Розовый блейзер: нахальная меланхоличная история (СИ) - Кононенко Александр - Страница 22

– Эй, ты там потерялся, что ли?! – раздался голос Эми.

– Нет, подождите меня! – крикнул я в ответ.

Я поспешил по тропинке и догнал Эми с Игорем. У Амелии было такая недовольная гримаса, словно им пришлось вечность ждать меня.

– Увидел что-то? – спросил Игорь.

– Да… – я услышал некое опасение в его голосе, – …Дятла.

Игорь ничего не ответил, но мне показалось, что он облегчённо вздохнул.

– Сам ты дятел, – сказал Эми, – Поторопись, там Илья, наверное, уже вернулся.

Глава 15.

Пар, проходивший через свисток на носике эмалированного чайника, объявил о закипании его содержимого. За годы использования чайника огонь съел серую краску на его дне, оставив там чёрные пятна гари. Мне удалось найти на кухне только два пакетика чая на три кружки, поэтому в третьем стакане оказалось два использованных пакетика, которые слабо окрашивали воду.

Обжигая руки, я принёс сразу все стаканы в гостиную, где меня ждали Игорь и Амелия. За время, проведённое у реки, мы успели проголодаться и сильно замёрзнуть, но так как в доме не нашлось ни крошки, решили спасаться хотя бы чаем. Эми дула на кипяток, сложив губы тонкой трубочкой, и едва слышно из-за этого присвистывала. За окном раздалось хлопание автомобильной двери. Илья вошёл в дом и, снимая обувь в коридоре, громко сказал:

– Это я, котята! Смотрите, если вы там без одежды, то у вас есть тридцать секунд накинуть что-нибудь.

– За тобой никто не следил? Может, кто-то подозрительный ехал за тобой? – крикнул я раздевающемуся соседу.

– Нет, я бы такое заметил. Кстати, насчёт одежды я привёз вам… – Илья вошёл в гостиную и замолчал на полуслове, увидел Игоря, пьющего с нами чай.

– А я ещё при нашей первой встрече поняла, что ты маньяк, – сказала Эми. – Быстро говори, что ты хотел с ним сделать?! Съесть? Сделать из него куклу? Или держать его на цепи, чтобы наряжать в монашку и устраивать чаепития? А?!

Илья пару секунд стоял разинув рот, но затем опомнился и с тревожной улыбкой спросил:

– Он же вам всё объяснил? Ведь так?

– Ага, но признайся, чуток в штанишки-то наложил? – засмеялась Эми.

– Поверь, если бы он «наложил», мы бы точно заметили, – тоже смеясь, добавил я.

– Эй, если вы будете ещё так шутить…

– Запрёшь нас в подвале? – пошутила Эми.

– Нет, вы останетесь без чистых шмоток, – сказал Илья и похлопал ладонью по синей дорожной сумке у него на плече.

Его слова напомнили о моей покрытой пятнами травы, пахнущей гарью рваной рубашке. Мне захотелось тут же скинуть её. Эми тоже перестала язвить, лишь бы скорой получить свежую одежду.

– Вот, налетайте. Времени выбирать не было, поэтому взял первое, что нашёл, – Илья скинул сумку с плеча на стол рядом с Амелией. Она встала, расстегнула молнию, с которой ей пришлось чуть повозиться, сгребла в охапку свою одежду и вышла из гостиной. Затем я достал из сумки свои вещи: полосатую футболку, джинсы и тонкую куртку. На мгновение я разозлился на Илью – тонкая куртка была совсем не по сезону. Но тут же осознал, что моя куртка осталась в раздевалке, где я получил форму официанта. Я вспомнил вид пламени, разрастающегося в павильоне во время нашего злосчастного угона. Вряд ли наши вещи, в том числе моя тёплая куртка, вообще уцелели.

Я накинул, что было, и плюхнулся на диван, скинув грязную форму официанта просто под ноги. Через минуту вернулась Эми. На ней были надеты розовый блейзер и короткая розовая юбка. Те же, что в день нашего знакомства. Она преобразилась из простецкой девчонки в домашнем халате в ту загадочную девушку в розовом. Девушку в розовом, за которой не следовало идти.

Эми остановилась в дверном проёме и улыбнулась, увидев, какой эффект оказало на нас её появление. Затем она посмотрела мне в глаза, правой рукой убрала локон светлых волос за ухо и скромно пожала плечами. «Такие дела». Эти слова зазвучали у меня в голове её голосом, словно переданные телепатически.

