Начало путешествия (СИ) - Мошков Андрей - Страница 29

— Ч-что это?

— Не знаю… — пожав плечами ответил Ксирдис.

— Но от него немного веет магией, будет тебе небольшая компенсация от беса. Таким вещам легко найти применение.

— Да-да-да! — тут же поддакнул бесёнок, радовавшийся от того, что ему уже не придется прятать свою добычу. Никакой магии юноша в цветке не ощущал, но подарок тем не менее принял, убрав его в свою сумку, просто положив поверх прочих вещей.

— Итак… — начал говорить Ксирдис, — какой сейчас год?

Удивленный Ирбис назвал сегодняшнюю дату, на что собеседник лишь недовольно поморщился.

— Это ни о чем не говорит… Есть другое летоисчисление?

На заданный вопрос Ирбис лишь отрицательно качнул головой. Мертвец же в свою очередь начал нервно постукивать пальцами по столу, а затем принялся описывать некоторые события, на вроде прихода к власти нового правителя, случившихся войн или стихийных бедствий. Перечислял названия стран, городов, называл разные имена. Но юноша только и мог что пожимать плечами, и отрицательно мотать головой. Он никогда не слышал о рассказанных событиях, ему ничего не говорили ни названые имена, ни названия мест и государств.

Разочарованный Ксирдис утомленно потёр глаза.

— Понятно… Ладно, тогда расскажи что-нибудь из истории. Самое старое… — попросил он парня. Ирбис плохо знал историю, никогда ею не интересовавшись, и сейчас этот пробел в знаниях был особенно досадным. Самым древним, известным ему событием было случившееся два или три тысячелетия тому назад ужасное нашествие демонов, и кровавая война с ними, окончившаяся пировой победой. Но он также отметил что это просто старые легенды или просто сказки, и были ли эти события на самом деле парень не знает. Затем назвал названия нескольких стран, после чего был остановлен Ксирдисом.

— Ничего из этого мне не известно. И не могу представить чтобы мой цех допустил нечто подобное!

Паренёк нахмурился, пытаясь припомнить ещё хоть что-то.

— Лет двести назад была война с эльфами. Вот.

Ксирдис вопросительно приподнял левую бровь. Точнее кожа на его лице сместилась подобным образом, да и бровей никаких не было, а затем заинтересованно спросил: — Какая по счету война? Имена эльфийских полководцев знаешь?

Юный путник отрицательно помотал головой. Ответов на оба вопроса он не знал. Повисла пауза.

Первым тишины не выдержал Ирбис. Почесав ушибленную голову, и нащупав на месте удара шишку, он уже успокоившись, и почти перестав бояться собеседника, вновь дал волю своему любопытству: — Но откуда вы в-вообще взялись?

Мертвец уставился на парня задумчивым взглядом, а затем все же рассудив, что ему это не навредит, решил рассказать часть своей истории: — Шла война… Неподалеку отсюда был город. Я состоял в гарнизоне защитников. Получил ранение в бою, был доставлен к лекарю. Тогда вражеские маги били, били в слепую, наводя свои заклинания на магический след. Поэтому магов, подобных мне, лечили в подземельях, куда не доставали Их удары… За несколько дней до произошедшего, они сообщили о готовящемся мощном ударе, и выдвинули ультиматум о сдаче. Мы конечно не послушали их пустых угроз. Командиры сообщили нам что группа героев направилась в стан врага, чтобы остановить этот удар. Похоже не справились, — при этих словах мертвец как-то злобно усмехнулся, — как уже говорил, я был в подземелье у лекаря, когда на поверхности раздался ужасный гул и рев. Даже земля задрожала. Я ничего не успел понять, только ощутил леденящий душу холод, и все…

Он на несколько секунд замолчал собираясь с мыслями.

— Очнулся я когда, почувствовал что кто-то пытается вырвать из руки мой посох. Запомни парень: НИКОГДА не пытайся украсть посох магистра демонологии!

Ирбис тут же согласно кивнул.

— Так вот… Я ещё не видя что происходит, рефлекторно ударил по вору теми силами, что смог собрать. Только после этого зрение вернулось ко мне, а затем и слух. Передо мной корчились два обгорелых воришки. Отвечать на вопросы они уже не могли, почти все пожитки мерзавцев обратились в пепел. Едва успел использовать их, чтобы призвать ту парочку, — мертвец ткнул пальцем в сидящего в стороне, и внимательно слушающего их разговор беса, — даже не спрашивай, я не представляю как со мной такое произошло… Выбравшись из подземелья оказался в дремучем лесу. От города и следа не осталось… Ну разве что под землёй. Принялся осматривать окрестности, и в итоге пришел сюда. Тут была сторожевая башня. Вот и все…

Вновь повисла тишина. Ксирдис похоже погрузился в воспоминания и думал о своем. А Ирбис, Ирбис был поражен услышанным! До него потихоньку стало доходить какой древний реликт сейчас сидит перед ним.

