Проклятые цепи (СИ) - Шкуратов Валентин - Страница 10

— удачного вечера путник, присаживайся, говорить с тобою буду.

Максвелл молча подошел к месту справа от хозяина ложи, которое, видимо, было подготовлено для гостей, и сел перекрестив ноги, но опираться на подушки не стал, спину держал прямо. Все это время командир не сводил с него глаз.

— чем я заслужил столь великую честь иметь разговор с самим Распорядителем?

— я обратил на тебя внимание путник, и ты производишь впечатление не очень умного человека, но я дам тебе шанс изменить мое мнение о тебе.

— я благодарен за это.

— зачем ты помог тому имперскому проходимцу? Ты считаешь мои торговцы не имеют права сами устанавливать цену на свой товар?

Максвеллу не понравился этот свин уже с первого взгляда, и тем более он совершенно не хотел терять время на общение с ним, но выхода не было.

— я имею образование целителя, прогуливаясь по рынку меня, как и многих, привлекли звуки ссоры, приблизившись, чтобы оценить ситуацию, я увидел на коже нескольких рабов сыпь которая меня очень заинтересовала, я посчитал своим долгом сообщить об этой сыпи честному торговцу, и не забыл упомянуть что она очень заразна, торговец понял, что его товар некачественный и, как честный человек, снизил цену до минимально возможной, практически символической прошу заметить.

— какое удачное стечение обстоятельств, видимо покупатель решил отблагодарить вас лично так что отвёл на свой корабль где вы провели некоторое количество времени в беседах.

— именно, господин Лоренц был весьма щедр.

— представляю, он чуть не купил втридорога очень заразную болезнь себе на корабль, а зачем же вы избили троих моих достойнейших представителей, можете рассказать?

— разумеется, времена нынче опасные, а ваши достойнейшие представители подкараулили меня и моего друга не в самом людном месте, и точно могу вас заверить, вид у них весьма не дипломатичный, я уверен, что такому опытному человеку как вам, нет смысла объяснять, что чаще всего в бою побеждает внезапность, поэтому мы нанесли удар первыми так как не были уверены что победим всех троих, слава богам что все остались целы, надеюсь, вы не в обиде за это недоразумение.

Максвелл не видел смысла врать о своих намерениях, в данной ситуации вранье могло только навредить, да и скрывать ему было нечего. Распорядитель ответил почти сразу.

— нисколько, моим посыльным действительно нужно быть умнее.

Последнее слово Распорядитель выделил особенно громко. Видимо этих троих ждёт наказание, либо за глупость, либо за проигрыш.

— а что же ваш друг? В его стране не слышали о том, что за отказ от приказа великого Гаурсаха полагается смерть?

Максвелл напрягся, он назвал себя великим? В федерации великими называли только прявящую верхушку, самых богатых людей на всем континенте. Да что такому человеку может понадобиться от их с Артемием жалкой компании?

— слышал разумеется, однако, боюсь, что мой друг не полностью здоров, поэтому я отослал его выполнять дела, которые остались у нас в городе.

— и все же это не оправдание для того, чтобы ему выбраться из города живым.

— он нездоров психически, по правде говоря, я не знаю, что с ним произошло, но проблем его визит доставил бы больше вреда, чем пользы нам обоим.

Распорядитель секунду размышлял.

— он опустошенный?

— нет, это я знаю точно.

— ну раз так, пусть живет.

Хозяин ложи подозвал командира гвардейцев и что-то прошептал ему на ухо. Видимо на Артемия уже шла охота, однако Максвелл был спокоен за друга, несмотря на вызывающий вид, Артемий умел скрываться лучше любого плута. По правде говоря, все что умел Арт, это мастерить свои бомбочки, убивать, скрываться и развлекать благодарную публику. За то время, что Распорядитель отдавал распоряжения, Максвелл взял у служанки горсть винограда и съел одну штучку, виноградинка встала поперек горла, он не хотел ничего есть в этом прогнившем месте, роскошные кушанья, разложенные на специальном столе, казались ему все в гнили и крови, но Артемию нужно было подать сигнал. Хозяин наконец повернулся к гостю.

— за пощаду вашего друга вы окажете мне одну услугу, мелочную для вас и весьма значимую для меня, но сначала предлагаю вам представление.

Широким взмахом распорядитель указал на арену внизу. На песку уже стояли двенадцать гладиаторов по всей арене кровавого колизея, и каждый был уверен в своей победе. Глаза Максвелла скользнули по сильно выделяющейся своей неприметностью среди бойцов девушке, волосы ее были переплетены и скомканы, за грязью не было видно настоящего их цвета. Да и броня на ней была не под стать остальным. На арене находилось ещё три женщины и на каждой была внушительного вида кираса, кожаная или металлическая, на этой же был только корсет. Как бы это ни было странно, Распорядитель указал именно на это хрупкое создание.

— видите это чудо? Моя чемпионка, хоть по ней и не скажешь, но она прирожденный боец, убила троих стражников, ещё больше покалечила, мы её мало кормили, чтобы не было сил сопротивляться, до этого боя она три дня не видела пищи, только сегодня мой старший надзиратель Детрин дал ей поесть чтобы она вновь увеличила своей победой мой скромный капитал. Детрин! Ты исполнил мое поручение?

За спиной у Максвелла раздался хриплый голос.

— конечно, мой господин, сегодня утром она вновь попыталась убить моего новичка, если бы мы не сидели в засаде, то задушила бы, а были бы силы, то сломала бы бедолаге шею.

Почему Максвелл он не услышал, как к нему сзади подошёл ещё один человек?

— замечательно, главное, чтобы она сегодня победила, тогда ее можно будет свести с воином Гаурсаха Вальронда де Виреза, тем, который бывший чемпион. Уверен, их дети стану непревзойдёнными воинами.

Максвелл вновь ощутил вспышку злобы, которая моментально была поглощена каналом, этой технике его научили берсерки, прятать ярость в сосуд внутри разума, чтобы после разом выплескивать ее на врагов. Этот человек так спокойно размышляет о разведении людей, словно говорит о породах собак.

Бой на арене не начинался, все чего-то ждали, смотрели на ложу распорядителя. Максвелл почувствовал себя неуютно. Тут распорядитель поднялся со своих подушек, поднял обе руки вверх и прокричал, усиливая голос магией.

— да начнутся игры и да снизойдет на вас благословение Ксима! Бооой!

***

Кровавый Колизей был полон зрителей, девушка не видела свободных мест на трибунах, все хотели посмотреть на бой гладиаторов, которые умели не только разделывать кожу или лепить горшки, но держать в руках оружие. Одиннадцать противников сегодня предстояло одолеть этой хрупкой на вид девушке. Среди прочих, она явно не вписывалась в эту компанию, перед боем ей предложили полный комплект весьма качественных доспехов из настоящей северной кожи, а всем известно, что кожа гигантских северных белых медведей может быть прочнее стали. Значит надзиратель не соврал про большую ставку Распорядителя. Однако даже такой вес был велик для нее. Сейчас нужно правильно распорядиться теми силами что ещё остались. Поэтому она выбрала лишь балахон раба, корсет чтобы одежда не болталась, и свободные штаны, все равно одежда свободно болталась на худом тельце, в левой руке она держала обычный кинжал с отполированным до блеска лезвием. Наконец распорядитель дал сигнал к началу, гладиаторы кинулись друг на друга, только одна из двенадцати осталась на месте. Начались смертельные схватки, некоторые длились недолго, но некоторые особо искусные воины дрались много времени. Девушка следила за каждым, она не тешила себя иллюзиями что сможет победить в этом бою, но и не видела смысла помирать слишком рано. Наконец на арене осталось пять претендентов на чемпионство. Один из воинов расправился с очередным своим противником, а после, обратил внимание на невзрачную фигуру, снующую между бойцами. Это был высокий и ужасно жилистый человек с щитом и мечом. Из брони он был одет в шлем, наголенники, и наплечник на левой руке с щитом. Он видел в девушке лёгкую добычу и двигался без сомнений прямо на нее.