Пой. История Тома Фрая - Коста Габриэль - Страница 36

– Мам, смотри, Ди ожил. – Линдси ткнула брата в ногу. – Я-то думала уже, буду вести и тебя, и маму под ручку. – Миссис Мун цокнула языком. – Пока ты летал в облаках, я вспоминала, какую истерику устроил Билли, когда мы сказали ему про поездку в Нью-Йорк. Он собирался сорваться из своего спортивного лагеря. – Она отпила кофе. – Слишком много энергии даже для десятилетки.

– Кто бы говорил, честное слово! – Дилан вспылил, вспоминая Линдси в десятилетнем возрасте. Он тогда в первый раз покрасил волосы, чтобы скрыть седину, появившуюся от ее безумств. По сравнению со своими двумя братьями и сестрой Дилан казался самым спокойным. Амбиции, как выяснилось, – их семейная черта. – Ты опустила вазу мне на голову!

– Такому цветочку не хватало оформления. – Сестра улыбнулась, явно облегченно выдыхая от того, что брат пришел в норму. – Так, я не поняла, а где твой симпатичный друг с ангельским голосом? Уже где-то выступает?

У Дилана перехватило дыхание.

– Линдси, сколько раз я говорила, чтобы ты выбирала слова? Это некультурно, и, если твои братья терпят все это, то друзья, а уж тем более малознакомые люди, могут и облить помоями. – Миссис Мун встрепенулась, видя замешательство на лице сына. – Нельзя использовать подобные эпитеты.

– Откуда ты знаешь, как он поет? Ты же его видела от силы пару раз в коридоре, а на выпускном он не пел. – Дилан показал ей язык. – Нет, он еще даже не открывал новостную ленту с объявлениями о наборе труппы или солистов в группы. – Он отпил свой остывший американо. – Кажется, если спросить у первого попавшегося человека на улице про музыку или театр, то он или играет, или играл.

– Это Нью-Йорк, детка! Все клерки сидят в небоскребах и составляют иски по делу об авторском праве и домогательствам. Круговорот в социальной природе человека, – с усмешкой бросила Линдси. Несмотря на успешную для своих шестнадцати лет спортивную карьеру, сестру интересовала юриспруденция. – Меня намного больше привлекал друг Тома, как его… Ричард! – Она подумала секунду. – Вообще-то Молли, что встречается с Даем, который общается с Риком, у которого брат Рон встречается с Эллисон, и вот ее младшая сестра – Ребекка пела в хоровом кружке с Томом. Они выиграли национальные соревнования в прошлом году. В этом году не доехали до них, оставшись в штате. – Она самодовольно отпила кофе. – Знаешь почему? Потому что Том заболел.

– Что? – почти шепотом спросил Дилан.

– Я говорю, что Молли… – начала заново Линдси, но мама прервала ее строгим взглядом, и сестра решила запить неловкую фразу.

– Зачем мне вся родословная школы, в которой я учился всего лишь несколько недель? – Дилан удивленно уставился на сестру. – Том побеждал в национальных? Я… Я как-то упустил этот факт.

– Он родился, чтобы стать звездой. Мне рассказывали, что он не может говорить. Вместо этого Том поет своим прекрасным голосом, выражая мысли, – продолжила говорить Линдси.

Миссис Мун покосилась на сына. Он не рассказывал ничего о своем новом друге. Абсолютно ничего. В этом вопросе Дилан проявлял необычайную скрытность. Благо Линдси – внебрачная дочь Шерлока.

– И, к сожалению, у него умерла мама в день выпускного. – Повисло молчание.

– Дилан, об этом мог бы и поведать, – разорвала тишину миссис Мун. – Как мальчик держится? Вероятно, для него это потрясение. У него кто-то есть еще из родственников? – Дилан посмотрел на маму.

– Нет, больше у него никого нет. – Дилан вспомнил Троя, обрывки фраз Ричарда, Джека и парочки одноклассников. Кроме мамы у Тома никого из родственников нет. – Он держится. Ванесса – его мама – успела воспитать в нем человека с гибким характером. Проблемы в общении, придирки в школе закалили его. – Дилану показалось, будто не он говорил эти слова. Понимание сказанного окатило его ледяной водой. – У него есть деньги, чтобы жить в Нью-Йорке какое-то время, поэтому давайте закроем эту тему. Настанет день, и я познакомлю вас.