«Возможно он самый старый из ныне живущих! Ну, кроме вечных богов, и возможно эльфов. Поразительно!» — думал молодой путешественник.

— А для чего тогда это?

Почесав указательным пальцем свою пушистую щеку, вновь полез он с вопросами к мертвецу, указывая на нарисованную в центре помещения на полу фигуру, в которой ранее один вредный демоненок хотел принести его в жертву. Ксирдис проследил взглядом, куда указывал юноша.

— Ах это… Это место было наблюдательным постом, построено в особом месте. А там… — он тоже указал в сторону двухметрового круга, — там я осматривал окрестности.

И чуть поразмыслив с усмешкой, и долей иронии в голосе добавил: — Хочешь сам попробовать?

Юноше было откровенно страшновато лезть в не пойми какую магию. Он с сомнением смотрел то на пол с фигурой, то на мертвеца. В итоге все же решил, что уже нырнул в омут с головой. И если с ним до сих пор почти ничего не случилось, то попробовать можно. Все равно, если обитатели этого места захотят с ним что-то сделать, то сделают. Как в его ситуации бороться со странной троицей он не представлял. Закончив обдумывать ситуацию парнишка с опаской согласно кивнул.

— Бес, убери веревки и подправь линии пентаграммы, живее, — вставая со стула скомандовал Ксирдис. Гел-Гуппо незамедлительно кинулся исполнять приказ, при этом что-то ворча на не понятном языке. Тем временем мертвый магистр прошел к одному из книжных стеллажей, но содержимое полок его не интересовало, просто сбоку к нему был прислонен ранее упомянутый посох, сделанный из поблекшего от времени серебристого металла. В некоторых местах на древке имелись не разборчивые гравировки. Нижний конец был обычным — тупым, а вот верхний разделялся на три жгута, которые волнообразно оплетали овальный, размером с кулак, блекло красный, похожий на рубин, надтреснутый камень с какой-то чернотой в сердцевине. В целом посох выглядел совсем не затейливо. Забрав свой инструмент Ксирдис прошел в центр комнаты, и некоторое время следил за подготовкой фигуры на полу, иногда указывая какие линии нужно подправить.

— Становись в центр, — велел магистр. Но Ирбис вновь начал сомневаться. Помня что с ним хотел сделать бес, парень как-то расхотел заходить в пентаграмму. Он так и замер в не решительности.

— Живее! Больно не будет, — настойчиво поторопил юношу Ксирдис, и подойдя со спины подтолкнул нерешительного зверолюда. Поддавшись настойчивому давлению мертвеца парень медленно, нехотя сделал шаг вперёд, уже обдумывая план побега. Пока выход никто не преграждал, и можно было попытаться удрать.

— Да, в самый центр! И не дёргайся, когда подействуют чары.

Сглотнув парень сделал как ему было велено. Заняв место в середине пентаграммы он развернулся, и с испугом во взгляде наблюдал за дальнейшими действиями колдуна. Тот прислонил посох к своему плечу, освободившейся рукой снял с пояса маленький мешочек, и вытряхнул из него себе на ладонь четыре фиолетовых кристаллика, размером с ноготь каждый. Вернув мешочек на место, вновь взявшись за посох, сжимая камни в кулаке он подошёл к самому краю фигуры, и поставил торец посоха на одну из линий. Ожидаемых Ирбисом слов причудливого заклинания не последовало. Мертвец просто стоял закрыв глаза и опершись на свой посох.

Через десяток секунды линии фигуры начали тускло светиться мягким белым светом, и это свечение постепенно становилось все интенсивнее. Глядя на то, как разгоралась пентаграмма паника в душе юноши тоже нарастала, он уже почти решился кинуться на утек, но не успел. Небрежным жестом Ксирдис бросил четыре кристалла в фигуру, прямо под ноги зверолюду. Коснувшись поверхности пола они сразу взорвались четырьмя снопами белого дыма, который в мгновение ока с головы до ног оплел Ирбиса, спеленав его в белесый кокон. Взгляд затянула белая пелена, но уже через секунду рассеялась, вновь возвращая пугливому юнцу возможность видеть. А посмотреть было на что. Он висел в пустоте. Нет не так. Он парил, парил высоко над поверхностью земли. Он необычайно четко видел клонящееся за горизонт солнце, окрашивающее небо в лазурные цвета. Над самой головой неспешно проплывали белые пушистые облака, казалось ещё чуть-чуть, и они коснутся макушки. А внизу расстилался безбрежный зелёный океан, далеко на юге, на самой границе видимости, переходящий в голубую морскую гладь. Хотелось протянуть руку, и попробовать коснуться пушистых облачков. Вот только тела у парня уже не было. Он словно бесплотный дух парил высоко над миром. И это пугало. Ирбис рефлекторно дёрнулся.