Вдруг с лица Амелии пропала улыбка, а глаза расширились так, будто она увидела привидение. Эми подбежала к окну.

– Твою мать! – вскрикнула она. – Похоже, это машины охраны Котова!

Мы с Ильёй и Игорем тоже подбежали к окну: три чёрных внедорожника мчались по дороге к дачному посёлку. Я вскрикнул:

– Илья, ты же говорил, что за тобой никто не следил!

– Так и было… Вроде бы… Это те, кто вас ищет? – ответил Илья.

– Что будем делать? Может, спрячемся в лесу? – спросила Эми.

– Там же речка! Мы или утонем, или погибнем от переохлаждения. Убегать уже поздно, так что у нас не так много вариантов, – сказал я. «Суицид, капитуляция и сопротивление» – вспомнились мне слова Августа. Я достал револьвер.

– Вот чёрт, у тебя серьёзно есть ствол?! Откуда? – удивился Илья.

– Неважно, – ответил я, – а у тебя нет ничего такого, чем мы сможем отбиваться?

– Нет, хотя… Нужно на чердаке посмотреть – отец наверняка мог там что-то припрятать. Быстрее за мной, – сказал Илья и побежал к лестнице на второй этаж.

Эми и я направились вслед за ним. Там мы пробежали по скрипящему полу мимо двух закрытых деревянных дверей в конец коридора, где в потолке был высечен квадратный люк, вниз с которого свисала верёвочка. Чтобы достать до её края, Илье пришлось подпрыгнуть. Люк распахнулся. Сложенная трижды вертикальная лестница быстро развернулась, звучно загремев, словно матёрый плотник застучал по дереву. Сквозь облако пыли мы забрались на чердак. Здесь пахло сыростью и спрятанными воспоминаниями. Проникающий через круглое окно во фронтоне свет падал на покрытые тканью коробки с потускневшим фарфоровым сервизом, алюминиевыми ложками и вилками, старыми детскими игрушками. С другой стороны стоял «пузатый» японский телевизор, у которого, возможно, раньше собиралась семья маленького Ильи, и какой-то маленький шкаф, покрытый потрескавшейся зелёной краской.

– Ну и где? – спросил я.

– Надо посмотреть в сейфе, – Илья подошёл к шкафу и стёр пыль с его передней части, обнажив замочную щель. – Чёрт! Я не знаю, где ключ.

Илья потянул за ручку – сейф был запертым. Он дёргал за ручку, но все его попытки оставались безуспешными. В фильме бы у героя в такой ситуации под рукой, несомненно, оказалась скрепка, которой он с лёгкостью может открыть хоть наручники, хоть огромный сейф в подвале банка, но, к сожалению, в реальной жизни такие чудодейственные скрепки не продаются.

От досады я схватился за голову и отвернулся. Коробки с посудой, стоявшие передо мной, натолкнули меня на одну мысль. Я подошёл к ней и, позвенев кухонными приборами, извлёк потускневший нож для масла.

– Дай я попробую, – я отодвинул от сейфа Илью и начал пытать всунуть щель между корпусом и дверцей. Я нашёл место, где нож входил наиболее глубоко, и надавил на нож, как на рычаг. Дверка скрипнула и выдвинулась на несколько миллиметров, но так и не открылась. Я надавил со всей силы и когда показалось, что сейф открывается, звякнул металл – ручка ножа отломилась, отправив меня кубарем на пол.

– Зараза! – гаркнул я, счищая с себя паутину.

– Да твою ж мать! – Эми от возмущения стукнула кедом по сейфу. От удара вторая половинка ножа вывалилась, а дверь отворилась, издав протяжный скрип.

– Как ты это сделала? – удивился я. Амелия пожала плечами.

– Вот оно! – Илья показал на хранившуюся в сейфе разобранную двухстволку. Полкой ниже лежала упаковка патронов, в которой недоставало половины содержимого.

Я поднялся на ноги и схватил две половинки ружья. Щелчок, и у меня в руках было готовое к бою оружие. Прихватив с собой патроны, мы подошли к окну: чёрные внедорожники уже стояли перед дачей. Шрек и четыре громилы стояли перед машинами, ещё один здоровяк ломился во входную дверь.

– Эй, пацан, выходи! Мы знаем, что вы там! Нам просто нужно поговорить! – крикнул внизу Шрек. За ним послышалась смешки.

Я вставил два патрона в ружье. Револьвер стал мне не нужен, и я попытался всучить его Илье, но он наотрез отказался брать в руки оружие. Отталкивая от себя пистолет, он сказал: