Хранитель - Шеперд Кэтрин - Страница 2

Лаура протянула руку и медленно провела по трещинам в стене. Грубый холодный камень царапал кожу. Отчаяние глубоко въелось в старый бетон. Из прошлого все еще доносились крики и плач других девочек.

Лаура услышала шорох у себя за спиной и резко обернулась. Посветила фонарем в темноту. В нескольких метрах над полом тянулись толстые трубы насосной станции. Лаура знала, что за стеной трубы вели вниз. В них очень тесно. В сущности, слишком тесно для человека, и все-таки ей тогда удалось пробраться по верхней трубе наружу. На свободу. Не будь в конце решетки, она бы выбралась практически невредимой. Но, протискиваясь между ржавыми прутьями, Лаура содрала кожу на груди. Несмотря на усилия врачей, в глубокие раны попала инфекция, и в конечном счете пришлось пересаживать кожу с бедра. Поэтому с тех пор Лаура носила только закрытые блузки и брюки. Никому не следовало знать, что и она когда-то стала жертвой. Теперь, будучи следователем при земельном управлении полиции Берлина, Лаура сама помогала людям. Перевоплотилась из добычи в охотницу…

Вновь послышался шорох, и Лаура пошарила во тьме лучом фонаря. Жирная крыса метнулась в угол и скрылась за трубой. Лаура выдохнула и внимательно огляделась. Старое сооружение, от которого со временем останутся лишь развалины. Эти стены больше не таили опасности. Зло покинуло это место. Так почему же оно по-прежнему преследовало ее в кошмарах? Лаура посветила по серым стенам и грязным окнам, многочисленным трубам и приборам, при помощи которых раньше приводились в действие насосы. Постояла неподвижно, пытаясь прогнать из памяти засевшие образы. Через несколько минут она развернулась и вышла. Села в машину и еще некоторое время смотрела на здание сквозь ветровое стекло.

– Сиди там и не выходи, – прошептала Лаура и поехала прочь.

Машина во весь опор мчала сквозь ночь. Только так можно было вырваться из объятий зла. Только перед городской чертой Лаура сбросила скорость и поехала прямиком к себе домой. Стрелка на часах подбиралась к трем. Лаура устало поднялась к своей квартире на мансардном этаже и по старой привычке заперла дверь на задвижку. На цыпочках прошла в спальню.

Тейлор спал в той же позе, что и три часа назад, дышал ровно и глубоко. Лаура разделась и забралась под одеяло. Прильнула к крепкому телу Тейлора.

– Ну наконец-то вернулась, – прошептал он и прижал ее к себе.

Напряжение спало, и Лаура мгновенно уснула.

3

Доктор Кристин Гебауэр вошла в палату и растерянно огляделась. Куда подевалась пациентка? Ведь еще десять минут назад Кристин делала ей перевязку. Она выглянула в коридор.

– Сестра София? Где пациентка из пятой платы?

Коренастая, но проворная женщина как раз закрывала соседнюю дверь.

– А что она, не в палате, доктор Гебауэр?

Кристин покачала головой.

– Ну, может, в туалете… Буквально только что была в палате.

Кристин нахмурила лоб и посмотрела в конец коридора, где располагалась уборная.

– Я посмотрю, – проговорила она и поспешила по коридору.

Вообще-то у Кристин не было на это времени. Ночь в отделении неотложной помощи выдалась довольно хлопотной. Но пациентка, очевидно, была склонна к суициду, и не стоило оставлять ее одну. Необходимо было оказать ей психологическую помощь, а то вовсе перевести в психиатрическую клинику. Девушка примерно двадцати трех лет, вероятно, пыталась вскрыть себе вены. К счастью, ей не пришло в голову подробно изучить процесс: она надрезала вены поперек, а не вдоль, и потеряла не так много крови. Если не считать шрамов, здоровью девушки ничто не угрожало. Однако Кристин опасалась, что этой неудачной попыткой дело не ограничится. От нее не укрылись старые отметины на запястьях пациентки. Пробные порезы. Очевидно, девушку давно посещали мысли о самоубийстве.

Кристин открыла дверь в уборную.

– Есть кто? – окликнула она и вошла.

В туалете никого не оказалось. Кристин проверила кабинки. Двери были не заперты. На всякий случай она заглянула в каждую из трех кабинок. Никого. В недоумении Кристин вернулась в палату. Но и там никого не было. Пациентка исчезла.