– Думаю, в скором времени мы сами сможем купить билет на его концерт или выступление и познакомимся уже за кулисами, – весело прощебетала Линдси и посмотрела на маму. – Тебе стоит послушать его выступления на YouTube. Это нечто невероятное. Он невероятен! Таких, как он просто не существует!

Дилан отвел взгляд в сторону и прикрыл рот рукой. То и дело он слышал фразу: «Том родился, чтобы стать звездой». Казалось, даже его недоброжелатели пророчили ему славу и успех, несмотря на зависть и злобу. Талант, которым природа наградила Тома, был настолько противоречиво невероятным, что вводил в ступор каждого. Дилан и без упоминаний сестры или кого-либо еще знал, стоит Тому выйти в Центральный парк и открыть рот, как карманы забьются визитным карточками менеджеров, представителей театров и других акул музыкального бизнеса. Проблема Тома, по мнению Дилана, состояла в том, что он по-настоящему не осознавал, какой ему достался дар. На его месте Дилан уже давно бы записал три альбома каверов, бросил школу и умотал в Лос-Анджелес или Нью-Йорк, а Том прохлаждался с друзьями под деревом.

– Да, если его друзья будут от него подальше, – прошептал Дилан. Он отмахнулся от вопросительного взгляда сестры.

– Ладно, сами разберетесь. – Линдси улыбнулась и покачала головой. – Мам, давай уже расскажем ему главную новость. Которую, видимо, мой слепой братец упустил из-за переезда. – Она засмеялась, тут же привлекая внимание Дилана. Он посмотрел на маму.

– Ежегодную постановку «Вестсайдской истории» проведут в конце августа, начале сентября. Буквально через два месяца, – тепло сказала мама. – Мы знаем, как давно ты грезишь о роли Тони. Ты не слышал об этом? – Шокированный взгляд, а также бледный оттенок кожи ответил лучше слов. – Скоро начнутся прослушивания. Ты подходишь по всем параметрам. Возможно, рановато пробоваться на нее… Однако все мы знаем, в ней играют лишь неизвестные молодые актеры. Постановка, скорее, для агентов, чтобы…

– Чтобы найти перспективных молодых звезд, – закончил за нее Дилан, снова теряя связь с реальностью.

Он резко очутился перед стареньким телевизором. Обычно детей занимали мультиками или другими бестолковыми передачами, однако это абсолютно не работало с Диланом. Он день и ночь бил по клаксону, выводя родителей из себя. Но спасение пришло неожиданно. Переключая каналы, его отец наткнулся на «Вестсайдскую историю». Песня Марии и Тони вскружила мальчику голову и заставила прилипнуть к экрану. Четырехлетний Дилан еще никогда не видел ничего красивее и слаженнее, чем их дуэт. Они двигались в танце, распевая слова и фразы, пока ему непонятные. С тех самых пор он мечтал попасть в этот спектакль, стать его частью. Обычно постановку объявляли к началу зимы или середине осени. Линдси оказалась права, с переездом и вялым Томом под боком, Дилан пропустил новость, которую ждал, как манну небесную. Дилан вспомнил, как Том исполнял “Words that I didn’t have time to say”[93]. Его сердце забилось в неровном такте, испугавшись… конкуренции?

– Пойдете на прослушивание? – Сестра упивалась шоком брата. Правда, слегка обманулась его причиной. – Будет забавно, если вы оба пройдете в постановку! Две молодые звезды, покорившие Бродвей!

– Не думаю, что Тому сейчас хочется распевать о любви, Линдси. Настанет его время, если он, и правда, настолько талантлив, как ты говоришь. – Миссис Мун улыбнулась, заочно сопереживая Тому.

– Так если это его способ общаться с миром?! Зашел, поговорил и ушел, и вообще… – начала Линдси, но Дилан опрокинул остатки своего кофе на столик. – Черт.

– Линдси, мама права, Тому сейчас не стоит петь о любви в истории, где погибает главный герой. – Он сжал челюсти, вытирая кофе резкими движениями и выплевывая слова с отвращением. – Не нужна ему эта постановка. Будут другие.

– Да ладно, ладно, не кипятись, Ди. – Сестра заговорила мягче. – Не буду я больше трогать Тома. – Она взглянула на сбитую с толку миссис Мун. – Мама права, сами разберетесь. Я влезла куда не нужно, извини.