства - Лэнгдон Лори - Страница 11

Агата опустила взгляд и снова подняла на него глаза:

– Нет, но спасибо.

Гастон внезапно засмущался и бросил в рот виноградину.

– Вы очень меткий, – похвалила его Агата. – Почему вы не продолжили игру?

– Мне не удаётся попасть в цель. – Он выбрал корнишон и откусил от него. – Я не могу выиграть.

– Разве выигрыш – единственная цель игры? – возразила Агата. Она взяла тарелку и положила на неё канапе с пикантным крабовым мясом и пармезаном, бриошь со свежими сливками и похожими на жемчужины икринками, слоёный пирожок с мясом и мидии, начинённые поджаренными хлебными крошками. Отдав тарелку Гастону, девушка сказала: – Возможно, вашему брату надо показать, что вы не сдадитесь.

– Жорж – невыносимый мужлан, – пробормотал Гастон под нос, когда один из отцовских старых друзей подошёл и попросил эля.

Агата наполнила бокал, повернулась к топтавшемуся у стенки буфета Гастону и передала ему ещё одну тарелку с закусками.

– Предложите брату мир и вызовите на очередной раунд турнира.

Гастон взял тарелку и посмотрел ей в лицо.

– С чего бы?

Агата сжала губы. Она действительно изменилась. Вероятно, отсутствие опасности и хороший сон пошли на пользу её здоровью.

– Вы должны научиться играть в его игры по своим правилам, – тихо произнесла девушка.

Гастон почесал затылок, растерявшись как никогда. Он не знал способов жульничать в дартсе. Агата загадочно повела глазами, серовато-коричневый цвет превратился в бирюзово-зелёный, пульс Гастона замедлился, затем понёсся вскачь. Неужели она намекает, что его надежды осуществимы? Что она поможет ему? Наколдует удачу?

Гастон в изумлении развернулся и направился к Жоржу и его горластой компании. Собравшись с духом, он подошёл к брату и сунул ему в руки тарелку. Жорж застыл на месте, глядя на брата непонимающим взглядом.

– Предлагаю мир, брат. – Гастон чуть не поперхнулся словами, но буквально чувствовал спиной взгляд Агаты. Она наблюдала, что он будет делать. – Ещё один раунд?

Жорж удивлённо заморгал и на мгновение стал напоминать того младшего брата, который годами ходил хвостом за Гастоном, во всём подражая ему, добиваясь его одобрения, пока он не вырос большим и сильным юношей и отец не вбил между ними клин, нахваливая Жоржа при любой возможности.

Жорж взглянул на друзей и снова с усмешкой обратился к Гастону:

– Почему нет? Я с радостью снова обыграю тебя.

Зверь в душе Гастона вскинул голову, и молодой человек ухмыльнулся.

– Это мы ещё посмотрим. – Гастон взял три дротика с синим опереньем. – Правила обычные. Кидаем по очереди, лучшее из трёх попаданий выигрывает.

Жорж вальяжно развалился на диване и пожал плечами.

– Как скажешь, Гас. Ты кидай, кидай.

Гастон подошёл к линии, расставил ноги, как учил отец, и стиснул зубы, чтобы подавить желание обернуться через плечо на Агату. Правильно ли он её понял? Она в самом деле ему поможет?

Он сделал глубокий вдох, прицелился и метнул дротик. Тот воткнулся во второй сектор от центра, дающий десять очков. Неплохо, но, чтобы одержать верх над Жоржем, нужен результат получше.

– Моя очередь.

Жорж встал рядом с Гастоном и бросил дротик, даже не прицеливаясь. Он попал во второй круг, прямо над дротиком Гастона.

– Ничья, – огласил счёт Ансель, наблюдавший за игрой.

Гастон взял следующий дротик и переступил с ноги на ногу. Он надеялся выиграть со значительным преимуществом. Но Агата, вероятно, пыталась сделать так, чтобы соревнование выглядело правдоподобным. Юноша снова повторил позу, показанную ему отцом, метнул дротик и затаил дыхание. Маленькая стрела уверенно воткнулась в кольцо вокруг «яблочка». Закусив губу, Гастон сдержал улыбку и повернулся к брату с поднятыми бровями.

– Твой бросок, брат.

На этот раз Жорж, казалось, постарался встать в наиболее выгодную позицию и прицелился. Дротик полетел с такой стремительностью, которой Гастон позавидовал, и воткнулся слева в непосредственной близости от «яблочка».

Дружки Жоржа возликовали, и Ансель объявил:

– Один балл Жоржу!

Тогда Гастон всё же обернулся на Агату и увидел, что она разговаривает с отцом, передавая ему тарелку с едой. К горлу поднялась желчь. Колдунья и не собиралась помогать ему. Разве она не сказала ему об этом в подвале накануне?

Отец отошёл от буфета и присоединился к толпе зрителей, собравшихся вокруг доски для дартса.

– Вижу, братья затеяли финальное сражение, – прогремел он, сгоняя одного из друзей Жоржа с кожаного кресла у камина.

Да, отец, – ответил Жорж, – я выигрываю.

Отец кивнул ему и пронзил старшего сына взглядом синих глаз.

– Ты встаёшь, как я тебя научил, Гастон?

Гастон подавил гнев. Отец не научил его почти ничему, а всё свободное время в последние несколько лет посвящал тому, чтобы сделать из Жоржа подобие самого себя. Хотя должен был заниматься Гастоном – это он старший сын, это он наследник. И всё же отец игнорировал его, как будто малый рост и плохой цвет лица означали, что он не доживёт до вступления в наследство. Руки у Гастона задрожали, и он сунул их в карманы. Снова проиграть брату и так большая неприятность, а на глазах у отца и своих ровесников – просто трагедия.

Он взял последний дротик и украдкой глянул на Агату, которая наливала из кувшина эль в две кружки. Заметив его взгляд, девушка направилась к толпе.

– Прошу тебя, Гас, прекрати мои мучения и метни дротик, – издевательски произнёс Жорж, к восторгу своих клевретов.

Агата вручила кружки с элем отцу и герцогу Оклеру. Гастон следил за ней глазами, отчаянно надеясь, что она всё-таки намеревается помочь ему. Потом девушка остановилась позади толпы зрителей, встретилась с ним взглядом и кивнула. На душе у Гастона просветлело. Обернувшись к Жоржу, он сказал:

– Как насчёт пари?

– Ха! Ты уверен, что хочешь этого, Гас? Жаль, если придётся обобрать тебя до нитки.

Последовали новые насмешки, и Жорж выпятил свой раздражающе крупный подбородок.

В ответ на заносчивость брата Гастон медленно растянул губы в улыбке.

– А я и не собираюсь расставаться с деньгами. Я ставлю на вечеринку, что устраивает теге на следующей неделе. Если я выиграю, ты будешь изображать пай-мальчика и потанцуешь со всеми дебютантками, которых она обычно предназначает для меня.

Жорж распахнул глаза:

– А если выиграю я?

– Тогда насладишься зрелищем, как те девицы будут меня с оскорблениями отвергать.

– Я и так имею это удовольствие, – засмеялся Жорж.

– И ещё... – Гастон поднял указательный палец. – Если ты выиграешь, я приглашу на вальс вдову Харпер.

Зрители разразились хохотом. Вдове Харпер давно перевалило за шестьдесят, а одевалась и вела себя она так, словно до сих пор была девицей. Своё дряблое декольте она с бесстыдной развязностью совала под нос всем молодым мужчинам, которые попадались ей на глаза.

– Вот такое пари я принимаю! – ответил Жорж.

Гастон кивнул и встал в позицию. Чувствуя, как отец прожигает у него в спине две дыры взглядом, юноша картинно расставил ноги и прицелился. Потом он метнул дротик со всей силы, и рука ещё на некоторое время зависла в воздухе. Стрела, дрожа, впилась в самый центр мишени.

Гастон подпрыгнул.

- Ура!

– Превосходно, Гастон! – воскликнул отец.

– Я могу лучше. – Слова Жоржа пунктиром прорезали радость Гастона, и он резко повернулся к брату.

– Каким образом?

Ансель вышел вперёд:

– Собственно, если он тоже всадит дротик в центр, то окажется победителем на основании предыдущих попаданий.

Гастон поискал глазами Агату и увидел, что она вернулась к буфету, где лакей сменил её и жестом велел ей уходить. Сердце упало. Он всё ещё мог проиграть.

Жорж приготовился к последнему броску.

– Ты в отличной форме, Жорж, – похвалил отец, и его слова как иглами вонзились в грудь Гастона. Он хотел в последний миг подтолкнуть брата, пожелать, чтобы у него дрогнула рука, но ничего этого не сделал. Как обычно, он беспомощно стоял рядом, а безразмерные сапоги брата топтали его репутацию.