Кристин вздохнула. Такое происходило не впервые. Несколько дней назад в отделение неотложной помощи обратилась женщина, вероятно пострадавшая от жестокого обращения со стороны мужа или партнера. Она тоже пропала, внезапно и бесследно. И, как назло, до того, как медсестры успели записать ее данные. Кристин всегда ставила оказание помощи пациентам превыше формальностей, но если число таких случаев возрастет, то проблем не избежать. Особенно теперь, с исчезновением склонной к суициду пациентки. Не было даже возможности обратиться за помощью, потому что никто не знал ее по имени. Следовало отладить процедуру приема пациентов – по крайней мере, в тех случаях, когда их жизни ничто не угрожало.

В кармане запищал сигнализатор. Кристин закрыла дверь и поспешила в приемное отделение. Санитары вкатили на носилках окровавленного мужчину.

– Авария. Реанимировали по дороге, – сообщил врач «скорой помощи».

Кристин не стала терять время. Отдала краткие указания ассистенту и ввела пострадавшему средство для стабилизации сердечного ритма. Затем проследила, чтобы его незамедлительно доставили в операционную. К моменту, когда за ними закрылись двери, у Кристин не было уверенности, что несчастный переживет эту ночь.

В изнеможении она перешла к пациенту с переломом шейки бедра. Затем последовали два подростка, которые отравились, вероятно перебрав с алкоголем. Пожилую женщину доставили в состоянии критического обезвоживания. После пришлось оказать помощь мужчине с глубокой, но не угрожающей жизни колотой раной. И только потом появилось несколько минут передышки. Кристин решила ненадолго выйти, глотнуть свежего воздуха. В лицо, покрытое испариной, повеяло ночной прохладой. Она закрыла глаза, и напряжение мгновенно спало. До конца смены оставалось еще три часа, по истечении которых Кристин могла наконец рухнуть в кровать. Порой это походило на проклятие, словно одно несчастье влекло за собой следующее. Выдавались ночи, когда Кристин могла между делом прилечь в кабинете, а бывали смены вроде нынешней, и пациенты поступали в отделение практически ежеминутно.

Впереди стояли две медсестры, тихо переговариваясь, и курили. Кристин задержала дыхание. Она терпеть не могла запах табачного дыма. У нее в голове не укладывалось, как люди могут добровольно отравлять собственные легкие. Даже броские предостережения на пачках, похоже, мало кого останавливали.

Кристин миновала несколько деревьев. На скамейке сидела влюбленная пара. Нога мужчины была закована в гипс. Он обнимал и целовал женщину. Кристин на мгновение задержала на них взгляд и подумала о муже, который лежал сейчас один в постели. С поцелуями и прочим придется подождать до следующего вечера. Она была слишком занята, чтобы думать о близости. Хотя, возможно, стоило найти в себе силы уже сегодня… С прошлого раза минула почти неделя, а годы неуклонно идут. Если ей хочется обзавестись детьми до сорока, то времени осталось не так много.

Кристин представила, как детские голоса заполнят их дом, и улыбнулась. Это был образ прекрасного будущего, и ей виделось в этом едва ли не больше смысла, чем в каждодневном избавлении пациентов от страданий и смерти. Слишком часто борьба была обречена на провал, и Кристин ничего не могла поделать. Вот как сегодня с молодой женщиной, которая безуспешно пыталась умереть. Почему некоторым людям хочется вот так просто расстаться с жизнью? Все-таки жизнь у всех одна, и никто не знает, что ждет их там, после. В конечном счете смерть может быть куда хуже в сравнении с жизнью, от которой они бегут…

Кристин вздохнула, уже не в первый раз за этот день, и двинулась дальше, к небольшой площадке, где располагались мусорные контейнеры. Сюда редко кто забредал, но ее не смущал слабый запах. Антисептиком в больнице пахло не лучше, зато здесь никто ее не тревожил. Ни влюбленных, ни медсестер, ни коллег – идеально. Кристин присела на выступ стены и запрокинула голову. Погода стояла теплая, в небе сверкали звезды. Ночь настраивала на романтический лад. Вот если б не работа, полная стресса… Кристин задумалась, в какой момент они с Беном стали отдаляться друг от друга. Возможно, работа отнимала у них все силы? Или в их отношения все-таки вкралось определенное безразличие? Ей представилось лицо Бена. Его голубые глаза и озорные морщинки в уголках рта покорили ее с первой минуты… Кристин достала телефон и с тоской посмотрела на его последнее фото. Лицо побледнело от работы в офисе, улыбка выглядела серьезнее, чем в день знакомства. Но глаза по-прежнему светились теплотой.